Алена Даркина - Убывающая луна: распутье судьбы

— Все сначала хотят обойти зал по кругу, — рыцарь не дождался ответа. И после удара слева, не размахнулся справа, как обычно, а сделал колющий выпад вперед. Ялмари отскочил, но кончик меча рассек живот.

— Я не ищу! — выкрикнул он.

Рыцарь замер, словно кто-то превратил его в статую. Ялмари не рассчитывал, что это произведет такой эффект. Он предполагал, что слова противника были уловкой. Рыцарь ожил, прислонился к стене, откинул забрало. Потом снял перчатку и вытер со лба пот.

— Резвый ты, — заметил он.

Принц зажал рану ладонью, ожидая, когда кровь свернется. Но исцеление происходило не так быстро, как раньше.

— Что у тебя за меч? — поинтересовался он, морщась.

— Меч ни при чем, — охотно пояснил Хранитель. — Тут другие законы. Там, — он показал на выход, — раны исцеляются быстро. Иначе ты бы не смог со мной драться. Здесь — медленней. Но ты все равно можешь подождать. Кстати, меня зовут Вальдек.

— Ялмари, — представился принц, будто это было самой естественной вещью на свете. Он тоже прислонился к стене. Кровотечение уменьшилось. Он еще подождал немного. Взгляд упал на стену. Из-за того, что яркий луч света падал в центре, стены терялись в полумраке, и он не мог рассмотреть, что там. Прищурился, напрягая зрение, и упал на землю, когда меч вонзился стену там, где только что находилась его голова. Посыпались камни. Он не смог понять, в чем дело тут же перекатился подальше, но Вальдек оказался не менее проворным, несмотря на громоздкие доспехи он неумолимо наступал. Ялмари вскочил, поставил блок слева.

— Я предупреждал — не надо со мной хитрить. Я вижу твое сердце, — мягко упрекнул рыцарь. Эта мягкость не сочеталась с резкими сильными ударами, которые становились мощнее. Будто с каждым мгновением Вальдек становился сильнее.

Он рубил слева и справа. Потом быстрый прямой выпад, но Ялмари был уже готов к этому. Он легко отвел меч в сторону и тот опять вонзился в стену. Вновь посыпались камни. Теперь Ялмари догадался, в чем дело: зал только казался пещерой, на самом деле стены покрыли штукатуркой, чтобы скрыть дверь, ведущую к Хранителю тайн.

Теперь принц старался отбить меч Вальдека на стену и глянуть хоть одним глазком за обрушенную штукатурку — не появилась ли дверь. Вальдек дрался по одной и той же схеме: серия ударов слева и справа, затем выпад. Ялмари так привык к этому, что возродилась надежда: он найдет дверь. Это и стало ошибкой. Очередной выпад Вальдек сделал левее и выше, метясь в сердце. Ялмари попробовал отбить его, но не успел. Тогда отчаянным движением, он тоже бросил меч вперед, вдоль клинка соперника. Лезвие скользнуло легко, будто только и ждало этого. Распороло шлем, словно его сделали из бумаги. Если бы Вальдек не среагировал, сделав шаг назад и отбив клинок принца в сторону, то остался бы без головы. Поединок был честным. Его меч короче, зато легко вспарывает доспехи. Получается, железо надето скорее для устрашения.

— Ты очень быстро идешь к цели, — усмешка Вальдека, который быстро скинул остатки шлема, была немного нервной. На щеке рыцаря темнел порез в два пальца*

*Палец — мера длины, соответствующая примерно двум сантиметрам.

длиной. Оттуда сочилась кровь, но Вальдек не остановился ни на мгновение. От кусков обрушившейся стены стояла пыль, не хватало свежего воздуха, глаза слезились, дыхание с хрипом вырывалось из груди, но рыцарь стремительно атаковал. — Мне придется двигаться еще быстрее, — заявил он и так крутанул мечом вокруг клинка Ялмари, что принц едва не выронил оружие. Он потратил слишком много сил, чтобы удержать меч и не успел защититься от выпада в правое плечо.

— Стой! — крикнул он через боль и на всякий случай прикрыл веки, чтобы Хранитель не сомневался в том, что он отдыхает.

С закрытыми же глазами пошевелил пальцами правой руки. Резкая боль в раненом плече заставила застонать: его задели слишком сильно. Он мог сражаться и левой, но удержит ли удар Вальдека? Может, стоит пока передохнуть в пещере, где так быстро зажили раны, нанесенные тигрицей? Рядом тяжело дышал рыцарь, он тоже восстанавливал дыхание.

— Знаю, — выговорил он хрипло, — ты сейчас думаешь, не заживить ли раны в соседней пещерке. Если выйдешь туда — не вернешься. Второго шанса попасть ко мне не будет. Так что отдыхай. Столько, сколько тебе надо.

Ялмари представил, как можно достать Вальдека. Он мысленно прокручивал один прием за другим и тут же отвергал их. Он слишком слаб, слишком уязвим, чтобы что-то из этого могло получиться. И сдаваться нельзя. Все равно он не погибнет. Надо идти до конца. Ялмари почувствовал, что воздух посвежел: пыль осела. Может, тогда попробовать то, что сделал рыцарь в прошлый раз? Шумное сопение справа от него четко показывало положение противника. Не глядя, он крутанулся, целясь мечом в колени Вальдеку — выше нельзя, чтобы не убить ненароком. В последний миг открыл глаза, чтобы увидеть, как рыцарь, быстро сделав шаг назад, обрушил меч на запястье, защищаясь от удара. Кисть с крепко зажатым в ней мечом покатилась по полу. Ялмари взвыл от боли, и скорчился на полу, сжав обрубок.

— Ты победил, — раздался голос Вальдека.

Принц, тяжело дыша и что есть силы сцепив зубы, поднял голову: на этот раз меч, ударивший в стену, обвалил кусок штукатурки, открывая угол деревянной двери. Под его взглядом штукатурка стала таять, открывая дверь, зачищенную и покрашенную, чем-то неуловимо напоминающую вход в домик лесника.

Как он ни старался зажать рану, кровь хлыстала, заливая пол и одежду.

— Открывай, — не разжимая зубов, процедил Ялмари.

— Она открыта, — Вальдек пожал плечами и отступил к камню, освещенному солнечным светом. — Я не хотел, чтобы ты убил меня, — объяснил он, садясь на камень.

Принц выругался про себя. Если бы он ударил выше — сохранил бы руку. Он с трудом толкнул дверь. Она открылась легко. Ялмари шагнул через порог и тут же прикрыл, подпирая ее спиной. Иначе он бы не удержался на ногах. Сознание плыло от потери крови, он не мог разглядеть, куда попал. Тут же сообразил, что меч вместе с кистью остался в той комнате. "Я бы не мог сражаться, — упокоил он себя. — Хорошо, что я не могу тут погибнуть!" — подумал он с горькой усмешкой.

Услышал тихий вскрик, что-то упало на пол и разбилось. Ялмари с трудом разлепил веки, но комната дрожала и колебалась, он ничего не видел. Кто-то подскочил к нему, вцепился в рукав.

— Ялмари! Что с тобой? Господи, что происходит? — знакомый, такой дорогой девичий голос. Голос, которого здесь быть не могло.

Рукав отпустили, а потом он почувствовал, как прочным жгутом перевязывают рану. Кровь перестала лить ручьем, и сразу стало легче.