Марина Добрынина - Бей ушастых! Часть 3

— А какое? — интересуется Дуська.

— Сугубо личное.

Ну не могу же я ей честно признаться в том, что отверг предложение напиться в ее компании потому, что у меня возникла идея сделать это среди представителей своего пола? Нет, поговорить я с ними тоже собираюсь. В основном, на тему предстоящего суда. Я убежден в его необходимости. Но у меня есть и другие темы для беседы, не предназначенные для ушей всяких рыжих и лохматых. Кстати, Лина можно бы и позвать. Или не звать? Устроить просто встречу представителей старших поколений. Терин, Иксион, Мерлин-старший, Кардагол и я. И Горнорыл. Вот с Киром не знаю, что делать. С ним вообще непонятно — к какому поколению он относится, и стоит ли его звать. Нет, наверное, не нужно. Будем считать, что, поскольку он — жених моей дочери, то еще слишком молод для того, чтобы слушать разговоры старших и опытных товарищей. Правильно, а то еще придется Ларрена приглашать и Шеоннеля. А тогда совсем расслабиться не получится.

— Так где он? — повторяю я свой вопрос.

— Последний раз я видела его в спальне, — сообщает Дуся.

— Ты оставила его привязанным, — ухмыляясь, интересуюсь я, — чтобы не убежал?

— Извращенец! — фыркает Дуська.

— Я?! Да ну? В самом деле, где мне его искать?

— Не знаю, — отмахивается она и корчит недовольную рожицу, — у Гарлана спроси.

И в самом деле, кто может найти волшебника, способного телепортироваться куда угодно в любую минуту, кроме вездесущего Гарлана? Только другой волшебник. А Кардагола у меня под рукой почему-то нет. Да и сомневаюсь я, что Повелитель времени стал бы бегать по округе в поисках своего дальнего родственника. Хотя было бы забавно посмотреть.

Гарлан появляется сию минуту. По-моему, он научился уже и мысленные команды улавливать.

— Уважаемый, а не могли бы Вы оказать мне содействие в розыске Терина, Кардагола, Мерлина, Горнорыла и Иксиона? — интересуюсь я, — очень я хотел бы видеть их в своем кабинете минут так через тридцать. Да, и велите принести туда закуски и вино. Мое любимое. И еще водки на всякий случай.

Гарлан кивает и испаряется.

— А совесть у тебя есть? — мрачно интересуется Дуська, меланхолично похлопывая тапком по ладони, — меня ты, значит, кинул…

— Дуся! Там будут обсуждаться сугубо мужские вопросы! — восклицаю я.

— Это самое интересное, — бормочет княгиня. Лицо ее опущено, и челка падает на глаза, делая Дуську похожей на опечаленную лошадку. Невольно хмыкаю.

— Дульсинея, свет очей моих, неужели тебе не с кем выпить? Во дворце столько интересных личностей остается незадействованными. Нас всего-то будет пятеро.

Дуська издает звук, очень похожий на слезливое хлюпанье носом. Сначала пугаюсь, не обидел ли ее, а потом представляю себе рыдающую Дусю, и мне становится смешно. Это — нереально. Слишком долго я ее знаю, чтобы повестись на такой глупый фокус. И в самом деле, найдет она, с кем пообщаться. Вот не думаю я, что при ней Кардагол начнет рассказывать, что он нашел в своей драконице с людоедскими наклонностями. Конечно-конечно, это я планирую обсудить после разговора о суде.

— Злой ты, Вальдор, уйду я от тебя, — бормочет княгиня Эрраде и, взмахнув тапком, перемещается в неизвестном направлении.

Лин

Если бы не Саффа со своим обостренным чувством долга, я бы предпочел, чтобы наш выходной продолжался до завтрашнего дня. Но, увы, птичка моя — девушка ответственная, и пришлось нам выбираться из уютной такой кровати. Саффа предлагала мне остаться здесь, раз я такой ленивый сегодня, но валяться в постели одному мне как-то не улыбалось, так что к Иоханне мы отправились вместе. А что? Лишний боевой маг рядом королеве нашей не помешает.

Переместились мы в кабинет, а там… во-первых, спасибо Саффе — вовремя блокировала атакующее от Андизара. И спасибо мне за то, что успел оттолкнуть Саффу с траектории полета ножа, который метнул Ларрен. Хорошо так метнул, можно сказать, профессионально. Да, только не ту цель выбрал.

— Ну, Ларрен, трындец тебе пришел! — прошипел я, сплетая "ядовитые сети".

— Успокойся, Лин, — равнодушно бросила Иоханна, не отрывая носа от бумаг, разложенных на столе. — Моя охрана все правильно сделала. Времена сейчас опасные.

— Для кого опасные? Для твоих друзей? — проворчал я, но "сети" свернул, пообещав, — я тебе, Ларрен, без всякой магии в глаз дам.

— Никакого мордобоя в моем кабинете! — отрезала Ханна.

— Тогда отпусти его на часок. Или эта вещь только Вальдора слушается?

— Прекрати! — прошипела Саффа.

— Хорошо, молчу-молчу! Но морду ему все равно набью, — проворчал я.

Ларрен подарил мне холодный взгляд, но отвечать ничего не стал. Вот и правильно. Не хватало еще, чтобы со мной предметы обстановки огрызались.

— Что вам нужно? — спросила Ханна.

— Если ты не забыла, твоя безопасность — это моя работа, — съехидничала Саффа.

— Саф, а ты отдохнуть не хочешь? Забирай свое чудище, и сходите, погуляйте, что ли?

— А ты сама, блондочка, погулять не хочешь? — поинтересовался я, — тебе вообще-то свежий воздух нужен. Или ты думаешь, что твой ребенок особенный, и можно его выносить, заперевшись в душном кабинете?

— Когда ты успел обрести познания в акушерском деле? — ядовито осведомилась принцесса.

— Не надо быть специалистом, чтобы знать такие простые вещи. Бросай, Ханночка, свои бумаги пойдем по саду прогуляемся. Хватит уже королеву из себя строить, Вальдор вернулся. Когда он, кстати, собирается официально у тебя корону отбирать?

— Никогда.

— Что?

— Лин, мы решили оставить все как есть.

— Это как это? Вальдор что, умом тронулся? — испугался я.

Иоханна пожала плечами. Понятно. Она сама не понимает, что происходит, и почему ее отец принял такое решение. Нет, ну не иначе, как он с ума сошел!

— Что ж, если на троне остаешься ты, значит, мы прямо сейчас и заключим контракт, — решила Саффа.

— Какой контракт? — не поняла Иоханна.

— Я хотела бы официально вернуться на работу.

— Ой, да зачем тебе? Скоро осень.

— Блонда, танцуй! — вмешался я. — Саффа решила еще какое-то время после свадьбы поработать.

— А ты?

— А я что? Я тебе мешаю? — с видом оскорбленной добродетели воскликнул я.

— Ты собираешься остаться здесь, пока Саффа работает на меня?

— Было бы странно, если бы моя жена жила здесь, а я в Эрраде, — заметил я.

Иоханна с минуту задумчиво смотрела на меня и, наконец, на ее лице появилось нечто, что при большом воображении можно назвать улыбкой.

— Если ты, Лин, что-нибудь натворишь, я тебя в темницу посажу! Сурику отдам! Каро на тебя натравлю! Понял?