Иван Охлобыстин - XIV принцип

— Это Кхеине, хозяйка, — подала голос Кет. — Я говорила вам, но вы меня не послушали. Я поверила вам и хотела умереть. Вы обманули меня. Значит, это правда, что вы и король поклоняетесь не нашему богу, а Хаосу!

— Кауран! — крикнул Малекит Капитану Черной Стражи. — Убей их всех!

Тот, к кому он обращался, с обнаженным мечом стоял впереди ко­лонны вооруженных копьями воинов. Его взгляд растерянно переска­кивал то на Кхеине, то на короля, то на Кет.

Неожиданно девушка пробралась сквозь защитное окружение Магнификуса и подошла к Капитану.

— Папа, это и правда Кхеине, — глядя прямо в глаза Каурану, ска­зала она. — Нас долго обманывали.

Капитан огорченно сплюнул на землю и опустил меч.

Вслед за ним свои копья опустила вся Черная Стража.

— Вот и славно! — обрадовался Второй.

— Морати и Малекит сбежали! — крикнул Дирон. — Они скры­лись в храмовой башне! Надо их догнать!

— Не надо, — остановил его Магнификус, поднес к губам знак прадракона и шепнул:

— Братья драконы, расплавьте храмовую башню до основания со всей дрянью внутри.

Драконы тут же вняли его приказу, зависли в воздухе полукругом у башни, и на приговоренное строение хлынул такой поток огня, что его свет озарил весь Наггарот.

Второй поднялся к собственному изображению, встал рядом с Верховным Жрецом, предварительно силой подняв его с колен, и громогласно объявил:

— Дручии! Я Кхеине! Мои слова для вас закон! Я не буду осо­бенно вмешиваться в вашу жизнь. Это ваша жизнь. Я только немно­го изменю ее оболочку. Итак: та, которую хотели принести мне в жертву, становится вашей королевой, ее дети — вашими правителя­ми. Кет Зарин отныне и навсегда, силой бога Кхеине, стала коро­левой дручий. Дальше: мне не нужны человеческие жертвы, я бог благородных эльфов, а не кровожадных шакалов. Посему и весь ин­ститут Эльф-ведьм не имеет смысла. Устраивайте свою личную жизнь, прекрасные совратительницы, и забудьте о моей. И послед­нее: сегодня арестовали врача Честа и Теневого клинка. Их нужно освободить. Специалисты на дороге не валяются. Мне нечего боль­ше сказать пока. Я еще вернусь, если увижу, что вы страдаете. Аминь.

Закончив свою речь, Магнификус спустился с постамента вниз.

— Слава богу Кхеине! — первым закричал Дирон.

— Слава богу Кхеине! — присоединились к его возгласу бывшие Эльф-ведьмы.

— Слава богу Кхеине! — подхватили все присутствующие.

И это прозвучало искренне.

*

Утром у городских ворот его провожали Радира, Кет, Ракартх и Дирон.

— Что говорят боги в таких случаях? — спросила Кет и вытерла рукой заплаканное лицо.

— Не знаю, всегда импровизация, — улыбнулся ей Второй.

— Вы точно не хотите остаться с нами? — уточнил Ракартх, сни­мая с руки перчатку. — Нам предстоит многое изменить в Наггароте. Ваша помощь была бы бесценна.

— Ты преувеличиваешь мои таланты, — пожал ему руку Магнифи­кус. — Честное слово, я еще появлюсь.

Радира ничего не сказала, а только обняла его.

Уже отойдя от ворот на приличное расстояние, Магнификус все- таки обернулся и громко спросил у Повелительницы невест:

— Если мне посчастливится случайно встретить большого белого волка, можно я передам ему от вас поклон?

Женщина смущенно кивнула и пошла к городу под недоуменными взглядами ничего не понявших спутников.

Шарскун, заложив лапы за спину, ждал его у плотины. Как толь­ко Магнификус подошел, крыс тут же сообщил:

— У нас неприятности.

— Что такое? — испугался Второй.

— Болтун, то есть Дооф, вернулся. Его не приняли сородичи, по­тому что он может порождать пламя. Он сейчас в лесу сидит и ноет. Жалостливо так, — сказал скейвен.

— Нечего было с ним ругаться, — пристыдил приятеля Магнификус.

— Это еще не все новости, — продолжил Шарскун. — Пока мы хо­дили на задание, к нам пытался проникнуть неприятель, но попал в ло­вушку, а моя мышка его добила. Вот он, — и крыс вытащил из-за сво­ей спины большую отрубленную голову.

— Кром Завоеватель, — узнал голову Второй. — Не везет парню. Но смотри, какой настырный! Как он нас выследил? Выброси эту га­дость, зачем ты ее с собой таскаешь?

— Показать хотел, — оправдался Шарскун.

— Что с девушкой? Помнишь, я тебя просил? — поинтересовался Магнификус, направляясь в лес.

— Очень хорошо! — похвалился скейвен. — Я посмотрел, куда она вошла, и через дымоход пролез. Она орать, ну, я ее по башке горшком стукнул и под кроватку засунул. А сам в кроватку лег и жду. Слышу — идет скверный человек, а с ним еще три человека. Его друзья идут — то­же скверные люди. Заходят и меня через одеяло щупают. «Большая, — говорят. — Сейчас мы разденемся и будем с ней совокупляться». Слы­шу — шуршат, штаны снимают. Потом тот первый подходит и с кроват­ки одеяло стаскивает. Я им говорю: «Здравствуйте, дорогие проказники! Меня послал ваш великий бог Кхеине вам глотки порезать, потому что вы совсем не уважаете молодую женщину! А молодая женщина — это будущая мать и полноправный гражданин». Они как давай ругаться!

— Ну и?.. — не выдержал столь подробного повествования моло­дой человек. — Где они?

— Вот они, — и Шарскун вытащил из-за спины правую лапу, дер­жащую за волосы отрубленные головы молодых извращенцев.

— Тьфу ты! — брезгливо сплюнул Магнификус. — А девушка? Ис­пугалась?

— Не очень, — хихикнул крыс. — Она помогала головы резать. Я ее сюда привел. С ней Асушан разговаривает.

— То есть как привел? — удивился Второй.

— Ей никак нельзя было в городе оставаться; для своих родителей она позор. Мы с женой пока девушку в Эшинблант возьмем. Пусть с моими детишками поиграет, А няньку я уволю. Чего деньги даром пла­тить? — объяснил Шарскун и хитро сощурился на друга. — Когда, кстати, ты денежки дашь?

— Слетаю к друзьям и привезу, — пообещал тот.

Дооф сидел рядом с руинами, где они устроили свое убежище, и осоловело глазел на свое отражение в луже.

— Что пригорюнился? — подходя к нему, спросил Магнификус.

— Я один, я совсем один, — тоскливо пробасил дракон. — На свете больше нет огнедышащих водяных драконов. У меня никогда не будет детей. Я не смогу их научить летать и говорить. Я не буду от­цом.

— Неужели у драконов так развит родительский инстинкт? — по­разился Второй.

— Он самый сильный, — кивнул чешуйчатой головой ящер.

— Не грусти, — успокоил его Магнификус. — Еще немного, и я смогу тебе помочь. Вряд ли, конечно, мне удастся создать еще одно­го водяного дракона, извергающего пламя, но я постараюсь превра­тить тебя в человека. Из драконов весьма приличные люди получа­ются. Что ты хочешь больше — остаться драконом или иметь потом­ство?