Маркус Хайц - Война племен. Проклятые земли

Первый удар Ромо сумел парировать, но во второй раз моргенштерны влетели ему в голову, горло и грудь. Гном отшатнулся, но не упал.

Потребовалось еще три удара, чтобы свалить Ромо с ног. «Когда речь идет об этом ублюдке, я превращаюсь в настоящего гномоненавистника», — подумал Тунгдил, бросая кистень на тело убитого.

— Чепуха просто, — разочарованно проворчал Боиндил. — Он же был ранен и обожжен, это тебе не противник. А где тот второй? Мордоворот? Сражение с ним пришлось бы мне по вкусу.

Боендал тем временем бросился к Мюр, лежавшей без сознания на холодных каменных плитах пола. Тунгдил и Родарио, столь убедительно сыгравший роль ученика волшебницы, последовали его примеру.

Несмотря на ранение, Тунгдил на руках отнес Мюр в свою комнату и занялся ею. Наконец пришла Нармора и бросила в гномку исцеляющее заклинание. На белой коже Мюр не осталось ни одного шрама, и даже серебристый пушок на щеках восстановился.

После этого полуальвийка наложила целительные чары на Тунгдила, срастив его сломанные ребра. Златорукий осторожно пошевелился, но, видимо, боль ушла бесповоротно.

— Все равно терпеть не могу магию.

— Ты имеешь в виду, что моя магия нравится тебе не больше чар Андокай?

— Ты поклоняешься Самузину, как и она?

— Другие боги не услышали бы моих молитв… Не волнуйся за Мюр, теперь ей просто нужно выспаться, — заявила Нармора. — Пойди помоги остальным в поисках Третьего.

— Его зовут Зальфалур, — мрачно произнес Тунгдил, поднимая топор и направляясь к двери. — Спасибо за помощь.

В коридоре его уже ждали близнецы и Родарио.

— Ты знаешь самый быстрый путь, ведущий из города? — спросил актера Тунгдил.

— Я ведь сам возводил этот город, о мой нетерпеливый друг, — горделиво ответил Родарио. — Ну… не совсем сам, конечно. Руководил стройкой. По планам Фургаса, — поправился он.

Боиндил поднял брови.

— Тогда ты, получается, просто присматривал за рабочими, а сам ничего и не сделал.

— Как бы то ни было, а этот город я знаю как свои пять пальцев. — Актер опустил рукава мантии до самых запястий, чтобы никто не заметил приспособлений на его руках, с помощью которых он бросал огненные шары.

Люди и гномы, видевшие, как он поджег Ромо, поверили его игре и теперь действительно считали Родарио магом.

— По-прежнему все та же роль мага? — ухмыльнулся Боендал. — Обман и шутовство.

— Зато работает, — возразил актер. — Женщины будут рвать на себе одежду, чтобы привлечь мое внимание. Всеми уважаемый режиссер театра, талантливый ученик мага, непревзойденный актер — и все это один человек. К тому же тионовски привлекательный!

— Да, а их мужья будут рвать уже не одежду, а тебя, — хмыкнул Боиндил.

— Пойдемте, — поторопил их Тунгдил, едва сдерживая улыбку. — Сейчас нет времени на эти глупости.

— Глупости? Мои великолепные… — наткнувшись на взгляд гнома, Родарио осекся и молча повел их по переулкам.

В Пористе этой ночью было беспокойно. Гномы, люди и эльфы прочесали весь город, проверили руины и все заброшенные дома, но Зальфалура и след простыл.

А с ним исчезли и записи Мюрмианды о городах Свободных гномов. Теперь Третьи могли узнать все детали жизни гномов в подземном королевстве.

Потаенная Страна, королевство Гаурагар, столица бывшего волшебного королевства Лиос-Нудин Пориста, конец осени 6234 солнечного цикла

Тунгдил сидел у кровати Мюр, когда гномка очнулась от магического сна. Потребовалось какое-то время, чтобы она вспомнила о происшедшем.

— Вы смогли остановить его? — слабо спросила она.

— Нет. — Тунгдил покачал головой. — Зальфалур как сквозь землю провалился.

— Мы должны предупредить Геммиля и Свободных. Теперь Третьи знают о моей родине. — Отвернувшись, Мюр ударила кулаком о стену. — Нет бы мне оставить эти книги дома! А теперь из-за моего тщеславия пострадают друзья!

— А зачем ты вообще взяла их с собой?

— Бумага очень дорогая, и я хотела воспользоваться чистыми страницами и зарисовать все, что увижу по дороге. Кроме того, я же ученая, а значит, должна быть глазами и ушами Златоплота. Нельзя, чтобы гномы позабыли о том, что говорилось на этой встрече. — Гномка осторожно провела кончиками пальцев по лбу, пытаясь нащупать следы ранения. — И как воин никуда не отправится без оружия, так и я не оставила бы книги дома.

Тунгдил ласково погладил ее по щеке, и Мюр только сейчас поняла, что на ее теле не осталось ни ран, ни шрамов. Девушка изумленно ощупала лицо.

— Ищешь порезы? Нармора волшебница и вылечила тебя своим заклинанием, — улыбнулся Златорукий. — А мне срастила ребра.

— Магия? — Мюр прислушалась к своим ощущениям. — Раньше я знала о волшебстве только понаслышке, — немного смущенно сказала она. — Я думала, магию можно почувствовать, но ничего необычного не ощущаю.

— Да, знаю, все это кажется странным и неприятным, — ухмыльнулся Тунгдил. — Гномам и не положено любить магию.

Он был так рад, что с Мюр все в порядке. Тунгдил не сомневался в правильности своего решения — конечно, он должен был заключить с ней Нерушимый Союз. Неостывшая страсть к Балиндис не отменяла его любви к Мюр. Они были родными по духу, настоящими учеными, а значит, могли стать идеальной супружеской парой, а если Тунгдилу удастся научить целительницу кузнечному делу, у них вообще не будет никаких разногласий касательно интересов.

«Есть только одна проблема. Любишь-то ты Балиндис», — злорадно заметил его внутренний демон.

«Вот, посмотри», — мысленно ответил ему Тунгдил, наклонился и поцеловал Мюр в губы.

«Ты не можешь обмануть меня, — рассмеялся демон. — Только себя».

Мюр смущенно улыбнулась.

— Они были намного сильнее меня, Тунгдил. Они уже поджидали в моей комнате, когда я вернулась с прогулки. И перерыли все мои вещи. Когда я вошла, Ромо… этого, поменьше ростом, ведь Ромо зовут, да? Так вот, Ромо ударил меня, и я потеряла сознание. По пути я пришла в себя, но он угрожал убить меня, если я позову на помощь. И тут нас заметил ты.

— А ты спасла мне жизнь. Еще раз. Не знаю, пережил бы я ту встречу с альвами, когда мы с тобой увиделись в первый раз. Как только ты наберешься сил, мы отправимся в путь, — решил он. — Но перед этим я еще должен поговорить с правителями гномьих племен. Так что отдыхай пока.

— А зачем тебе говорить с ними? — удивилась Мюр, приподнимаясь на кровати. У нее тут же закружилась голова, и пришлось опять прилечь. — Ох, как все кружится. Последствия моего падения. Или удара.

Тунгдил обнял ее.

— Можешь считать меня глупым, что кобольд, но, я думаю, все это уловки.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});