Мелани Роун - Принц драконов

Рохан улыбнулся, но у него заныло сердце при воспоминании о двух других пятилетках, которым тоже нравилась эта игра. Прошлым летом Мааркен стал оруженосцем принца Ллейна, но уехал в Дорваль один: Яни умер от чумы…

— Тилаль становится славным парнишкой, — заметил Вальвис. — Только подумать, каким чудовищем он был, когда приехал сюда… Мне и в голову не приходило, что кровный родич миледи может быть таким отвратительным!

Вальвис потратил немало времени и немало колотушек, чтобы отучить Тилаля кичиться своим лордством перед другими оруженосцами. Зато теперь он хорошо знал свои обязанности и больше не хвастался родством со Сьонед. Правда, родство это скрыть было невозможно, поскольку у них обоих были одинаковые зеленые глаза и светлая кожа. Однако Тилалю достались в наследство от матери темные волосы, Такое сочетание было очень необычным, и в десять лет мальчишка считал себя писаным красавцем. За два года, прошедшие с тех пор, Вальвис успешно излечил его и от этой болезни.

— Ему пошла на пользу разлука с матерью, — продолжал юный рыцарь. — А правда, что она в этом году поедет на Риаллу?

— Чтобы взглянуть на свое сокровище? Доходили до меня такие слухи.

— У миледи испортится настроение…

Рохан спрятал невольную улыбку. Все шесть лет с языка Вальвиса не сходило имя Сьонед, и было нетрудно понять, почему. Рохан мог оценить это чувство. Он ведь и сам полюбил ее с первого взгляда. Юный рыцарь был уверен, что никто ничего не замечает. А Сьонед в отношениях с ним была само совершенство. Она частенько играла с Вальвисом, как с младшим братишкой, но на людях обращалась с ним как со взрослым, а не маленьким мальчиком. Когда Рохан начинал подтрунивать над ней, Сьонед откровенно отвечала, что воспитывает из Вальвиса мужчину, который когда-нибудь полюбит по-настоящему и станет кому-то хорошим мужем. Если бы она посмеялась над его чувствами или попыталась изменить их, Вальвис мог бы возненавидеть всех женщин. А так… Юный поклонник обожал ее и был счастлив служить леди своего принца всем, чем мог.

— Как только Вальвис встретит хорошенькую девушку своего возраста, он и думать забудет о своем обожании, — как-то сказала она Рохану. — Правда, мне будет очень не хватать моего рыцаря. Но… на что спорим, что жена его будет рыженькой, а первую дочку он назовет моим именем? Рохан был достаточно мудр, чтобы не спорить.

Тем временем хохочущие Тилаль и Риян поднялись с травы. Почувствовав, что за ними наблюдают, мальчики помахали Рохану и Вальвису. Риян, такой же темноволосый и большеглазый, как и его мать, запрыгал на месте и закричал:

— Принц! Давай играть в драконов!

— Как, опять? Я же только недавно был твоим драконом, и ты убил меня десять раз подряд! Даже дракону нужно немного отдохнуть. Кроме того, похоже, ты нашел себе другого, который играет куда лучше меня!

— Принц! — потребовал ребенок, уверенный, что ему не откажут. — Спускайся и играй в драконов!

Вальвис уже набрал в грудь воздуха, чтобы сделать Рияну выговор, но Рохан положил руку ему на плечо.

— Я предпочел бы играть в драконов, чем читать все эти бумаги, — задумчиво произнес он.

— Вы еще не обедали, милорд. И миледи не скажет мне спасибо, если вас замучают до полусмерти эти два маленьких тайфуна!

— Вальвис, — с досадой сказал принц, — что ты и твоя миледи носитесь со мной, как драконша с яйцом? Я что, калека или больной? Или ты решил, что я старею? По-твоему, двадцать семь лет-это преклонный возраст, в котором остается только храпеть и пускать слюни? — Он сердито фыркнул, выглянул в окно и крикнул мальчикам:

— Сегодня я играю в принца! Мы будем не убивать драконов, а спасать их!

Тут внизу раздался другой голос, и Рохан усмехнулся при виде спешившего со всех ног Оствеля.

— Риян! Тилаль! Вы прекрасно знаете, что нельзя шуметь и беспокоить нашего принца! — Он прикрыл глаза рукой, прищурился и посмотрел на окно. — Простите, милорд. За этими сорванцами приходится смотреть в оба, а чуть отвернулся — их и след простыл… — Оствель положил руку на плечо пытавшегося улизнуть Тилаля.

— Все в порядке, — сказал Рохан, не обращая внимания на родительские строгости. — Приятно смотреть, как они веселятся.

— Сегодня больше никаких драконов! — приказал Оствель и взял сына за руку. — Пойдем, Тилаль. Я уверен, что ты сгораешь от желания вывести травяные пятна с моего плаща.

— Но сегодня я должен прислуживать за столом, — возразил мальчик, с надеждой поглядывая на Рохана.

— Значит, плащ подождет, — согласился Оствель. Рохан отвернулся от окна, продолжая улыбаться, но за этой улыбкой крылась тоска по собственным детям. Это его сыновья должны были бегать в саду, смеяться и играть в драконов. Его сыновья… Он вспомнил о бумагах и быстро принял решение.

— Вальвис, сегодня вечером я не собираюсь играть в принца. Мне нужны ванна, обед и моя жена… именно в такой последовательности.

— Вот как? — усмехнулся молодой человек. — Вы отдаете миледи только третье место?

— Ну, если она предпочтет иметь дело с грязным, голодным и злым мужем…

Вальвис спустился вниз, отдал приказания, и вся система ведения домашнего хозяйства, созданная еще Камигвен, пришла в движение. Пока Рохан нежился в ванне, готовился ужин на двоих, который следовало подать в покои его высочества. Подобно большинству людей, у которых есть слуги, Рохан понятия не имел о том, как это делается. Принц знал только одно: его приказы исполнялись быстро, спокойно и без суматохи… совсем не так, как при старом сенешале. Оказавшись в ванной комнате, Рохан снова вернулся к воспоминаниям. Злополучный дранат дал ему возможность увидеть ту, кого он больше не чаял встретить: принцессу Янте. Ролстра не устоял перед ценой, которую Рохан предложил за наркотик, и отправил в Феруче караван из Вереша. Рохан и Фарид встретили его на полпути между Феруче и Скайбоулом и обменяли мешки с золотом на мешки с дранатом. Янте, сидевшая верхом на прекрасной белой кобыле, еще более красивая, чем прежде, нисколько не скрывала своей беременности и даже гордилась ею. У нее до сих пор не было законного мужа, но Рохан ничуть не сомневался, что отцом ребенка был поразительно красивый молодой человек, гарцевавший рядом с принцессой. Конечно, его чары могли вызвать вожделение даже у женщины куда более целомудренной, чем Янте. Рохан не обменялся с ней ни словом и только однажды встретил ее взгляд. То, что принц увидел в ее глазах, заставило его вздрогнуть.

Как он сумел заплатить за дранат, спасший жизнь не только всем им, но и многим драконам? Как умудрился добыть лекарство, которое не только бесплатно раздавал своим подданным, но и посылал за рубеж? Рохан нежился в прохладной воде и покачивал головой, вспоминая свое удивление, когда Фарид небрежно показал ему золото.