Никос Зервас - Дети против волшебников

— Ага, сейчас-сейчас, — зевнул Ваня. — А дубок вот этот сколько стоит!

Кощей почему-то не ответил. Царицын обернулся — и увидел, что профессор как-то весь подобрался, а на лице застыла улыбка с немного ощеренными зубами — ну точно собака над костью.

— Дуб не продаётся, — прошипел профессор Кош. — Отойди от окна, я сказал!

— Жаль, — вздохнул Ваня. И — быстро шагнув, схватил горшок с подоконника.

— Какой хороший дуб!

— Стоять! — Профессор Кош прыгнул через стол, будто алчная львица — страшно, гибко, и даже когти на лапах! От испуга бедный кадет разжал пальцы, и…

Горшочек с карликовым дубом полетел на пол.

Жёлтые лапы ударили воздух когтями — глина взорвалась облаком пыли да мокрой земли, и вывалилось из разбитого горшка…

Маленькое, хрустальное…

Тут уж Иванушка не сплоховал — дёрнул рукой и цапнул драгоценное яичко у самого пола.

— Лапы вверх! — рыкнул кадет, отпихиваясь ногами в немного корявое сальто — назад, через голову!

Кошка застыла, пронзённая ужасом смертельной утраты, — а мальчик Шушурун уж вывернулся из прыжка и фыркает, повыше задирая руку с зажатым хрустальным яичком:

— Разобью! Не двигайтесь! Попробуйте только вызвать охрану…

Что-то грохнуло об пол — это профессор Кош повалился на колени… потом ударился лицом в пыльный паркет — и медленно, размазывая по полу сопли, пополз к Ивану:

— Не-ет… оставьте его… что Вы хотите… всё отдам…

Царицын даже рот приоткрыл, поражённый страшным превращением. Что за сокровище такое? Ну, хрустальное. Ну, золотая сеточка сверху с двуглавыми орлами… Похоже, кстати, на Фаберже…

Неужто подлинное?

Ваня читал про уникальные ювелирные подарки в виде пасхальных яиц, которые фирма Фаберже изготавливала штучно по заказам русских царей незадолго до февральского бунта 1917-го года. Он знал, что каждое яйцо стоит миллионы, а некоторые — даже сотни миллионов. Так вот какие драгоценности коллекционировал профессор Кош!

Не знал Иванушка, что держит в кулаке знаменитейшее, ещё во времена Второй мировой войны «утерянное» яйцо фирмы Фаберже, работы русского мастера Перхина. Сияющий полый шар из тончайшего горного хрусталя, охваченный платиновой сеточкой и усыпанный сверху алмазными розочками. А внутри — из чистого золота Адмиралтейская игла, ну в точности настоящая!

Грустно стало Ване, что пасхальные яйца, задуманные как подарок на Светлый праздник, веселят теперь только богатеньких коллекционеров, маньяков, которые не видят в них ничего сверх фантастической рыночной стоимости, не понимают истинного предназначения этого маленького золотого чуда, которым играли дети царского рода великой страны.

— Пожалуйста… не сдавливайте в пальцах, — простонал Кош. — Вы даже не понимаете, что у Вас в руке… Оно стоит дороже, чем земной шар… Оно — единственное в истории! Там же, изнутри сферы… вырезан глобус звёздного неба, понимаете? Это же знаменитое хрустальное яйцо, перепроданное эрцгерцогу Фердинанду… из-за него началась Первая мировая война!

Ваня бережно переложил яичко в левую руку, а правой взял со стола листок бумаги, потом карандаш и, написав несколько слов, протянул профессору:

— Вот записка. Положите её в конверт, запечатайте личной печатью и вызовите секретаря. Когда она войдёт, Вы спокойно отдадите ей письмо и попросите спуститься вниз, к выходу. Там она найдёт темноволосую девочку в мокрой одежде с гербом Моргнетиля. Пусть отдаст письмо этой девочке, а затем проводит её сюда, в этот кабинет.

— Вы будете теперь приказывать мне? — не моргая, прошипел Кохан Кош.

— Ага, — сказал Ваня и… молодцевато перебросил хрустальное яйцо из одной руки в другую.

Профессора точно вилами бросило к стене — и обратно в кресло:

— Нет! Не делайте! Всё, что хотите… не уроните… зачем оно Вам, ну зачем? Отдайте…

— Отдам, — серьёзно сказал Ваня. — После того как Вы проводите меня на полигон «Курск». А сейчас, пожалуйста, позовите секретаря.

Девушка, явившаяся по зову колокольчика, с улыбкой приняла у профессора запечатанный конверт и уцокала каблучками прочь из кабинета. В ту же секунду загудела одна из линий на телефонном терминале профессора.

— Возьмите трубку, — скомандовал Ваня. — Только не говорите глупостей, иначе я расшибу Ваше ювелирное сокровище всмятку.

— Кош слушает, — прохрипел алхимик, надавливая мигающую кнопку.

— Срочное сообщение, профессор, — заскрежетал в динамиках надтреснутый голос Колфера Фоста. — Вы помните мальчишку из Сибири? Того, который по нашему приказу телепортировал своего приятеля? Мы подозревали, что он шпион, помните?

— Д-да… — неуверенно сказал Кош, косясь на Иванушку.

— Ну так вот, этот мальчишка действительно русский шпион, — сказал голос Фоста. — Второкурсник по имени Джордж Мерло сообщил, что шаманёнок приходил в комнату русской девчонки Азии Рыковой, чтобы выяснить её судьбу. А потом русский напал на Мерло.

— Ах вот как, — бесцветно произнёс Кохан Кош и снова дёрнул глазами на Ванечку. — Кто бы мог подумать.

— Мне поручено предупредить всех преподавателей, но я позвонил Вам в первую очередь, — сказал Колфер Фост. — Будьте бдительны. Мальчишка чудовищно изобретателен.

— О да… — с ненавистью произнёс Кош. — О, как Вы правы, декан Фост…

— Заканчивайте разговор, — быстро прошептал Царицын, покручивая хрустальное яйцо в пальцах.

— Я Вам перезвоню позже, — хриплым эхом повторил алхимик и положил трубку. Ваня вдруг улыбнулся и указал на медвежью шкуру, валявшуюся в углу кабинета:

— Ух ты! Не моя ли часом?

— Ваша, молодой человек, бывшая Ваша шкурка, — лицо профессора перекосилось в жалкой улыбке. — И другие вещи, реквизированные. Их проверяли у Колфера Фоста, а потом отдали мне. Они ведь больше никому не были нужны, ну вот я и забрал. Хотите купить?

— Что значит «купить»? — поразился Ваня. — Это ж моя личная шкура!

Помимо родной изодранной шкуры он отыскал знаменитую генеральскую гирю, Надинькины цветные карандаши, термос… словом, всё то, что выпало у Царицына из рюкзака, когда он катился и падал с крыши в фонтан Дворца церемоний. А вот и сам рюкзак тихогромовский — тот, в котором Надинька сюда приехала… Между прочим, собственность генерала Еропкина! Нечего нашему добру тут валяться без присмотра, у недобрых людей… Запылится ещё.

Вдруг Иван вспомнил кое-что важное — и даже испугался. Неужели нашли? Протянул свободную руку, переворошил шкуру и нащупал небольшой внутренний карман, почти незаметный…

— Тоже мне специалисты, — радостно прошептал Иванушка, доставая из секретного кармашка крошечный кусочек золота на звонкой цепочке. — Самого главного Колфер Фост и не обнаружил. И Слава Богу!