Сэй Алек - Хитроумный советник

— Ну вот, а теперь можем и поговорить спокойно, — произнес тот, и энергично прошагав к столу, сел напротив дракона, бросив плащ на спинку кресла, — Звук через эти стены и дверь не проникает.

— Да в чем дело, сэр Алан? — удивился Каах, — Первый советник герцога Айко крадется в ночи, как вор… во что вы меня втягиваете?

— Я? — Лавора фыркнул, — Простите, korlat, вы сами влезли в очень и очень многое.

— Объяснитесь, — твердо потребовал дракон. На сей раз, советник стойко выдержал его взгляд и не дал шуму в голове отвлечь себя от мыслей.

— Легко. Давайте уж говорить начистоту, korlat Каах. Официально меня направили предложить вам стать наемником, на службе короны Айко — это я вам уже говорил.

Дракон кивнул и отхлебнул воды из кубка. Лавора взял со стола другой кубок и начал наполнять его вином.

— Сказать по чести, когда я выезжал из столицы, то не знал многих вещей. Слава всем богам, по дороге я получил недостающую информацию. На нас, вернее на ВАС, сейчас охотятся разведки всех сопредельных и не очень держав.

— Но… почему? — поразился дракон.

— О! Хороший вопрос, — Лавора отхлебнул вина, — Поясняю. За всю историю… За всю известную историю люди наблюдали всего лишь одного сиреневого дракона — вашего деда. Чем появление дракона такой расцветки закончилось, знаете? Образованием Империи. А все почему?

— Почему?

— Потому, — советник отрезал себе кусок окорока и помахал им в воздухе, — что он даровал императору Лотиру некий артефакт, Большой Имперский скипетр. После смерти Лотира korlat Кем его забрал. И вот, — Лавора сделал многозначительную паузу, — в наших краях, в последнем осколке Империи, появляется дракон точь-в-точь такого же окраса. Что должны решить все власть предержащие?

— Что скипетр у меня, — вздохнул Каах.

— Именно! — Лавора съел мясо и снова приложился к вину, — Кислятина какая… Можно прийти и к дополнительным выводам. Например, что драконы решили восстановить империю. Да мало ли что можно решить? Того, что скипетр окажется у кого-то из соседей, сейчас боится каждый монарх, до которого только дошли слухи о вашем появлении. Каах, мне надо выстроить план дальнейших действий, но без информации я не могу этого делать. Скажите честно — зачем вы явились в наши края?

Дракон взял яблоко и повертел его в руках, а затем положил его обратно в вазу.

— Знаете, Лавора… На самом деле именно в ВАШИХ краях я оказался достаточно случайно, — он вздохнул и поглядел в узкое, забранное кованой решеткой окно, — Дело в том, что такова наша традиция. Молодой дракон отправляется в fiihy, странствие, едва получит свои первые крылья. Мир посмотреть, и себя показать.

— В смысле — первые крылья? — не понял Лавора.

— Это такое выражение, сэр Алан, — Каах чуть печально улыбнулся, — Означает наступление взрослости. Просто… Мы не так много времени проводим в крылатом облике, как принято считать. Это, в конце-концов, не всегда удобно — слишком уж мы велики и массивны при этом. Конечно, ничего нет красивее неба, когда ты паришь в прозрачной синеве, твои крылья дрожат под напором воздушных потоков, а взор, кажется, может охватить весь мир! Небо… Небо. Это самое удивительное и прекрасное, что есть на свете, у нас возлюбленным говорят: "Мое Небо". Это жизнь дракона, это счастье… Но жизнь состоит не только из радостей. Около половины жизни мы проводим в облике людей, а в детстве и отрочестве — это наш единственный вид. Я вырос, научился менять облик — пришла и моя пора отправиться в странствие.

— Сколько же вам лет, korlat?

— Двадцать, — вздохнул дракон, — Я молод даже по вашим меркам.

— Да уж… — Лавора крякнул.

— Дед много рассказывал о ваших обычаях, и я решил побывать там, где проходил fiihy моего предка. Тем более что с Империей нас связывало не только странствие моего деда. Цель fiihy — подвиг. Подвиг на благо драконьего племени. Fiihy закончен лишь тогда, когда он совершен… или когда дракон мертв. Вы же знаете, нас считают златолюбивыми… Золото, серебро, драгоценные камни — это и впрямь нужно нам, но отнюдь не для того, чтобы спать на них. Они нужны нам так же, как вам нужны соль и специи. Трансформация отнимает много энергии, магия тоже…

— Вы… едите золото? — удивился советник.

— Ну зачем же, — Каах негромко рассмеялся и повернулся к Лаворе. Сэр Алан попытался не встретиться с ним взглядом, и это ему удалось, — Это происходит немного иначе. Вот, глядите.

Дракон извлек из кошеля небольшой сапфир и положил его в сложенную лодочкой ладонь левой руки. Тотчас же ладонь окуталась странным молочным свечением, а камень начал погружаться в плоть Кааха, просвечивая сквозь ставшую полупрозрачной ладонь, и тая при этом, как тает кусок соли в кипятке. Несколько мгновений и сапфир растворился полностью, а затем погасло и свечение вокруг руки дракона, которая вновь приобрела свой обычный, вполне людской вид.

Лавора, который до этого ни в какую магию не верил, поднял ошарашенный взгляд от руки дракона и столкнулся — глаза в глаза — с его взглядом. В зелено-карих глазах дракона плясали искорки веселья и чего-то еще, чего-то, что было сэру Алану знакомо, но он не мог вспомнить, понять, определить — что это. Лавора вновь почувствовал, что его сознание куда-то уплывает, сердце дало перебой и зашлось как после доброй пробежки, уши заполнило гулкое уханье крови. Глаза дракона, казалось, приблизились…

"Да что такое?!!", сердито подумал он, с трудом отгоняя наваждение.

— Впечатляет, — голос советника был хриплым из-за вмиг пересохшего горла, и он поспешил смочить его, разом ополовинив кубок с вином.

Каах отвел взгляд и печально улыбнулся.

— Дедушка и впрямь помог Лотиру стать императором, но помощь эта не была совершенно бескорыстной. Вы знаете о традиции Корабля Богов?

— Корабль Богов… Да, знаю. Раз в десять лет из гавани Лотириора[4] выходил корабль, груженый драгоценностями, и шел к острову Илтране, где оставлялся в бухте, как жертва богам-покровителям. Ночью он чудесным образом исчезал, несмотря на то, что вход в гавань стерегла добрая половина имперского флота. Вы хотите сказать…

— Да, — Каах кивнул, — Его забирали мы.

— Выходит, — нахмурился сэр Алан, — драконы подменяли собой богов?

— А почему нет? — парировал Каах, — Ведь это же мы создали людей.

Лавора поперхнулся.

— ЧТО вы сделали?

— Создали людей, — на губах дракона появилась хитрая улыбка, в которой была и немалая доля ехидства, — Это было давно, очень давно, сэр Алан. Ваши Лёр и Лия — боги-создатели — на самом деле драконы. Древние, могучие драконы, величайшие из магов нашего племени. Именно они создали людей — Младших, как мы вас тогда называли. У вас были свои сильные стороны, которых не было у нас, и первые люди жили с нами бок о бок. Мы учились друг у друга. Затем… Затем был Раскол, который повлек за собой Исход… Но это уже наша история, вам она неинтересна, я думаю.