Джин Вулф - Воин тумана (сборник)

Надо отдать должное стражникам: они и не подумали бежать; если бы это произошло, я, наверное, последовал бы их примеру. Что же до Гиперида, то он сильно побледнел и отпрянул от жаровни, как от бешеной собаки. Юный сын Артаикта тоже, видно, испугался, как и все остальные. Спокоен был только Артаикт. Он подошел к Гипериду и, положив ему руку на плечо, сказал:

– Это чудо не имеет к вам никакого отношения. Оно предназначено для меня: Протесилай из Элая [171]сообщает мне, что, хотя он мертв и высох, как вяленая рыба, боги разрешили ему наказать человека, причинившего ему зло.

Гиперид сглотнул и забормотал:

– Да… это… Именно поэтому они считают, что ты… и твой сын…

Говорят, ты похитил приношения из его гробницы и… вспахал священную землю?…

Артаикт кивнул и поглядел в сторону жаровни; рыбы уже перестали биться, однако при виде их его передернуло, словно от холода.

– Выслушай меня, Гиперид, и обещай: ты передашь Ксантиппу все, что я скажу. Я готов уплатить сто талантов за восстановление священной гробницы Протесилая. – Он помолчал, словно ожидая еще какого-нибудь знамения, но больше ничего не случилось. – И к тому же дам вам, воинам Афин, две сотни талантов, если вы пощадите меня и моего сына. Деньги мои находятся в Сузах, но я оставлю вам в залог своего сына, пока названная сумма не будет выплачена. А она будет выплачена, клянусь Ахура-Маздой, могущественнейшим из богов, полностью выплачена, и золотом.

У Гиперида просто глаза на лоб полезли. Сумма была обещана неслыханная!

Все, разумеется, прекрасно знают, что персы страшно богаты, однако вряд ли кому-то могло прийти в голову, что кто-либо, помимо Великого Царя, владеет таким немыслимым богатством.

– Я передам… Я… Завтра… Нет, нынче же вечером… Если…

– Вот и хорошо. Вот и передай. – Артаикт сжал ему плечо и отступил назад.

Гиперид посмотрел на стражников.

– Но мне придется рассказать ему о том, что тут произошло! Латро, я думаю, ты тоже не притронешься теперь к этой рыбе. Меня так от нее просто в дрожь бросает… Наверное, нам пора домой…

И вот теперь мы снова отправляемся в цитадель. Может быть, нам удастся хоть как-то помочь Артаикту и Артембару.

Глава 2

СМЕРТЬ АРТАИКТА

Сегодня утром меня поднял с постели громкий голос глашатая. Я натягивал сапоги, когда в дверь комнаты, где спим мы с Ио, постучал Гиперид.

– Латро! – позвал он. – Ты не спишь?

Ио села на постели и спросила, в чем дело.

– Артаикта должны казнить нынче утром, – сказал я ей.

– Ты помнишь, кто это?

– Да, – отвечал я, – помню. Я говорил с ним вчера вечером перед тем, как мы с Гиперидом вернулись домой.

Тут на пороге появился сам Гиперид.

– А, так ты уже встал! Хочешь пойти посмотреть на их казнь?

Я спросил, кого еще должны казнить кроме Артаикта.

– Боюсь, что его сына. – Гиперид грустно покачал головой. – Ты ведь помнишь этого мальчика?

Я напряг память.

– Кажется, я видел вчера какого-то ребенка… Мальчика, чуть старше Ио…

– А ты, – Гиперид ткнул пальцем в Ио, – останешься дома, понятно? У тебя есть, чем заняться. И вообще, это зрелище не для юной девицы.

Я последовал за Гиперидом; на улице нас уже ждал чернокожий. Втроем мы отправились на берег, где начинался мост, построенный Великим Царем через Геллеспонт. Именно здесь – об этом все еще продолжали кричать глашатаи и шушукаться жители Сеста – и должен был умереть Артаикт. День был пасмурный и ветреный, с севера, со стороны Первого моря через Геллеспонт все время наплывали серые тучи.

– Этот ветер, – пробормотал Гиперид, – лишнее напоминание, что нам до отъезда отсюда нужно купить новые плащи. А тебе, Латро, плащ просто необходим. Твои лохмотья даже нищему не годятся.

Чернокожий тронул Гиперида за плечо, заглядывая ему в лицо вытаращенными глазами.

– Что? И тебе тоже? Ну конечно куплю! Я же сказал – всем. Плащ нужен даже маленькой Ио.

Чернокожий помотал головой и снова заглянул Гипериду в лицо.

– А, понял! Ты хочешь спросить, куда мы отправимся дальше? Я как раз собирался рассказать вам об этом. Но сперва давайте найдем местечко, откуда будет все видно, а потом поговорим.

К этому времени жители Сеста сгрудились в центре открытой площадки, и воинам Ксантиппа приходилось отгонять их тупыми концами копий. К счастью, кое-кто из воинов узнал Гиперида, и нам без особых хлопот удалось занять места впереди. Смотреть пока было не на что – в центре площадки двое рабов копали яму, по всей видимости, для столба, который принесли с собой.

– Самого Ксантиппа еще нет, – сказал Гиперид. – Значит, начнут нескоро.

Я спросил у него, кто такой Ксантипп.

– Наш стратег, – отвечал он. – Все эти воины подчиняются ему. Разве ты не помнишь? Артаикт ведь упоминал его имя вчера.

Я признался, что не помню. Имя "Артаикт" тоже казалось мне весьма смутно знакомым, хотя глашатаи все время упоминали его; потом я припомнил, что сам недавно сказал Ио о вчерашнем разговоре с человеком по имени Артаикт.

Гиперид задумчиво посмотрел на меня:

– Неужели и про рыбу не помнишь?

Я помотал головой.

– Соленые сардины! Ты знаешь, что такое сардины, Латро?

Я кивнул. Чернокожий тоже.

– Это такие небольшие серебристые рыбки, – сказал я. – Толстенькие такие. Говорят, они очень вкусны.

– Верно.

Между тем из толпы уже послышались выкрики: "Тащите его сюда!", "Где вы его прячете?". Гипериду пришлось повысить голос, чтобы его было слышно.

– Сардины очень жирные, – продолжал он. – Даже если они соленые, жиру в них все равно полно. Вот вы, люди вполне разумные, ответьте мне на один вопрос. Это для меня очень важно, так что сперва подумайте хорошенько.

Мы дружно кивнули в знак согласия.

Гиперид глубоко вздохнул и сказал:

– Если бросить на уголья жаровни соленую сардину – на раскаленные уголья, заметьте! – не может ли получиться так, что когда ее жир растопится и потечет, она как бы вдруг шевельнется? Не может ли растопленный жир брызнуть с такой силой, что перевернет рыбку?

Я уверенно кивнул. Чернокожий только пожал плечами.

– Ага, – сказал Гиперид. – Я присоединяюсь к мнению Латро, а Латро сам вчера видел это, хотя ничего и не помнит.