David Eddings - Часовые Запада

- Он еще жив? - тяжело дыша, спросил Гарион кузнеца.

Дарник перевернул неподвижное тело и привычным движением завернул веко, чтобы взглянуть на зрачок.

- Да что с ним станется, - сказал Дарник. - Я очень аккуратно его стукнул.

- Хорошо, - проговорил Гарион. - Найди веревку, его надо скрутить и завязать глаза.

- Зачем завязывать глаза?

- Мы с тобой видели, как он воспользовался волшебством, а мне кажется, что такие вещи трудно практиковать, если не видишь, куда целишься.

Дарник раздумывал над этим, связывая руки Ульфгара.

- Да, знаешь, пожалуй, ты прав. С завязанными глазами трудновато, наверное.

Глава 25

С захватом Ульфгара сопротивление сил культа было сломлено. Хотя некоторые из наиболее фанатичных его приверженцев еще продолжали сражаться, большинство воинов сложили оружие и сдались в плен. Армия Гариона мрачно окружила их и толпой погнала по заснеженным и залитым кровью улицам прямо на центральную площадь.

Шелк и Дротик быстро допросили угрюмого пленника с кровоточащей повязкой на голове, а потом подошли к Гариону и Дарнику, которые стояли над своим пленником, все еще пребывавшим без сознания.

- Это он? - с любопытством спросил Шелк, рассеянно протирая одно из своих колец полой серого камзола.

Гарион кивнул.

- Особого впечатления не производит, правда?

- Вон тот большой каменный дом принадлежит ему, - сказал Дротик, указывая на большое квадратное здание под черепичной крышей.

- Уже не принадлежит, - ответил Гарион. - Теперь он будет моим.

Дротик улыбнулся.

- Надо будет тщательно его обыскать, - сказал он. - Иногда люди забывают уничтожить важные вещи.

- Можем и Ульфгара туда занести, - предложил Гарион. - Нам надо его допросить, а этот дом ничуть не хуже любого другого.

- Пойду позову остальных, - сказал Дарник, снимая свой шлем, похожий на горшок. - Как вы думаете, теперь можно привести в город Пол и остальных дам?

- Вполне, - ответил Дротик. - Бои идут только в южной части города.

Дарник кивнул и пошел по площади прочь; его кольчуга позвякивала при каждом шаге.

Гарион, Шелк и Дротик подняли поверженное тело чернобородого и понесли его к дому, перед которым на укрепленном флагштоке развевалось красное знамя. Когда они начали подниматься по ступенькам, Гарион взглянул на ривского солдата, охранявшего павших духом пленников, сбившихся в кучу на грязном снегу.

- Сделаешь мне одолжение? - спросил он солдата в сером плаще с капюшоном.

- Конечно, ваше величество, - ответил солдат, салютуя Гариону.

- Убери это. - И Гарион кивком подбородка указал на флагшток.

- Сейчас, ваше величество. - Солдат усмехнулся. - Я и сам должен был об этом подумать.

Через тяжелую дверь они внесли Ульфгара в дом. В роскошно обставленной комнате почти все кресла были перевернуты и повсюду валялись листы пергамента. Куча рваных пергаментов лежала в большом камине, но огонь там не был зажжен.

- Хорошо, - пробормотал Дротик. - Он не успел ничего сжечь.

Шелк оглядел комнату. Стены закрывали темные гобелены, на полу лежал толстый мягкий зеленый ковер. Кресла были обиты алым бархатом, а вдоль стены стояли незажженные свечи в серебряных канделябрах.

- Уютное гнездышко...- пробормотал маленький человечек, когда они, особо не церемонясь, забросили пленника в рыжем камзоле в угол комнаты.

- Давайте соберем документы, - сказал Дротик. - Я хочу их просмотреть.

Гарион отвязал меч, бросил на пол шлем, стянул тяжелую кольчугу и устало опустился на мягкий диван.

- Я совсем вымотался, - произнес он, - словно не спал целую неделю.

Шелк пожал плечами:

- Это - одна из привилегий командования.

Открылась дверь, и в комнату вошел Бельгарат.

- Дарник сказал, что я найду вас здесь, - проговорил он, сдвигая на затылок капюшон своего старого потрепанного плаща. Он пересек комнату и толкнул неподвижное тело в углу. - Он не умер?

- Нет, - ответил Гарион, - просто Дарник усыпил его ударом дубинки.

- Зачем завязали ему глаза? - спросил старик, указывая на полоску голубой материи на лице пленника.

- Прежде чем мы поймали его, он воспользовался волшебными чарами. Я решил, что, если он посидит в темноте, нам будет спокойнее.

- Все зависит от того, насколько он силен в магии. Дарник отправил солдат собрать остальных, а сам пошел в лагерь за Польгарой и остальными дамами.

- Ты можешь привести его в чувство? - спросил Шелк.

- Пусть Пол это сделает. Ее прикосновения немного легче моих - я не хочу что-нибудь повредить.

Только примерно через три четверти часа они снова собрались в комнате с зеленым ковром. Бельгарат посмотрел вокруг и подтащил к пленнику стул с прямой спинкой.

- Давай, Пол, - сказал он мрачно, - разбуди-ка его.

Польгара расстегнула голубой плащ, встала на колени возле пленника и положила руки ему на виски. Гарион услышал шелестящий звук и почувствовал легкий толчок. Ульфгар застонал.

- Подождите несколько минут, - сказала Польгара, поднимаясь на ноги, - а потом можно будет его допрашивать.

- Он, наверное, не захочет говорить, - предположил Брин, широко улыбаясь.

- Я очень расстроюсь, если он окажется таким невежей, - сказал Шелк, шаря по ящикам в большом полированном шкафу.

- Вы, варвары, ослепили меня? - раздался слабый голос Ульфгара.

Пленник сел.

- Нет, - ответила Польгара. - Ваши глаза прикрыты, чтобы уберечь вас от непредвиденных поступков.

- Значит, меня пленили женщины? - с самодовольной ноткой в голосе спросил чернобородый.

- И женщины тоже, - сказала Сенедра, распахивая темно-зеленый плащ. Какая-то нота в ее голосе насторожила Гариона и спасла жизнь пленнику.

Сенедра с пылающим взором выхватила один из кинжалов из-за пояса Веллы и бросилась к ничего не видящему пленнику. В последнее мгновение Гарион перехватил ее поднятую руку и вырвал у нее нож.

- Дай! - закричала Сенедра.

- Нет, Сенедра.

- Он украл моего малыша! - кричала она. - Я убью его!

- Нет, Сенедра. Мы ничего от него не узнаем, если ты перережешь ему горло. - Удерживая ее одной рукой, Гарион вернул кинжал Велле.

- Мы должны спросить тебя кое о чем, Ульфгар, - сказал Бельгарат пленнику.

- Вам придется долго ждать ответа.

- Я так рад, что он это сказал, - пробормотал Хеттар. - Ну, кто начнет его резать?

- Делайте что хотите, - глумливо проговорил Ульфгар, - я не дорожу своим телом.

- Мы постараемся, чтобы ты изменил свое мнение, - сказала Велла леденяще сладким голосом, пробуя большим пальцем острие своего кинжала.

- А что ты хотел узнать, Бельгарат? - спросил Эрранд, отвлекаясь от разглядывания бронзовой статуэтки в углу комнаты. - Если надо, я могу сказать вам все.