Вадим Климовской - Изгои Зоргана

— Бе-ежи-им! — донеслось до него, словно из толщи воды, крик сопровождающего эльфара.

По стене прошлась магическая молния — стража Рудшукка нанесла второй удар.

Бежать! Бежать, иначе огонь доберется до ихних тел.

Сломя голову и, не разбирая дороги, они бросились во мрак.

Спотыкаясь, разбивая в кровь колени и руки, мчались по извилистым тоннелям, проклиная тот день, когда решились на отчаянную вылазку в Арадарские горы. Искать тот тоннель, что вел к глухому ущелью, где ждали эскорты со свежими йёраннами наготове. Поднимать крыланов в воздух и убираться из каньона прочь. Прочь, куда глаза глядят. А уже потом, готовить на Дом Барклов контрнаступление перед Залой Выступлений.

В какой-то момент, магистр Фальенн осознал, что очертя голову они бегут уже вдвоем, что остальные двое эльфаров и овер-маг Ришьенн отстали, а душераздирающий крик позади, подозрительно остро мог принадлежать бедняге магику. Прокатилась волна жара — это растекались по галереям остатки магической силы. Фальенн невольно обернулся и тут же, увидел мечущиеся за ними фигуры стражников-эльфов. О Оргул! Немедля уносить ноги. Смерть бежала по их стопам.

Рогуш резко затормозил, развернулся, споткнулся и зацепился за полы длинного плаща, со свистом врезался в острое основание пещеры, ругательства слетели с его губ.

Что-то очень жаркое и опаляющее пронеслось над его головой, до звенящего набатом слуха донеслись сумасшедшие крики боли и агонии. Последнего сопровождающего его отряда все-таки достала магия, и теперь, он остался один на один в кромешной темноте. Оргул всевышний, может сдаться в плен? Может, его вельможный сан сыграет ключевую роль в вопросе жизни и смерти?

Но страх победил рассудок и магистр Фальенн понесся коридорами каньона с удвоенной скоростью, страх смерти гнал его вперед с неимоверной силой.

Он вломился в боковой тоннель, добрался до следующего бокового ответвления и попал в узкий, непролазный лаз. Пришлось стать на четвереньки и ползти вслепую, магический огонек потух и дорогу перед собой, пришлось протаптывать на ощупь. Позади, донеслись крики и ругань. Фальенн горько усмехнулся, хоть какая-то временная победа, он так просто не сдался своим врагам.

Только подумать — Рубиновый Круг открыл огонь по чиновникам. Аристократу!

Смерть Ришьенна и его, в том числе, навлечет неистовой огласки и подпишет Бремиану Барклу и его Дому смертный приговор. Осталась легкая мелочь: предъявить виновнику неопровержимые доказательства преступлений. А они, увы, пока не в Зале Выступлений.

В следующем повороте его ожидал сюрприз — магистр Рогуш Фальенн столкнулся, прямо головою врезался в гадкую и густую, вязкую пленку, которая податливо прогнулась под его массой тела и весом, разорвалась под тяжестью его сухощавого, но крепкого тела. С криком, он провалился внутрь громоздкого кокона, расставив впереди себя от ужаса руки, приземлился в разжиженную и дурно пахнущую субстанцию.

Писк и визг — были ему ответом.

Фальенн отскочил в страхе в сторону, назад, жадно вглядываясь в темнотищу, глаза и лицо застилала мерзкая пленка, он хаотично содрал ее со щек, ожидая в любой момент рокового, смертельного удара.

Рука потянулась к стилету на поясе, хоть какая-то защита в темноте.

Когда глаза привыкли к мраку, господин магистр узрел голые, сжатые в противоположном от него углу грязные тела: статные, высокие и очень неправдоподобно похожие на эльфийские…

ОРГУЛ МИЛОСЕРДНЫЙ, КТО ЭТО?!

ИЛИ ЧТО ЭТО?

Рубиновый Круг вырастил новое племя? Новые игрушки для развлечений? Ужас!! А чем им не подошли войты? Своей тупостью? Тогда на что способны ЭТИ НЕДОЭЛЬФЫ?

Хмурясь и кривясь от вони, и неимоверного недовольства, магистр, сделал несколько неуверенных шагов навстречу неизвестному, силясь получше рассмотреть творения эльфар. Живых особей!

Длинные патлы. Измазанные грязью и питательным раствором тела. Голые выразительные гениталии. Фальенн с полной очевидностью мог предположить, кто среди экземпляров мужчина, а кто, наоборот, женщина. Различия на лицо.

Округленные и перепуганные глазища таращились на него.

Рубиновый Круг совершил революционный переворот в генетической магии Эльзорана. Немыслимо!

Для себя магистр Фальенн неожиданно принял единственно правильное решение, как он мог, донести до магистрата и судей Залы Выступлений, разоблачающий материал деятельности Круга и Дома Барклов в целом — магия. Именно магия! Ментальный канал связи.

В таком шоковом и преисполненном дела состоянии его и нашли стражники каньона Рудшукк…

8

Эльзоран. Императорский дворец Лилиафа. Зала Выступлений

С первых же минут выступлений атмосфера в церемониальном зале раскалилась до жарких градусов, Первый Советник Императора Драмьенн Баркл сощурив взор, оглядел вельможные ложи. Да рос-кардинал, помощник Главы Рубинового Круга Жеман Харут нисколечко не преувеличивал в своем докладе, действительно в Зале Выступлений собралась вся элита Общины эльфийского народа. Весь пресловутый Эльзоран. Не хватает имперского аппарата и самого сира Лилиафа, тогда, все были бы в сборе. Что ж, кто же первым решиться пойти в атаку на его Дом? Шотьенны? Драмьенн неуловимым движением, повернул голову в сторону их ложи, ища старика Рамона Шотьенна и двух младших сыновей: Айллама и Иллайенна. Нашел! Но аристократы скучились, стояли спинами к трибуне залы и шептались, договаривались и планировали сегодняшние выступления. Драмьенн мог только предполагать, о чем вели переговоры их внезапные и неожиданные "кровники", и к чему такие перешептывания могли привести.

К началу собрания и сессии оставалось не так уж много времени, а Драмьенн интуитивно чувствовал растущее в главной зале дворца напряжение.

В одном он мог себя железно настроить — легких дебатов на сегодняшней сессии можно и не рассчитывать, если не через час, то к концу дня, ему точно бросят кровный вызов один из могущественных Домов Общины Эльзорана. Против дома Барклов могут ожесточиться многие, объединившись в крепкую оппозицию. Тогда ударов по усадьбе и лично по их персонам, можно ожидать в любой миг. Но! Но только после того, как Император обнародует и даст согласие на конфликт, под видом законного противостояния между интересами домов, и сведения счетов чести и морали по законам эльфийской аристократии. И только после этого, не раньше! — будет проливаться чья-то кровь, не иначе. В случае нарушения порядка — Дом, который нанес преждевременный удар по противнику без гласного разрешения его светлости сира Лилиафа, автоматически считался вне закона и подлежал к аресту, тотальному истреблению. Таким жестким и строгим пунктом в законе, Император Эльзорана избавил Общину от бестолковых и кровопролитных ненужных дуэлей, уничтожений вельможных верноподданных, иначе говоря: обезопасил императорский двор от неминуемого вымирания.