Анатолий Махавкин - Леди Зима (СИ)

Когда боцман ушел, капитан ещё очень долго всматривался в окуляр зрительной трубки. Но не подтвердить, ни опровергнуть свои подозрения ему не удалось. В ночи можно было рассмотреть лишь россыпь разноцветных огоньков и только.

Он ещё всматривался в темноту, покусывая нижнюю губу и дёргая себя за бороду, а к нему наведались гости. Приблизились Хастол и Шания, ведущие беседу о родовых гербах. Точнее, разговор шёл о древности родов, но сейчас беседа перешла к геральдическим символам.

— Волли — один из древнейших родов материка, — убеждала Шания, прижимая ладонь к груди, — Даже на наречии Маргузов наша фамилия звучит, как Воллинитри и это означает: Старейшие Поселенцы.

— Я бы не стал касаться расшифровки древнейших наречий, — усмехнулся Хастол, — Ибо тогда вспомнится, что имя Шания тоже происходит от Моргузского — Шаниатри и означает: Подброшенная в Лунную Ночь. Или вы хотите сказать, что вас действительно подбросили?

Даже в сумраке стала заметна краска, выступившая на щеках девушки. Хастол немедленно принялся просить прощения, ссылаясь на увлечённость спором, которая вынудила его забыть о приличиях.

— Да нет, всё нормально, — щёки Шании, мало-помалу, приняли нормальный цвет, — Просто я не ожидала, что кто-то ещё может разбираться в этих мёртвых языках.

— Ну, скажем, ещё я могу, — прогудел Джонрако, — Однако никогда даже не думал, что твоё имя происходит от этого словечка, уж больно оно старое. Да ещё и связанное, если память меня не подводит, с Культом Смены Сезонов. Помнится, у одной из Леди было такое же прозвище, которое ей дали Сёстры.

— Леди Осень — подтвердил Хастол, — Так её звали из-за привязанности к странноватому развлечению, связанному с полнолунием. Впрочем, я не слишком хорошо помню этот момент.

У Джонрако, различившего ироничную интонацию собеседника, сложилось иное впечатление, однако капитан не стал настаивать на разъяснении. Вместо этого он решил в ближайшее время порыться в библиотеке и отыскать всё, связанное с легендами о Леди.

— И всё таки, откуда такое странное имя? — поинтересовался Хастол.

— Отец очень интересовался историей, — пояснила девушка, — Знал множество древних легенд и былин. К сожалению его чувство юмора было, как бы это сказать; весьма своеобразным. Когда мама родила меня, отец предложил назвать ребёнка именно так, благо никто не понимал, что это значит. А родилась я, действительно, в полнолуние.

Хастол, попавший в полосу тени, оказался почти невидим, для собеседников, но Джонрако показалось, будто парень отрицательно качнул головой, точно не соглашался с Волли. Но, вместо возражений, Черстоли задал новый вопрос:

— Прошу прощения за то, что тревожу старые раны, но очень хотелось бы знать; чем именно ваше семейство прогневило Магистра? Лишение всех владений — случай крайне редкий и совершенно не свойственный колдуну. Я, честно говоря, вообще не помню аналогичных прецедентов.

— Папа старался сильно об этом не распространяться, — сказала Шания и потёрла лоб, — А мама упоминала некий заговор, во главе которого стал кто-то, из нашего семейства. Заговорщики намеревались свергнуть Магистра и установить народное правление.

— Утопия, — хмыкнул Джонрако и не удержавшись, хихикнул, — Знавал я таких, народоборцев. Дело закончилось кровавой резнёй и переделом власти среди бывших единомышленников.

— Среди рода Волли всегда было много мечтателей, — Шания пожала плечами, — Впрочем, мама также упоминала старые магические книги, которые обнаружили в родовом замке посланцы Магистра.

— Капитан, а что это за огоньки, которые приближаются к нам? — поинтересовался Хастол, — Весьма напоминает корабль.

— Так и есть, разрази меня гром, — вздохнул Джонрако, — Мы с боцманом думаем, что нас кто-то преследует. И, признаться, у меня нет ни малейшего желания встречаться с этими ребятами, особенно если это те, о ком я думаю.

По трапу прогрохотали тяжёлые ботинки и всем явилась лохматая голова Далина, напоминающая гигантского морского ежа, из тех, что облюбовали восточные отмели Твайра.

— Капитан, — принялся докладывать боцман, — Приказ выполнен: пушкари заняли места по расписанию и ждут распоряжений; Фаленни и Сотри дежурят у крюйтовой, а остальная команда приведена в полную готовность к авралу.

— Хорошо, — одобрил Джонрако, — Готовимся к повороту, ложимся на левый галс и прямиком к берегу. Видишь тот утёс, в форме собачьей головы? Он должен оставаться по левому борту.

— Понял. Лево руля, бездельники!

«Морской Чёрт», потрескивая бортами, принялся поворачивать нос к тёмной громаде берега и матросы, напоминающие чертей в танцующем свете ламп, взялись за такелаж. Скорость хода немедленно упала и теперь шхуна едва тащилась вперёд.

Теперь скала, которую Джонрако указал в качестве ориентира, ещё больше напоминала гигантскую голову собаки. Мало того, теперь стало видно и её тело, вытянувшееся вдоль берега. Хвост каменного животного изгибался, образуя небольшой залив, куда и направлялась шхуна.

— Мне кажется, — неуверенно произнесла Шания, рассматривая исполинское животное, — Или действительно…

— Действительно, — угрюмо отозвался Иварод, невесть когда объявившийся рядом, — В своё время здесь жили все разумные псы этого мира. Их Молитар создал последними, определив проживать в самом благословенном месте. Тогда на острове ещё не появились люди, поэтому собаки спокойно жили в раю, полном дичи, чистой волы и сладких плодов. Это после злые языки тупых людишек придумали; дескать Карт предназначался в подарок именно им. Остров — наша земля, а вы лишь всё испортили! Как всегда, впрочем.

— Так что же произошло на самом деле? — потерянно спросила Шания, совершенно запутавшаяся в ворохе противоречивой информации, — И почему собаки живут на острове Колонны?

— Потому что нас изгнали из рая, — ещё более угрюмо проворчал Ива и принялся выкусывать между пальцами, — Сначала пришли люди и поселились рядом. Правда, не стану отрицать, они попросили нашего разрешения, но очень быстро забыли, кому изначально принадлежала земля Карта. Дальше — больше: двуногие наглецы принялись теснить собачий народ с обжитых земель, пока не сдвинули к самому океану. Если бы не покровительство Создателя, то могли бы и утопить.

Но самые скверные времена настали после второй демонической войны, когда Магистр поверг Молитара. Лысый урод явился к нам и велел убираться. Местом будущего проживания ублюдок определил горы Сик; бесплодные и смертельно опасные. Все; и слепые старики и самки с щенками были обязаны грузиться в тесные вонючие баржи и плыть в чудовищное место, кишащее опасными хищниками и ядовитыми растениями. Место, где палящая жара сменяется жуткими морозами, а дожди, идущие один раз в год, способны утопить любого, кто не успел укрыться.