Елена Лирмант - В поисках Белого города

— Погибло уже более десяти человек. Вы даже рыть землю перестали. Газ какой-то запустили. Только после него, гырхи еще более разозлились.

— Вот, не вовремя!

— На, — он наклонился и вытащил из бардачка какой-то продолговатый черный цилиндр. — Нажмешь кнопку и разрежешь любую железную нить.

— Спасибо! Ты со мной?

— Нет! Я вернусь в Туле.

— А как мне пройти на базу?

— Иди прямо и скоро выйдешь к селению древлян, они выведут.

И я поспешил из пещеры. Не успел дойти до места, где мы разговаривали с Ведой, как из-за дерева, показалась Никке:

— Коста, я здесь, я ждала тебя!

— Ты все сделала, как я просил?

— Да, я кричала ей вслед, и махала руками, но когда она вошла внутрь, со всех ног бросилась сюда.

— Ты — самая удивительная девушка, — сказал я, заглядывая ей в глаза. И тут вспомнил про букет. Вытащил его из-за пояса и протянул ей.

— Это мне? — она даже отшатнулась от меня, — ты уверен?

— Да, — кивнул я, — я не знаю, что меня ждет в жизни дальше. Но все это время думал о тебя! Ты — единственная, кого я хотел бы назвать своей. Я понимаю, я для вас всех чужой, враг, мидгардец. Мне нет места в вашем мире. Но ты стала для меня родной! Возьми эти цветы, я их снял с длинного шеста там, в Туле, и будь счастлива. А я навсегда сохраню тебя в своем сердце.

Никке засмеялась: — Ты странно говоришь, Коста, даря мне эти цветы.

Но я беру их. Я согласна!

— Ты не обидишься, если я тебя поцелую?

— Конечно, нет! Я же взяла цветы!

На какое-то миг время остановилось. Мир расширился до космического пространства, и в нем как маленькие песчинки была только она и счастье, не испытанное мной никогда, и в тот миг я думал, что ради этой минуты и стоило жить, страдать, и можно теперь умереть! Я нехотя оторвался, прижал ее головку к груди:

— Никке, ты — самая лучшая во всей вселенной, — прошептал я. — А теперь мне пора. Проведи меня к базе.

И взявшись за руки, как маленькие счастливые дети, мы побежали по лесу.

Дойдя до базы, я отправил Никке домой, а сам между деревьями пробрался к тому месту, откуда когда-то помог выбраться Дине. Раттерианец был прав. Проволочная ограда была заделана с большой тщательностью. Я нажал кнопку, и как ножом по маслу разрезал ее, проделав дыру. Пролез внутрь, и, прячась за кустами как заяц, виляя, стал огибать космодром. На корабле шла разгрузка. Около него стояли ящики, и ребята перетаскивали их в офисы. Я четко знал, куда мне надо идти. Еще там, в лесу, понял, что это затея Вороира. А где он может прятать детей, как не там, где прятал гырхов. У меня была надежда, что они после смерти Дона и моего побега вместе с Даном и Диной, не осматривали помещение. А значит вырытый моими разумными друзьями ход, поможет мне.

И я не ошибся. Легко пролез внутрь. Испуганные дети сидели в клетке и плакали. Я осторожно высунулся из-за камня. В комнате никого не было. Но за дверью раздавались голоса. Понимая, что времени у меня мало, я шагнул в помещение. На меня смотрели двое знакомых мне детей, мальчик и его сестренка, которые несли караульную службу, когда мы с моей Богиней разговаривали на дереве, и еще какая-то девочка. Она вскрикнула от страха.

— Эй-хо! — прошептал я, и приложил палец к губам. Тихо прошмыгнул к столу, взял ключи, открыл клетку, и позвал детей, они поднялись и встали около меня. Толкнул их в сторону лаза. Мальчик оказался смышленым, и потянул девочек за собой. А я закрыл дверь опять на замок, положил ключ на место и поспешил за детьми. Когда мы вылезли, я хотел было пройти тем же путем, каким шёл сюда, но увидел, как навстречу мне идут братки. День был жарким, и они не пошли через открытый космодром, а свернули в сторону кустов, и шли нам на встречу. Ничего не оставалось делать, как быстро подняться по лестнице и спрятаться в моем саду за кустами белых высоких роз.

Ребята прошли веселые, и разговорчивые. Они были счастливы, что начальство прислало им их любимые напитки и новые фильмы. Потом кто-то сказал, что из-за этих проклятых гырхов, на базу должна прибыть комиссия. А значит, комендант, будет требовать соблюдения всех правил режима. Другой ответил, что ничего страшного. Покрутятся пару дней и уберутся назад, все равно сделать ничего не смогут.

Голоса стихли. Я выглянул наружу. Путь был открыт. Но стоило мне приподняться, как по всей базе раздался вой тревоги. Дети прижались ко мне, А я сел, не понимая, что происходит. Слышались голоса, топот ног. И вдруг совсем рядом голос Вороира:

— Что, значит, дети пропали? Ты чего несешь? Они были заперты!

— А я откуда знаю. Клетка заперта. А детей нет!

— Убью, тварь! — глухой удар.

— За что?

— За все это! Ты понимаешь, что мы потеряли? За них несколько миллионов давали. А теперь — все!

— Я еще приведу, других!

— Идиот! Если они их вытащили, нас могут обвинить в киднеппинге. И выгнать отсюда, всех!

— А кто знает, что это мы? Дети меня не видели, я их усыпил снотворным. Они все равно ничего рассказать не смогут. Будем от всего отказываться.

— До чего же трудно работать с такими идиотами, как ты! А что ты хозяину скажешь? Когда он свой товар потребует?

— Вороир, ты же замолвишь за меня словечко! Я не виноват! Не представляю, как такое могло случиться. Ключи на месте. Замок на месте. Детей нет… Господи, что это?

— Так, началось! Запомни… рот на замке. Мы ничего не знаем, никаких детей в глаза не видели…

Голоса затихли. А я выглянул между кустов. Мои цветы обиделись на меня, что я их не приветствую, и тут же оцарапали мне щеку своими колючками. Я вытер кровь. Отсюда сверху мне было видно, как перед нашей базой выстроились вряд раттерианцы. С луками за плечами, и своими короткими мечами они неподвижно стояли перед проволочным заграждением. Наши же ребята, увешенные самым современным оружием, забрались на вышки, и человек двадцать распределились напротив древлян, с направленными на них лазерными автоматами. А проволока сияла синим цветом, она был под напряжением.

Мальчик тоже захотел посмотреть, но я остановил его:

— Сидите тихо! Нас могут заметить!

— Мне страшно! — захныкала девочка.

Я обнял детей: — Все хорошо. Скоро мы отсюда выйдем. Только тихо!

А сам думал, что теперь делать? Выйти сейчас мы не могли. Между раттерианцами и нами были невысокие кустарники, пока дойдем, скорее всего, нас увидят мои соплеменники? А кто знает, что им придет в голову? Я боялся за детей. Выход один. Ждать пока раттериацы войдут на базу. А они войдут! В этом я не сомневался.

И в этот момент, я подумал, как подло я выгляжу со стороны своих собратьев по крови. Спасая детей. Я подставляю всю базу, коменданта, и что скрывать весь мой мир. Когда я выведу малышей к их родителям, это будет последний гвоздь в крышку гроба нашей показной порядочности. И доказывай потом, что не все мы такие… Нам никто не поверит.