Дмитрий Миронов - Попытка

Затем я подсоединил цветные провода к пульту, а на их концы одел электроды-присоски.

На этом клиентская часть была готова. Теперь не составляло никакого труда подключить пульт к звуковой карте компьютера. Соответствующий кабелек ждал своего времени в коробке с неиспользуемыми проводами.

И снова появился на свет после долгого отдыха старый ноутбук, с экраном в 15 дюймов и четырехсотым процессором. Не зря хранился. Конечно, давно можно было продать, но я пожалел старую машинку, а теперь вот пригодилась.

Соединив все в рабочий комплект, я отошел подальше, и попробовал взглянуть "посторонним" взглядом. Смотрелось неплохо, но не хватало для полноты картины главного компонента – загадочной программы, которая по моему замыслу, должна таинственно что-то делать на экране ноутбука. Причем, на весь экран, для достоверности впечатления. И в недрах моего рабочего настольного компьютера, в "нахомяченных" запасах программ нашлось очень подходящее для моих целей творение неизвестного отечественного самородка, программа – анализатор частоты звука.

На экране вполне достоверно колебались синхронно со звучащей музыкой выбранного файла пять самописцев, оставляя на движущейся по монитору широкой ленте пять синусоид. Программка мне в свое время понравилась чисто эстетически, никакой прикладной ценности она не имела, однако было очень забавно вывести её на монитор в полный экран во время прослушивания музыки. Смотрелось куда лучше стандартных всплесков цвета на обычном проигрывателе. Вот и она пригодилась!

Пока я тихо радовался своей хомячьей привычке скачивать и хранить на компьютере самые разные утилитки, обнаружилось название программы на русском языке, гордо славящее автора, сидящее в верхнем левом углу рабочего окна. Пришлось убить еще час для изменение этого названия на что-то очень английское и загадочное.

Набор заглавных английских букв, расположенный на месте бывшего автографа отечественного Кулибина не имел никакого смысла, зато смотреться стало горазда профессиональнее.

Оч-чень импортная вещь!

Я поулыбался своим изобретательским способностям, а затем вспомнил, что теперь следовало обеспечить не только "выход" из программы, но и "вход" данных.

Еще одна пара цветных проводов украсила и без того выглядевший как нельзя более секретно пульт, и дополнительный кабелек включился в микрофонный вход звуковой платы.

Ну вот и все, антураж обеспечен. Есть не только имитация каких-то функций, но и сами "функции" налицо.

При большом желании и очень чувствительной аппаратуре, можно было обнаружить некоторое мизерное напряжение, которое изменялось в соответствии со структурой воспроизводимого звука. Аналогично дело обстояло и с входным каналом. Но там сигналы были еще менее уловимы. – Ну, если кто и будет пытаться что-то замерить, то я ему сочувствую. С удовлетворением я отставил готовый симулятор в сторону.

Теперь придется вспомнить свое увлечение студийной музыкой, и приготовить еще одну "замануху" для будущих исследователей феномена, хотя очень хочется верить, что их все-таки не будет… -Ну да; раскатал губу…

– Эх, как жалко, что диск придется убить. Столько на него скинуто ценного, не очень ценного, и просто хлама, ох и жалко…

Однако, снявши голову, по блохам не плачут…

А ведь был выбор, был. Собственно, он и сейчас еще есть! Можно про все забыть, и завтра с утра рысцой бежать на шестичасовой автобус, навстречу радостному кипению трудового дня, приятной удовлетворенности в конце смены, усталые но довольные пионеры возвращались домой, тьфу!..

Нет. Выбора нет. Я уже его сделал, а теперь готовлюсь к преодолению Рубикона в физическом плане.

После этого ни о каком возврате вообще не будет речи.

Я открыл музыкальный редактор, включил запись, и отчетливо артикулируя, произнес в микрофон слово: -"молодость".

На экране появился прямоугольник записанного звука. Проделав ряд несложных манипуляций, я сохранил запись в виде короткого звукового файла, затем изуродовал его до полной потери различимости внятной речи, растянул по времени и добавил музыкальных эффектов. Теперь это был просто шум. Его-то я и ввел в ноутбук в качестве основного рабочего материала для своего симулятора. Первая задача была выполнена.

Я отошел подальше от нетленного творения, сложил руки на груди, и наклонив голову к плечу, с удовольствием немного полюбовался на дело рук своих.

Передо мной стояла конструкция, которая на взгляд постороннего наблюдателя была смесью чего-то электронного и врачебного, и производила оч-чень медицинское впечатление. Такая вся была из себя загадочная, солидная и поблескивающая…

– Годится! Принимать по столовой ложке перед едой. Смертельная доза – пять самоваров.

Следующим шагом стала наладка средств коммуникации, организация которых занимало существенное место в моих планах.

Первое, что пришло мне в голову, это связь методами незабвенных секретных служб. Всякого рода контейнеры, закладки, тайники, вся эта муть прекрасно смотрелась в шпионских фильмах середины 70-х годов двадцатого века, но никак не могла подходить моим целям. Кроме того, конспираторы прошлых лет просто не могли использовать богатейшие возможности нашего времени. И то, что они (эти возможности) нигде не афишируются, явственно говорит в пользу их крайне успешного использования любого рода организациями, нуждающихся в сохранении секретности.

Однако, нужно было начать с простого – с обыкновенной телефонной связи.

Этот вопрос решался средствами, которые ничуть не изменились за время, прошедшее со времени изобретения телефона. Нужно было просто втемную использовать оплаченного телефонного диспетчера на дому.

Я уложился в полчаса. Просмотрев принесенную с собой газету, я отчеркнул объявления о надомной работе в разделе "предлагаю", после чего, выйдя на улицу, с соседнего телефона-автомата планомерно начал обзванивать их, излагая свои условия. На третьем звонке я очень быстро пришел к соглашению с некой пожилой пенсионеркой, в виду инвалидности постоянно находившейся дома. Старательно имитируя украинское произношение: – "шо?" "Га?" я объяснил обязанности, которые должен исполнять наемный работник. Они были несложными: записывать сообщения, адресованные некоему Рафику, и передавать их тому, как только он позвонит. Равно как и наоборот: слова Рафика дублировать интересующимся, имена которых вышеупомянутый Рафик сообщит.

Рафик являл собой плод моего воображения, и должен был служить очередной стрелкой, указывающей на явно кавказско-мусульманский след в благородном деле дезинформации вероятного противника.