Терри Брукс - Меч Шаннара

Между тем день клонился к вечеру. Смеркалось. Предзакатное солнце щедро окрашивало бескрайние горизонты западных равнин в пурпурные и красные тона. Путешественники, усталые, изнуренные после тяжелого и опасного пути, находились почти что у цели своего похода. Впереди сверкали ослепительной белизной величественные башни Тирсиса. Сколько напряжения и сил потребовалось от них, пока они достигли города Варфлита, располагающегося по соседству с Тирсисом! У Балинора отлегло от сердца, когда он увидел знакомые с детства воды реки Мермидон, которая прокладывала свой широкий путь через леса и склоны гор над Тирсисом. На западе лежал маленький островной город Керн. Река всегда широко разливалась, образуя естественный барьер в случае вражеского нападения, и служила надежной защитой жителям острова. Река Мермидон была столь полноводной и глубокой, с таким быстрым течением, что ни одному врагу еще никогда не удавалось захватить этот островной город.

Если. Керн, окруженный водами Мермидона, и Варфлит, угнездившийся в Рунных горах, казались труднодоступными и хорошо защищенными, то древний город Тирсис, который укрывал в крепости Пограничный Легион, всегда принимал на себя главный удар любой атаки. Тирсис, учитывая мощный военный потенциал Пограничного Легиона, содержал в себе громадную оборонную силу, и ему не было равных. Старый город был разрушен в Первую Войну Рас, но потом его снова отстроили, и с течением времени он стал одним из крупнейших городов в Южных землях и мощнейшим оборонным объектом, тем более что с самого начала он был задуман как крепость, способная выдержать любой вражеский натиск. Его окружали стены с зубцами, башни, бастионы, а сам город располагался на труднодоступном плато. Каждое поколение жителей города вносило вклад в строительство города, и год от года оборона города становилась все сильней и надежней. Более семисот лет назад была сооружена внешняя стена, которая ограждала всю возможную территорию, пригодную для жилья. На плодородных землях располагались фермы и плантации, а земля сама, напитанная животворными водами реки Мермидон, давала обильные и богатые урожаи. Некоторые люди жили зажиточно, но простой люд жил хотя и скромно, но в достатке, наслаждаясь щедрыми дарами этой прекрасной солнечной благодатной страны. У всех были дома, изысканные особняки или добротные домики. И жизнь текла спокойно, размеренно; люди работали, кормили себя и свои семьи, будучи уверенными в том, что городские стены надежно хранят их от вражеского вторжения. Рядом с Тирсисом были другие города, которые тоже успешно отражали штурм недружественных соседей, и никогда ни один город Каллахорна не был захвачен врагом. Однако ни Тирсис, ни хорошо укрепленные близлежащие города еще никогда не встречались с армией такого рода и масштаба, посланной лордом Уорлоком. Великое испытание силы и мужества было еще впереди.

Балинор смотрел на отдаленные башни города со смешанным чувством. В этом городе жил его отец — король Каллахорна, хороший и справедливый человек, но он безудержно старел. Многие годы он командовал Пограничным Легионом в непрекращающихся сражениях с упрямыми Гномами из Восточных земель. Не раз он был вынужден вести продолжительные и дорогостоящие военные действия с Троллями из Северных земель. Время от времени возникали новые посягательства на территорию его королевства, и ему приходилось отражать попытки нападения на цветущие города Каллахорна.

Балинор был старшим сыном и законным наследником трона. Он пользовался всеобщим доверием и уважением, несмотря на свой юный возраст. Балинор многому научился у отца, и благодаря воспитанию, собственному усердию и трудолюбию, а также скромности и искренности он снискал любовь многих уважаемых людей Тирсиса. Это был достойный наследник трона, серьезный, гордый и человечный. Народ Каллахорна любил Балинора. Он познал все тайны и тонкости военного искусства, он учился у опытных военачальников, сражался вместе с простыми солдатами и хорошо знал цену человеческой радости или горя. На протяжении нескольких лет он блестяще командовал Пограничным Легионом, и воины этого Легиона носили его герб, на котором был изображен приготовившийся к прыжку леопард. Балинор был глубоко предан своему Легиону, но ушел от своих солдат на несколько месяцев, руководствуясь личными мотивами, отбыл в добровольную ссылку с Алланоном и его друзьями. Отец просил его не уходить, но Балинор был неумолим, сколько тот ни просил его пересмотреть решение.

Балинор насупил брови. В глазах его появилось выражение глубокой печали. Он машинально дотронулся до лица рукой в перчатке, погладил Шрам на правой щеке.

— Снова думаешь о брате? — словно читая его мысли, спросил Гендель. По сути дела это был не вопрос, а утверждение.

Балинор, вздрогнув, посмотрел на карлика и кивнул.

— Тебе нужно перестать думать о нем, — твердо сказал карлик. — Он может принести тебе немалое зло, если ты будешь продолжать жалеть его. Воспринимай его не как брата, а как обычного человека. Сейчас тебе как никогда надо иметь трезвую голову.

— Не так легко забыть, что в нас течет одна кровь, что у нас один отец, — печально произнес Балинор. — Мне трудно выбросить из памяти наши прекрасные детские годы, нас многое связывает…

Дурин и Дэйел в недоумении посмотрели друг на друга, не понимая, о чем говорят эти двое. Они оба знали, что у Балинора есть брат, но никогда его не видели и ничего не слышали о нем. Балинор заметил удивление и обеспокоенность братьев-эльфов и, слегка усмехнувшись, заверил их:

— Все это не так плохо, как может показаться. Гендель безнадежно покачал головой, а Балинор продолжал:

— Мой младший брат Паланс и я — единственные сыновья Руля Бакханнаха, короля Каллахорна.

Балинор замолчал и в задумчивости посмотрел на далекий город, как будто вспоминая то, другое время и все, что было дорого его сердцу.

— Мы были очень близки, пока росли… Когда мы стали старше, наши взгляды и мнения во многом разошлись. Мы стали разными людьми. Но я был старшим и являлся наследником трона. И Паланс, несмотря на различие во взглядах, всегда понимал это. Одним из вопросов, по которым мы расходились, был вопрос о путях управления страной. Это довольно трудно объяснить…

— Но вполне возможно, — ухмыльнулся Гендель.

— Ладно, — уступил Балинор. — Паланс считает, что Каллахорну не следует играть роль передового бастиона в системе обороны всех земель. Он хочет реформировать Пограничный Легион, а я не могу согласиться с этой точкой зрения.

Он замолчал.

— Расскажи нам все, Балинор, — холодно произнес Гендель.