Анатолий Махавкин - Леди Зима (СИ)

В этот самый миг команда спешно снимала парусную оснастку, едва не вслепую карабкаясь по вантам и почти вслепую управляясь с такелажем. Шания попунцовела до ушей, прислушиваясь к заполнившим воздух выражениям. Ей уже доводилось слышать большую часть, но в таком количестве…Задребезжал кабестан, на несколько мгновений заглушив хор ругательств и якоря, плюхнув, ушли под воду.

Корабль не успел полностью погасить скорость, поэтому шпангоуты протестующе застонали, а незакреплённые предметы, весело подпрыгивая, отправились гулять по палубе. Пустая бочка из-под пресной воды, пронеслась до самого бака и едва не сломала ногу Узану, который пытался отлынивать от общего аврала и сидел во тьме у борта, раскуривая длинную трубку.

— И что дальше? — поинтересовался Джонрако, обращаясь к тёмному силуэту Хастола, — Будем болтаться в виду берега до чёртового рассвета или тебя осенят новые идеи? Я бы дождался дня.

Черстоли оторвался от поручня и свет звёзд обозначил его худое лицо с выпирающими скулами. Глаза напоминали два чёрных провала, а волосы, ниспадающие на плечи, напротив приобрели серебристый оттенок. Парень потёр лоб, точно пытался вспомнить нечто, давно забытое, потом поднял голову и в бездне чёрных глаз плеснула тёмная вода.

— Необходимо спустить шлюпку, — едва слышно сказал Хастол, — Капитан, надеюсь вы выделите в помощь несколько матросов, которые доставят меня на берег. Обещаю; с вашими людьми ничего не случится.

— А меня ты, очевидно, возьмёшь с собой? — сварливо проворчал Ива и потёрся лохматым боком о нактоуз, — Можешь не отвечать, всё понятно.

Псу никто не ответил, но молчание казалось столь красноречивым, что никто даже не стал сомневаться, кто составит парню компанию в путешествии на берег.

— Думаю лично проследить за тем, как будет обеспечена безопасность моих людей, — точно размышляя, протянул Джонрако, — Боцман, а ну иди сюда.

— Сразу предупреждаю, в этом нет никакой необходимости, — быстро ответил Хастол и на его гладком лице мелькнула гримаса, отражающая досаду, — Я могу обойтись без посторонней помощи.

— Слушай-ка, приятель, — Джонрако обращался к подошедшему Далину, игнорируя слова пассажира, — Я отправляюсь на берег и даю тебе полное право спустить три шкуры с команды. Ну, как ты любишь, старый кальмар. Не вздумай объявлять отбой, наоборот — раздай засранцам оружие и лично следи за маневрами этих чудиков, — Собболи кивнул на сверкающий огнями корабль, который сбавил ход и теперь медленно шёл в виду берега, явно пытаясь отыскать пропавшую цель, — Если они приблизятся на дистанцию выстрела — немедленно открывай огонь, не дожидайся, пока разнесут нашу скорлупку. Уразумел?

— Чего тут непонятного, лопни моя селезёнка? — буркнул Далин и украдкой сплюнул за борт, — Будет сделано. Чего ещё?

— Если мы к утру не вернёмся, — Джонрако почесал в затылке, — Высаживайся на берег и действуй по обстановке. Ну, как ты умеешь.

— Капитан, — Хастол нахмурился, — Поймите же, ваше присутствие на берегу — совсем не обязательно. Те люди, с которыми я встречаюсь, могут оказаться опасны.

Джонрако коротко хохотнул и хлопнул парня по плечу ладонью, напоминающей лопасть весла.

— Если ты хотел разжечь моё любопытство ещё больше, приятель, клянусь громом, у тебя вышло! Продолжай и я скорее поплыву вплавь за шлюпкой, чем останусь на Чертяке.

— Надеюсь, капитан, вы не думаете, что таким образом сумеете избежать моего общества? — насмешливо сказала Шания, — Сразу могу сказать: никаких возражений я не принимаю! Я твёрдо решила составить компанию вам обоим.

Хастол только стоял с открытым ртом, определённо не зная, как реагировать на подобное. Ива тихо хихикал, а Джонрако хмурил брови и гневно сверлил взглядом непокорную девушку. Шания же явно наслаждалась моментом.

Пока длилась эта безмолвная сценка матросы успели справиться с лебёдками и опустить шлюпку на воду. После этого между ними завязалась перепалка по поводу того, кто отправится на берег. Никто не хотел плыть к ночной земле, где, как знал каждый, живут опасные колдуны. Легенды о Картских чародеях, ворующих младенцев для своих жутких ритуалов, рассказывали в каждом портовом кабаке.

Конец спору положил Далин, появившийся среди жестикулирующих матросов в самый разгар их оживлённой дискуссии. Ни мгновения не колеблясь, боцман ткнул пальцем в пятёрку самых крикливых, а потом вытащил из темноты Узана и пихнул в сторону трапа. Таким образом шестёрка добровольцев оказалась готова к путешествию.

Как ни странно, но из пассажиров у сходен первой оказалась Шания, видимо опасавшаяся того, что её всё же могут оставить на борту. Джоонако и глазом не успел моргнуть, как гибкая девица, невесть каким образом удерживая юбку, сумела спуститься в шлюпку. И это в полной темноте! Большая часть матросов, из тех, что сидели на вёслах, не могла похвастаться подобной сноровкой. Отступать было поздно и в сердцах сплюнув за борт, Собболи пробормотал нечто о нахальных рыжих ведьмах. После этого капитан почти слетел вниз.

Когда Хастол, покачивая головой и громко вздыхая, подошёл к борту, его остановил унылый голос Ивы:

— Так, стало быть, я остаюсь?

— Это ещё с какой радости? — изумился парень.

— А как я буду спускаться по этой чёртовой лестнице? — в свою очередь поинтересовался пёс и поднявшись на задние лапы, угрюмо осмотрел трап, едва различимый на фоне тёмного пятна шлюпки, — Предполагаю, что это будет очень трудно.

— Интересно, а как ты проделывал подобные фокусы во время своих шпионских вылазок? — Хастол подошёл к собаке и склонившись над ней, задумчиво протянул, — Давай-ка поразмыслим вместе, как тебе быстрее всего осуществить спуск. Скорее всего, вот так…

С этими словами он схватил жирного пса за загривок и не успел тот опомниться, как его перенесли через борт и отпустили. Послышалось громкое: «Хлюп!» и солёные брызги долетели до лица парня. Улыбаясь, Черстоли слетел по трапу и помог матросам извлечь из воды отплёвывающегося и бормочущего ругательства Иварода. Тот громко возмущался, проклиная несчастную судьбу; злой рок, вынудивший его покинуть благословенное место; но особенно — негодяя, который ежечасно, ежеминутно и ежесекундно издевается над бедным, старым и больным псом.

Как ни странно, но за короткий период пребывания собаки на борту, все матросы успели привыкнуть к этому бесконечному нытью, поэтому её жалобы остались без внимания. Именно по этой причине несчастный достаточно быстро успокоился и замолчал, заняв место рулевого, рядом с капитаном, который выполнял эту обязанность.