Мария Чернокрылая - Эта безумная, безумная семья

— Понятно, — кивнул Леша, отойдя на шаг, чтобы полюбоваться своей работой. — Я бы тоже обиделся на такие слова. Глаза закрой.

Послушно закрыв глаза, я негромко вздохнула.

— Ну я же не хотела ее обижать… Просто мне тогда казалось, что никто меня не любит и не может понять, и поэтому постоянно расстраивалась из-за любых пустяков. Особенно мне казалось скучным сидеть с маленькой сестрой, которую все любили и лелеяли. Глупая была. Мне потом Ося это очень понятливо объяснила. Знаешь, моя старшая сестренка всегда умела найти правильные слова. Даже тогда она была… мудрой…

Я замолчала. Нет, не потому, что сказать было нечего, просто очень не хотелось потом от волос отплевываться. Да и страшно это — когда у тебя перед лицом ножницами щелкают. Ух, адреналину я сегодня получила…

— А у меня вот сестер и братьев не было. После смерти папы мама долго грустила. А потом… стала странной. Она смотрела на меня так, словно… словно…

Не дав Леше договорить, я перехватила его руку с ножницами, мягко отпустила ее и серьезно заглянула в глаза. Тихо, но настойчиво прошептала, решив не думать, что, быть может, говорю что-то совершенно не то и не к месту:

— Теперь я твоя мама, Леша. И я на тебя никогда так не посмотрю. И знай: теперь у тебя есть семья, которая ни за что тебя не бросит. Мы никогда и никому тебя не отдадим.

Договорив, я не удержалась и обняла Лешу осторожно, но крепко, боясь спугнуть, но и не желая отпускать куда-либо. Да, я знаю его меньше месяца, но он явно достоин большего, чем той матери, которая ему досталась. Никогда не смогу ее понять. И простить. Повезло ей, что догадалась уехать в свой Новосибирск, а то не знаю, что бы с ней сделала за Лешу…

Мальчик не обнял меня в ответ. Но и не сбежал. Уткнулся мне в плечо и просто стоял так некоторое время. Нет, он не плакал. Порой я удивляюсь, какой же он сильный. Сыночек… Чуть улыбнувшись от тепла, которое вдруг возникло в груди, я осторожно погладила его по волосам. Все будет хорошо, маленький. Все будет хорошо.

Не знаю, сколько мы так стояли-сидели. Первым тишину нарушил Леша, тихо проговорив:

— А мне Лион поручил тебя защищать…

Чуть отстранившись, но не выпуская сыночка из объятий, удивленно заглянула ему в глаза.

— Зачем?

— Чтобы тебя никто не обидел, — очень серьезно ответил тот. И добавил, даже не пытаясь скрыть слегка лукавый блеск в глазах: — Хотя мне кажется, что скорее ты кого-нибудь обидишь.

— Уж такой меня воспитали… — притворно тяжело вздохнула я и подмигнула весело.

— Неужели меня ждет такое же будущее? — очень натурально "ужаснулся" Леша.

— А то. Ты же теперь Ворожбитов.

И, снова растрепав мальчику волосы (ну нравится мне это дело, нравится!), с довольной улыбкой потребовала:

— Давай уже, заканчивай мне прическу. А я пока тебе расскажу, как учила Дашу летать на метле, когда сама летать не могла.

Леша снова взялся за ножницы и приготовился слушать. А я, пока рассказывала, украдкой думала, какая же это все-таки странная штука — жизнь. Никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Порой кажется, что за очередной потерей уже не будет ничего хорошо, но потом все обязательно меняется. Да, права Матильда. В жизни есть еще очень много замечательных вещей.

Только мой новый имидж вряд ли можно к ним отнести…

Нет, конечно, в итоге получилось не так уж страшно, как могло бы быть, но я впечатлилась, увидев свое отражение. Знаете, в какой-то миг мне даже показалось, что у Панкоря весьма красивая прическа, очень даже… Хорошо еще, Леша внял моим советам и не стал стричь меня "под колобок". Ладно. Вполне нормальная прическа. Тем более, я же постоянно в беретке хожу (вне дома, я имею в виду), так что сойдет. Но сыночка я все равно попугала, когда, глядя в зеркале, мрачно предложила постричь и его. И почему он отказался?..

После стрижки мы, посовещавшись и посмотрев на часы, решили, что вполне есть время на подвиги, и можно пойти с кем-нибудь пообщаться. По хорошему, конечно, стоило бы идти спать, чтобы встретить завтрашний день во все оружии… Но когда это мы в последний раз поступали так, как надо? Вот именно.

Для беседы мы выбрали Моренто. Мне лично было нужно с ним поговорить про Диану. Да и идея познакомить Лешу с Агатой не отпускала. Тем более, была надежда, что рядом с этими двумя будет относительно тихо, разве что Борталио или Эсмиральда с дочерью придут.

Мой братец нашелся в летнем саду, где Матильда выращивала свои редкие растения, а тетушка Анна — просто красивые цветы. Как я и предполагала, рядом с ним была Агата, но больше никого рядом не было. Наверно, Борталио пошел заключать какие-нибудь важные сделки, пока шестой день праздников еще не закончился. А, может, он пошел поговорить с тетей Антай. По старой памяти, так сказать. Интересно, а где в это время Диана? Наверно, спит. Для нее это тоже все в новинку, как и для Леши, так что пусть отдыхает. Мне же только на руку, что ее тут нет.

Кажется, мы слегка помешали приятному времяпрепровождению отца и дочери. По крайней мере, об этом явно говорил взгляд Агаты. Всего мгновение назад она сидела и слушала, как Моренто читает ей, чуть ли не открыв рот от восторга. Всего миг назад она была простой девочкой, которая очень любит своего папу. Но стоило нам появиться — и Агата снова стала такой, какой мы привыкли ее видеть. Замкнутой, немного холодной, вежливо-спокойной и слишком взрослой для своих лет. Она поднялась с лежака, где сидела у Моренто в ногах, и снова сделала вежливый книксен, чуть показав клычки в скромной улыбке. Маленькая вампиресса, выросшая без матери. И что у них в мире за законы такие, что вампирам нельзя иметь отношений с людьми? За что было так поступать? Впрочем… не мне их судить, у каждого свои традиции.

Моренто подниматься не стал, только отложил книгу и посмотрел на меня задумчиво, чуть склонив голову. А мне неожиданно пришла в голову мысль, что я с ним, оказывается, очень давно не общалась. Я же его только на праздники вижу, а в праздники как-то катастрофически не хватает времени на всех и вся.

Чуть улыбнувшись и положив руку на плечо ошарашенному такой встречей Леше, поздоровалась:

— Здравствуй, Моренто. Привет, Агата. А мы вот к вам в гости…

И смотрю только на двоюродного брата, пытаясь взглядом сказать, что мне нужно с ним поговорить. Желательно наедине.

Моренто в ответ чуть кивнул:

— И ты здравствуй, Эврика, Алексей. Агата, — брат перевел взгляд на девочку и с едва заметной улыбкой попросил, — не могла бы ты показать этому молодому человеку сад? Если я не ошибаюсь, его увлекает алхимия…

Какая осведомленность…