Марина Ли - Школа Добра

– Начнем с самого простого, – магически усиленным голосом объявил ректор. – Первые курсы, вы со старостами определились?

В ответ раздалось нестройное и разномастное:

– Определились...

– Не определились...

– Да зачем нам староста?

И в наступившей на секунду тишине совершенно неожиданное:

– Да он пьет как конь, какой из него староста?

Вельзевул Аззариэлевич рассеянно моргнул и внимательно посмотрел на произнесшего последнюю фразу химика. Тот немедленно стушевался и спрятался за спинами товарищей.

В общем, старост мы выбрали и успокоились. Особенно успокоился Веник. Он сразу нос задрал важно и, кажется, даже выше стал.

А ректор раздал избранникам первокурсников фолианты, размером не уступавшие ППвО, а затем сделал объявление:

– Немного отступая от обычной программы проведения выборов, – пятый курс дружно и в голос застонал, заставив меня волноваться. – Вынужден сообщить, что в этом году наша школа примет участие в общешкольных военных тренировках не на правах вспомогательной силы, а как отдельный участник.

Теперь застонали все от пятого до второго курса. Мы же по-прежнему молчали и ушами хлопали.

– Ну, и на первый семестр нашим основным спарринг-партнером заявился Институт Годрика Воинственного.

– Вот же ж ...ть!!! – не сдержалась я громко, привлекая к себе взгляды всех. Ну, то есть вообще ВСЕХ!

Просто до меня до первой из самых младших дошло, что здесь происходит, и кто во всем этом виноват. Попыталась спрятаться за Аврору, но что уж там...

– Кхм-кхм, – ректор демонстративно прочистил горло, перетягивая всеобщее внимание на себя. – Итак, общая физическая подготовка начнется с завтрашнего дня. Занятия по тактике и стратегии вводятся у всех курсов и факультетов... Кажется, все?

Вельзевул Аззариэлевич вопросительно посмотрел на пятикурсников, и один из них злым голосом произнес одно слово:

– Барбакан.

– О! Ну, это на ваш выбор, – отмахнулся ректор. – Просто не забывайте о благоразумии... А теперь можно переходить к основной части собрания, собственно, к выборам в студенческий совет.

Ожидать результатов голосования я решила, забаррикадировавшись в своей комнате, а потому, когда все были увлечены подсчетом голосов, предприняла стратегический отход через боковые двери. На цыпочках прокралась к лестнице, как никогда мечтая о шапке-невидимке, и уже собралась было вздохнуть свободно, как кто-то схватил меня сзади за жилетный хвостик, потянул назад и злым шепотом поинтересовался:

– Куда собралась?

– К себе, – буркнула недовольно, пытаясь вывернуться из стального Александровского захвата.

– Напрасно. Хватай совет, пока я добрый: лучше сразу показать всем, что тебе плевать, а то только хуже будет.

Вздохнула тяжело. Прекрасно понимаю, что пятикурсник прав, но как же боязно возвращаться назад, в общий зал, где почти все из-за моей несдержанности догадались о том, по чьей вине у нашей школы такой соперник. А в том, что это происки моего старшего брата, сомневаться не приходилось.

– Мне просто страшно, – честно призналась я.

Александр поморщился.

– Слушай, прекращай, а? Мне с тобой целый семестр в барбакане сидеть, а там нет времени бояться.

– В барбакане? – ужаснулась я. – Как в барбакане? Ректор сказал, что это...

Александр ухмыльнулся.

– Виновные всегда сидят в барбакане. Можешь мне поверить, я получил политическое убежище четыре года назад. И угадай, из-за кого Школа впервые жизни была полноценным участником соревнований?

Я совсем погрустнела. Бли-и-и-ин, но я же ничего не умею. Вообще ничего...

– И кто тогда был вашим партнером? – спросила я.

– Лига Темных, конечно! – хмыкнул старшекурсник. – Кто же еще?

Действительно, кто же еще, как не школа прирожденных убийц, покровителем которой является один из Темных богов. Так и знала, что у Александра божественные корни. Мысленно похихикала над своими глупыми мыслями и решила их не озвучивать, разумно предположив, что их темнейшество моей шутки не оценит. И да, сделала себе отметку, не называть его больше их темнейшеством даже мысленно, а то так можно и заговориться.

***

Преподавателя по тактике и стратегии звали Зерван Да Ханкар. Он был невысокого роста, с короткими ногами и непропорционально длинными руками, лысый, с большими оттопыренными ушами и приплюснутым носом. Недостаток растительности на голове с лихвой окупала густота бровей, а из волос, торчащих из широких ноздрей, можно было бы сплести нехилую косичку, и одна моя знакомая кухарка умерла бы от зависти, увидев эту радость цирюльника.

– Я полевой командир! – хриплым голосом начал капитан Ханкар вместо приветствия. – Я старый полевик-легионер! На моем счету не одно выигранное сражение. И сегодня я здесь. Вы думаете: что делает здесь этот полуорк? Почему ректор Ясневский не нашел кого-нибудь из клана боевых эльфов или темных ассасинов, чтобы тренировать вас? Может быть, на эту должность подошел бы даже человек? И я вам отвечу. Просто ни один серьезный командир не стал бы возиться с такими задохликами, как вы.

Зерван Да Ханкар отсчитал пять шагов до окна, развернулся через левое плечо и пошел в обратную сторону, продолжая говорить:

– Стратегическая ошибка каждого тренера в этой игре – не считать вас серьезными соперниками. Они не берут вас в расчет, потому что ваша школа полностью на гражданском положении. И это их ошибка. Отсюда и будем плясать. И тогда ваша видимая слабость может стать вашей силой. И обернуться нашей общей победой.

Капитан остановился посреди аудитории и задумчивым взглядом окинул наши полосатые ряды – просто в АДу решили, что по причине военной обстановки сотрудничество между факультетами должно быть усилено. И этот курс мы слушали совместно с химиками.

– Не стану скрывать, эта победа очень важна для меня. Для моей дальнейшей карьеры.

Преподаватель с тоской посмотрел на старосту другого факультета, тощего мальчишку с маленьким носом и большими прыщами. И вздохнул громко и протяжно.

– Для начала уясним себе семь основных правил, которые помогут нам победить.

Зерван Да Ханкар подошел к доске и размашистым почерком написал:

1. Дисциплина.

2. Дисциплина.

3. Дисциплина.

После чего обернулся к аудитории и рявкнул:

– Кто хочет, может записывать. Мне все равно. За сдачу экзамена по своему предмету я засчитаю только вашу абсолютную победу.

После этих его слов Веник наклонился и едва слышно прошептал мне прямо в ухо:

– Думаешь, он знает, кто наш соперник?

Капитан нехорошо посмотрел в нашу сторону. Я притворилась стулом, а Аврора так сильно возмечтала исчезнуть, что, кажется, даже стала немножко прозрачной.