Елизавета Иващук - Радость отцовская

— Ясно… А у тебя нет никого, на ком я могла бы поэкспериментировать? — Я знаю, что есть, но я не знаю кто это — и мне интересно.

— Ты ведь знаешь, что есть. — Отец улыбнулся.

— Но я не знаю, кто… — Я задумчиво облизала ложку. Вкусный соус… А у врагов подобные жесты почему-то считаются некультурными. Видимо из-за того, что языки у них не слишком красивые, и гордиться ими не стоит.

— Демоны, конечно — проверять лучше на них, если ты все же решишь попробовать какой-нибудь гриб или траву. — Ну, жевать траву я едва ли стану, она меня интересует только в качестве приправы. Какие демоны, мне было ясно — преступники. В своде законов много пунктов, нарушение которых карается пытками и смертью. А из трупов делают фарш для животных — на большее соплеменники в нормальных условиях не годятся… В ненормальных, конечно, в пищу пойдет кто угодно.

— А сколько их? — Возможно, расход материала будет большим…

— Семеро. Молодые, и, конечно, лишенные возможности навредить тебе. Им повезло — заслужат быструю смерть, если ты будешь довольна. — Да, если я буду довольна, им действительно повезет — в каждом подразделении стражей есть хотя бы один специалист по пыткам, и весьма компетентный. Наше государство прекрасно организовано — еще ни один бунт не ушел дальше критики в адрес правительства. Не удивлюсь, кстати, если мои подопытные были виновны именно в этом. В таком случае они уже имеют проблемы с разумом… Критиковать отца, технодемонов или кого-то из высокопоставленных демонов очень глупо.

— В чем они виновны? — Я пододвинула к себе следующее блюдо. Еда… И как можно было меня этого лишать?! Хуже могла быть только разлука с отцом, без возможности встречаться даже во сне.

— Трое — критика текущего устройства темного государства. Им не нравилось то, что многие пункты, для представителя союзных рас означающие только штраф или рабство, для демона значат смертную казнь. Они, видимо, совсем забыли о том, что наша психика устроена иначе, и другие меры часто неэффективны. Потом нападение на стража — эту пришлось сначала спасать от смерти, даже стражи низших подразделений прекрасные бойцы. Внутренние враги сейчас были бы опаснее внешних, нельзя дать им возможность появиться… Двое — беспорядки в общественных местах, на самом деле, конечно, просто потенциально неблагонадежные элементы. И один — нелегальное вступление в товарно — денежные отношения. Неразумно пытаться подрывать экономику. — Сообщил отец. Хм, а он определенно давно подготовил все для такого варианта событий, эмоции его выдают. Отец, конечно, мог бы закрыться, но зачем? Ему нечего от меня скрывать.

— Понятно… — Я прислушалась к собственным ощущениям и поняла, что если я съем еще немного, никакие грибы и подвергшиеся воздействию эльфы в меня просто не поместятся.

— Тогда я немного полежу и подумаю, а потом пойду гулять с этими преступниками. Моя комната там же? — Я поднялась и одернула подол ночной рубашки. Нужно будет переодеться, прогулки по лесу в таком виде — это романтично, но в мои планы романтика не входит.

— Твоя комната в полном порядке. Отдыхай. — Ласково произнес отец. Я обняла его, прощаясь, и телепортировалась к себе. Как же давно мне не приходилось этого делать… Всегда ходить самой — это же так скучно. Конечно, развлечения в школе были, но дома все определенно лучше.

Некоторое время было посвящено сну в теплой и мягкой родной кровати. Совсем не то, что школьная. Дома все просто замечательно…

Проснулась в чудесном настроении. Такой безмятежной радости мне никогда не приходилось испытывать в школе — только здесь. Я почти забыла это чувство. И месть будет страшна, но с ней не к чему спешить. Пока что займусь другими делами…

Я встала и потянулась. Потом прошла к шкафу — отец не мог не позаботиться об одежде. Я выбрала национальный костюм — все неяркого коричневого цвета, только рубашка с широкими рукавами белая. Пожалуй, такое сочетание нравилось мне больше всего — зачем яркие краски в одежде при моей внешности? Их стоит использовать только по особым случаям. Отец тоже редко выбирал яркую одежду. Выглядеть пестро и нелепо не хочется никому, а это совсем несложно, если у тебя темно-красные глаза и волосы. Конечно, есть и более сложные варианты, но они не имеют ко мне отношения.

Несколько минут я с удовольствием любовалась на свое отражение, потом пригладила волосы — за время недолгого сна они почти не растрепались — и отправилась на поиски отца.

После нескольких телепортаций я обнаружила его в одном из залов, вместе с семеркой затравленных — именно это слово лучше всего описывало их чувства — соплеменников. Но это не помешало им испытать при моем появлении некоторый интерес — мы ведь достаточно любопытны, особенно в юности, а я, безусловно, уникальное явление и очень красивая девушка.

— Вот твои подопытные. Я им все объяснил, они рады таким образом принести пользу темному государству и искупить свою вину… — Самым интересным было то, что подобные чувства, пусть и ослабленные из-за общего эмоционального состояния, они и вправду испытывали. Судя довольному, хотя и не показывающему этого, отцу, убеждал он их исключительно силой слова. Магия или угрозы — это слишком просто для того, что бы вызвать у него подобные эмоции. И я знала, что отец обладал странной способностью — убеждать других. Не логическими аргументами, хотя их он тоже применял, и не страхом, не используя магию… Просто что-то в его словах заставляло верить. Природный дар, который отец старательно развивал… Без этой способности история темного государства была бы иной.

— Замечательно! Ты пойдешь с нами? — Жизнерадостным тоном, соответствующим настроению, сказала я. Отец улыбнулся и покачал головой.

— Нет. Тебе будет интереснее действовать самостоятельно. — Я поверила ему, что, конечно, не говорило о моей самостоятельности, зато подтверждало наличие ума. Отец старше меня и лучше разбирается в жизни, это же очевидно…

— Тогда перенеси нас на ту симпатичную полянку. Нэйле, наверное, успела уже раза три разобрать эльфа и собрать его заново… — Я нетерпеливо переступила с ноги на ногу. Энтузиазм осужденных не был столь горяч, но тоже присутствовал.

Отец кивнул.

Демоны, даже только что вытащенные из камеры пыток и в спешном порядке исцеленные, остаются демонами — и Нэйле, целеустремленно изучающая эльфийскую анатомию, не могла не вызвать никаких чувств. Точнее, не вызвать их не мог эльф, к тому же соблазнительно пахнущий, а девушка являлась лишь приятным элементом декора или объектом для зависти.

Да, повод для зависти у них точно есть… А мои соплеменники красивы, хотя и не вполне похожи на меня. Должно быть, это нормально — у меня особое происхождение… Как и у Нэйле, но я уникальнее.