Полуночная метель - Мэри Мехам

выпало счастливое поручение отправлять девушек домой?

— Я могу попробовать сегодня вечером после бала, — сказал мне Джек. — И, к счастью, я не отвечаю за отстранение девушек, которые не прошли. Это обязанность Октавия, и, честно говоря, мне кажется, он получает от этого удовольствие. Так что я буду свободен поздно вечером.

— Прекрасно. — В голову пришла неожиданная мысль. — Вы случайно не знаете, прошли ли мои сводные сёстры — Валлия и Ванесса?

Он пробежался взглядом по своим записям.

— Да, обе прошли. — Джек слегка поморщился. — Понимаю, что между вами напряжённость, но принц и советники сочли их обеих очень привлекательными.

У меня словно что-то сжалось в груди, и я начала нервно играть с пером, то окуная его в растопленный воск свечи, то снова соскребая его.

— А вы? Вы тоже так думаете?

— Они не в моём вкусе, — твёрдо ответил он.

Узел в животе ослаб.

— А как насчёт моей подруги Тристы? У неё рыжие волосы, и она была в зелёном платье. Она прошла?

Джек скривился.

— Нет, не прошла. Прости.

— Она будет в восторге. Она без ума от подмастерья кузнеца и надеялась, что её отстранят.

Джек усмехнулся.

— Это многое объясняет. Оба советника, которые с ней танцевали, упомянули, что её манеры оставляют желать лучшего.

— Всё было сделано специально. В обычной жизни она совсем не такая. — Я положила перо на стол, чувствуя, как не хочется уходить. — Может, я могу чем-то помочь вам?

— Эту часть могу делать только я, — сказал он, возвращаясь к своим записям. — Но спасибо за предложение.

— Тогда я покормлю ваших собак перед тем, как вернусь сюда для исследований. Выгулять их я, пожалуй, не смогу — не знаю, как крепить упряжь.

— Я сам выведу их позже, но, если вы покормите их, это очень поможет. — Его взгляд смягчился, и он посмотрел на меня с тёплой улыбкой. — Я рад, что ты — мой друг.

Мне доставляло огромное удовольствие проводить время в амбаре, кормя и поя собак Джека. Они так яростно махали хвостами, что у некоторых покачивались даже задние лапы. Псы обвивали мои ноги, громко лаяли и выли, выражая восторг в предвкушении своей порции корма. Их радость лишь усиливала моё нетерпение снова увидеть Кодиака. Деревня была не так уж далеко. Даже если бы Джек был занят, я смогла бы добраться до лавки Берила пешком в ясный день. Но за окном всё ещё бушевал снег, засыпая окна сугробами так, что от пейзажа не осталось и следа. Риск отправиться в метель и заблудиться был слишком велик, чтобы его оправдать.

Когда я вернулась в замок, Октавий тут же кинулся ко мне, словно поджидал меня весь день.

— Где вы пропадали? Я искал вас повсюду! — упрекнул он, протягивая запечатанный конверт. — Вы можете остаться. Сегодня вечером будет ещё один бал, а завтра — пир на закате.

Позади меня девушка с мрачным лицом тащила через зал тяжёлый сундук, бросив в мою сторону недовольный взгляд, увидев конверт в моей руке. Видимо, уведомления об отказе уже начали раздавать.

— Большое спасибо, — сказала я Октавию. — Я с нетерпением жду возможности⁠…

— Да-да, конечно, — перебил он, отмахнувшись. — Если извините… — И, переваливаясь с ноги на ногу, заспешил прочь по своим неотложным делам.

Я вернулась в комнату Тристы, но застала её родителей в разгаре суматошных сборов. Триста помогала, изображая виноватое выражение лица, которому я ни на миг не поверила.

— Я не прошла в следующий тур, — сообщила она с наигранной серьёзностью.

— Так значит, прощай, принц. Придётся довольствоваться кузнецом в зятья, — пробурчал её отец. Триста опустила глаза, но я заметила, как она прикусила губу, чтобы скрыть улыбку.

— И зачем только мы тратились на весь этот гардероб, — вздохнула её мать. — Но Кал хороший парень, и он любит Тристу.

— Пошли, пошли, — подгонял отец, унося часть багажа к двери. — Остальное отправим с лакеем.

Триста задержалась на мгновение.

— Удачи, — прошептала она и, бросив осторожный взгляд на отца, сунула мне одну из сумок. — Здесь ещё одно платье, на всякий случай. И твоё платье уже вернули из прачечной — оно висит в шкафу.

— Я верну твоё платье, — пообещала я, глядя на наряд, который всё ещё был на мне.

Она махнула рукой, словно отмахиваясь от моей благодарности.

— Просто приди на мою свадьбу, и этого будет достаточно.

— Триста! — рявкнул её отец.

— Иду! — откликнулась она. — Прощай, Ноэль! Жди приглашение!

— Пока, — ответила я, наблюдая, как она догоняет родителей.

Когда их фигуры исчезли за углом, у меня промелькнула мысль: теперь я смогу остаться в этой комнате одна. Но моя радость длилась недолго.

Через несколько минут появился Октавий, ведущий за собой целую армию горничных.

— Следующая комната — эта, — скомандовал он, а затем заметил меня. — Что вы здесь делаете?

— Я… я подумала, что могу использовать эту комнату, раз Триста⁠…

— Нет, нет, нет, ни в коем случае! — затараторил он, указывая коротким пальцем на свою опрятную книгу записей. — У меня всё чётко организовано, и я не могу делать исключений. Вы должны находиться в комнатах семьи Фрост и только там, иначе весь порядок будет нарушен.

— Но если эта комната свободна…

Щёки Октавия начали раздуваться, будто он собирался вот-вот лопнуть.

— Свободна? У нас прибывают важные гости! Эти комнаты должны быть тщательно вычищены!

— Хорошо, хорошо, я ухожу, — поспешила я, забирая из шкафа своё платье и плащ, хватая сумку Тристы и стараясь ускользнуть мимо него. — Простите, что спросила.

Про себя я подумала, что Октавию не помешало бы иногда почувствовать неудобства, которые он так усердно создаёт другим.

Я направилась в библиотеку, где всё ещё находился Джек. Теперь его окружили другие советники, обсуждая список имён. Принц Стивен, как ни странно, отсутствовал.

Я подошла к полкам с книгами. Если наследственные законы упоминались где-либо, это должно быть здесь. Перенося с полки на стол тяжёлые тома, я погрузилась в изучение.

Часы тянулись. Я упорно читала, делая заметки, но ничего полезного не находила. Вернувшись после короткого обеда, я почувствовала, как тепло камина и монотонность книг начали убаюкивать меня.

Через некоторое время я резко проснулась от громкого шума. В окно пробивались бледные лучи солнца — снег наконец прекратился.

— Прискорбно, что некоторые женщины совсем не заинтересованы в подготовленных мероприятиях, — громко заметил один из советников.

— Да, — подхватил другой. — Если она даже не желает показать, чем может быть полезна для принца, что о ней можно сказать?

Никто из них не смотрел на меня, но их нарочито громкий разговор заставил меня подняться