Елена Лирмант - В поисках Белого города

— Они боятся, — радостно закричал молодой раттерианец, который продолжал меня тащить. Толпа расступилась, и нас вытолкнули на небольшой пятачок, где стоял гладкий шест, а на вершине его был привязан букетик, каких-то цветов.

— Пустите, — передернул я плечами, — нам некогда, у нас важное дело.

— Вы всегда важными делами прикрываетесь, — смеялись окружавшие нас раттерианцы., - вы просто трусите!

— Что они хотят? — спросил я у белого жреца.

— Сегодня последний день тепла, завтра наступят холода, и придет зима. Праздник встречи зимы и проводы лета. Это шест сговора. Надо залезть на него и снять букет. Им хорошо, они умеют лазать, а мы все время в помещении сидим. Мы не умеем. Так вот они и изгаляются, — обреченно произнес жрец. — Нас не скоро выпустят.

Я посмотрел на шест. Небольшое бревно из гладко обтесанной древесины. У себя дома, мы тоже лазали на такие шесты, только когда провожали зиму. Скинул рубашку, снял сапоги и быстро полез, под общий говор смех и шутки.

— Смотрите, он может!

— Белый-то белый, а как лезет.

— Давай парень, твоя девушка ждет цветы!

— Молодец, жрец!

И под общие радостные возгласы я спрыгнул на землю, держа в руке небольшой букетик голубоватых цветов.

— Пойдем вместе с ним, — закричал тот раттерианец, который тащил меня, — скажем его красавице, что он единственный жрец, который смог на шест залезть.

— Ну, уж нет, — огрызнулся я, — как-нибудь без вас справлюсь.

— Правильно, нечего свою красавицу такому пройдохе показывать, а то еще отобьет, — засмеялись кругом. — Идите мы вас прикроем.

Одеваясь на ходу, я сунул букет за кушак, и мы побежали из ворот Храма. Сзади заиграла музыка, по брусчатке застучали каблуки, и начались танцы. Дом Агнара оказался совсем рядом, от ворот, из которых мы выскочили. Белый жрец вбежал на ступеньки и застучал в дверь. Вскоре на пороге показалась ослепительной красоты девушка с томными светлыми глазами и длинной косой ниже пояса.

— Нам к Верховной жрице надо, срочно, — сказал он, нежно отстранил ее, пропустил нас внутрь и закрыл за собой дверь.

— Проходите, — она плавно повела рукой. И поплыла внутрь дома. Она была прекрасна, но какой-то холодной равнодушной красотой.

Мы вошли в комнату, и я увидел на противоположной стене большой портрет молодого человека. Рисунок был неплох, но до настоящей живописи было далеко.

— Не нравится, — произнес молодой человек, входя в комнату.

— Для любителя неплохо, — сказал я.

— И что же не хватает?

— Смысла и души, — ответил я, и тут же увидел, как в дверях показалась Верховнуя жрица. Увидев меня, она побледнела:

— Что случилось?

— Веда пошла к мидгарцам. У древлян пропали дети, я думаю, они на базе.

Красавец с картины, который вошёл следом за женщиной, вдруг пошёл на меня с таким перекошенным лицом, что я попятился:

— Ты специально, ее заманил туда, мидгардец?

— Нет, он уговаривал ее не ходить, даже сказал, что готов упасть перед ней на колени… — вмешался молодой раттерианец, который прилетел вместе со мной. Его слова произвели странное впечатление, будто бы я предложил девушке что-то оскорбительное!

— И ты был готов унизиться до такой степени? — с интересом спросила хозяйка дома.

— Послушайте, вы все, — не выдержал я, — ваши традиции для меня непонятны. На базе трое маленьких детей и девушка, за которую я отвечаю перед своей совестью, и мне наплевать, что я сделал неправильно.

— Успокойся, — сурово произнесла Сюа, — тебя никто не обвиняет в нарушении наших традиций. Что ты предлагаешь?

— Нужно сделать так, чтобы корабль не взлетел.

— Надо поднять людей, — сказал яростно картинный раттерианец.

— Нет! Только не сейчас!

— Почему?

— Если на базе почувствуют неладное, они постараются избавиться от ребят, чтобы замести следы. Пока они живы. Я думаю, их хотят отправить на корабле. Дайте мне час, лучше полтора, я попробую найти их!

— Ты хочешь вернуться на базу? — с ужасом спросила Верховная жрица.

— А у меня есть другой выход? — переспросил ее я.

— Но там Веда! — не унимался мужчина с картины.

— Кроме нее там дети, — отрезал я, — а потом, я попросил одну девушку сделать всё, чтобы люди с базы видели, что еще кто-то следил за Ведой, в этом случае, они не посмеют с ней ничего сделать. Но надо спешить! Прошу тебя, Верховная жрица, у нас мало времени.

— Пойдем, — она повернулась ко мне спиной и поплыла к двери, в которую только что вошла. Мы гурьбой за ней.

— Грэг, Агнар, тихо соберите стражников, предупредите древлян, чтобы собрались на поляне перед домом старшей матери, ждали нашего распоряжения, — женщина отдавала приказания чётким ясным командным голосом, ну, как заправский командир. — Константин, мы тебе даем только полтора часа. Не больше. Ты должен, обязан разыскать детей. Корабль не взлетит, это тебе говорит Верховная жрица.

Мы шли за ней, как дети за воспитательницей, и кивали головами, все-таки удивительная сила была у этой женщины, которая какого-то мне напоминала. Выйдя в сад, а не на улицу, мы прошли его, подошли к стене, без признаков каких-нибудь дверей. Тот, кто спросил у меня о портрете, подошёл к ней, и вдруг камень треснул и поехал в сторону. Мы вошли в коридор, освещенный синими светильниками, как в Белом братстве.

— Мне надо к машине, — прервал я молчание.

— Агнар проводи ребят, — приказала Верховная жрица, — и вдруг резко остановилась, подошла ко мне и поцеловала в лоб, — Будь осторожен, Константин, — тихо сказала она. — А вы за мной, — обратилась она к остальным и, свернув в боковой коридор, они пропали из вида. Агнар, это был тот, кто открыл вход в стене, быстро пошёл вперед.

— Подожди, — я приостановил его, — и почти шёпотом, чтобы не слышал наш спутник, сказал: — Веда просила сказать, что пошла к мидгардцам именно тебе, прости, что при всех! Но было глупо скрывать это от Верховной жрицы.

— Все в порядке, — внимательно посмотрев на меня, ответил раттерианец, — тот, кому надо услышал и все понял.

Вот и пойми этих раттерианцев, говорят так, что ничего не поймешь. Ну, и ладно! Какая разница, только бы успеть.

Мы влетели в пещеру. Молоденький белый жрец: открывая крышку машины, повернулся ко мне и спросил:

— Как ты хочешь, пройти на базу.

— За космодромом есть лаз.

— Они его заделали!

— Вот как? Вы так пристально следите за базой? Как же детей пропустили?

— Не знаю. Просто я слышал, что гырхи объявили войну вашим мидгардцам.

— То есть как, — не понял я, и остановился, с удивлением глядя на него.