Галина Романова - Одна на две жизни

Ознакомительный фрагмент

— Что ты говоришь? — Агния не поверила своим ушам.

— Не выходи за Марека! Ты нужна мне!

— Ты бредишь, — осенило Агнию, — ты простыл. Весенняя погода такая непредсказуемая. У тебя жар. Тебе нужно лечь в постель, позвать лекаря и…

— Мне не нужен лекарь! — вскрикнул Ариэл, свободной рукой хватая девушку за талию и притягивая к себе. — Мне нужна ты!

Взвизгнув, Агния свободной рукой ударила его по лицу.

— Уходи! — вырвавшись, она отбежала на несколько ступенек вверх, цепляясь за перила лестницы.

— Прости. — Он сделал движение, хватая ее подол. — Постой! Я… не хотел. Вернись! Ты нужна мне.

Наверху скрипнула дверь.

— Агния? — послышался голос сестры. — Что происходит? Ты кричала?

— Все хорошо. — Девушка попятилась, не сводя глаз с оставшегося внизу Ариэла и со страхом прикидывая, что будет делать, если он бросится следом.

Не бросился. Стоял как вкопанный, не сводя с нее горящих глаз. И уже когда она оказалась наверху, рядом с сестрой, хлопнул дверью, выскочив за порог.

До самой свадьбы Агния потом не находила себе места. В каждом скрипе двери ей чудились шаги Ариэла. Каждый резкий звук означал его приход. Она с замиранием сердца искала его среди гостей, и когда все вышли из дома, чтобы ехать к церкви, бросила пристальный взгляд на улицу — нет ли там знакомой худощавой фигуры. По дороге тоже смотрела по сторонам, вглядывалась в лица пришедших с Мареком гостей. Ариэла не было. Он не появился ни во время обряда венчания, ни потом. Лишь когда садились в фиакр, чтобы ехать на свадебный пир, девушке показалось, что в глубине аллеи мелькнула знакомая темная тень в надвинутой на глаза шляпе. Но как раз в этот момент ее отвлекла рыдающая от счастья мать. А когда Агния снова посмотрела в ту сторону, тени — или человека — уже не было. Девушку окружали только знакомые светлые, счастливые лица. Рядом был Марек, несколько минут назад ставший ее мужем. Жизнь казалась прекрасной.

— Мне нужна ты.

Она вздрогнула, услышав эти слова, так напугавшие ее каких-то полгода назад:

— Перестань.

— Но это правда!

— А мне какое дело? — Агния быстро зашагала по аллее кладбища. — Ты мне никто. Оставь меня в покое.

— Ты мне нравишься, — сказал он ей в спину.

Она вздрогнула, но не сбавила ход.

— Знаю.

— Давно, — продолжал он, идя следом. — С самой первой встречи. Но ты уже была с Мареком. Если бы я встретил тебя раньше, ни за что бы не отдал ни ему, ни кому-то другому.

— И поэтому ты его убил.

Мужчина возмущенно фыркнул, но для Агнии все было понятно и не вызывало сомнений. Ариэл ревновал ее к мужу, мечтал устранить соперника. Случай представился неожиданно рано, через каких-то два месяца после свадьбы. Они вместе отправились выполнять поручение профессора алфизики, а живым вернулся лишь один из них. В этом наверняка и кроется причина того, почему Ариэл дал о себе знать не так скоро. Ясно как день — прятался в укромном месте, выжидал удобного случая. Наблюдал, собирал сведения. А как только понял, что никто не считает его убийцей, вернулся и прямиком направился к вдове своей жертвы. И ведь он сам неоднократно говорил, что умеет отнимать жизнь!

— Это неправда. Кровью Первопредка клянусь: я его и пальцем не тронул!

— О да, конечно! Есть много других способов. Яд, например…

Он рассмеялся:

— Как же ты меня ненавидишь!

— А за что мне тебя любить? Ты мне всю жизнь сломал! Ты сделал меня несчастной…

— Агни…

— Оставь меня в покое!

Она побежала, задыхаясь от страха. На кладбище было мало посетителей, она не знала, что будет делать, когда Ариэл ее настигнет. Надо было свернуть на центральную дорожку, поближе к храму, где ее могли защитить, но знакомая желто-зеленая крона была уже близко. У Агнии мелькнула мысль, что само присутствие могилы мужа может послужить надежной защитой.

— Марек! — закричала она, зовя его по имени.

— Стой!

Ее крепко схватили за локти. Агния закричала, стала вырываться, и тогда мужчина приподнял женщину над землей, прижимая к себе.

— Да стой же ты, глупая! — рявкнул он на ухо.

— Пусти! Пусти немедленно! Я закричу! Помогите!

Краем глаза она заметила отца-молельщика, который спешил в их сторону, и удвоила усилия. Ариэл повиновался и поставил Агнию на землю, но крепко стиснул за плечи.

— Пущу, — заявил он, — если ты во всем будешь меня слушаться.

— Что происходит, господа? — Отец-молельщик приблизился к ним.

— Ничего особенного, — улыбнулся Ариэл. — Я просто учу эту молодую даму правилам поведения в местах захоронений. Скажите хоть вы ей, а то она не верит, что здесь нельзя вопить во все горло и носиться сломя голову среди надгробий.

— Это правда, — кивнул монах.

— Он меня преследовал, — заявила Агния, тряхнув головой.

— И у меня были на то причины. — Ариэл еще сильнее стиснул женщине плечи. — Ты могла споткнуться и упасть.

Тем не менее он разжал руки, давая ей свободу. Агния немедленно встала так, что отец-молельщик оказался между нею и ее спутником.

До могилы Марека оставалось всего несколько шагов. Агния приблизилась, встала над курганом из цветов, который сама и возводила день за днем все эти месяцы. Плита давно скрылась под ними, надгробный камень в изголовье был едва виден.

Обычно Агния разговаривала с мужем, рассказывала, как сильно любит его, как тоскует и мечтает о том, чтобы поскорее соединиться с ним под этой же плитой, ласково укоряла за то, что оставил ее совсем одну на свете, вспоминала про ночные визиты. Порой просто плакала, обнимая камень и прижимаясь к его нагретому солнцем боку. Но сегодня рядом с нею стоял Ариэл, держа в руках помявшиеся желтые и розовые лохматые цветы, и слова не шли с языка. «Прости меня, Марек! Если можешь, прости!» — без конца повторяла она мысленно.

Ариэл постоял молча, потом шагнул вперед, всматриваясь в высеченные на плите слова.

— «Камень сей установила по мужу своему, Мареку Боуди, безутешная вдова его», — прочитал он вслух. — Красиво!

— Что ты понимаешь в красоте? — воскликнула Агния. — Если бы не ты…

Он не ответил. Пожал плечами, делая шаг вперед и наклоняясь, чтобы положить букет сверху кучи остальных цветов…

И вдруг резко отпрянул, толкнув Агнию в грудь:

— Назад!

— Ты с ума сошел! — воскликнула она. — Ты что себе позволяешь?

— В самом деле, сын мой, — вмешался отец-молельщик, последовавший за ними на могилу Марека, — имейте совесть! Вспомните, где вы находитесь! Такое поведение недопустимо в…

— Помолчите! Оба, — цыкнул Ариэл. — Здесь кто-то побывал до нас.