Михаил Чулков - Пересмешник, или Славенские сказки

Первое- кумир Гордости изобразить в виде слепого юноши, в богатом одеянии, стоящего одною ногою на шаре и поднявшего вверх правую руку, а при ногах его утвердить павлина.

Второе- кумир Гнева представить во образе младого человека с блистающими глазами, с пожелтелым лицом, во одеянии, цвета горящему углю подобном, держащего в одной руке обнаженный меч, а в другой щит со изображением на оном львиной головы, при ногах же его поставить льва и тигра.

Третье- кумир Зависти в виде престарелой женщины, с виющимися около головы змеями, в руках держащую сердце, которое она разрывает; а при ногах ее утвердить собаку.

Но какую жертву и в какое время приносить сим новым божествам, о том мнения свои обещали подать впредь, каковые заседания происходили беспрерывно и весьма продолжительное время.

Во всем государстве ни о чем больше не думано, как о восстановлении новых капищ, о учреждении вновь обрядов приношения жертвы, о назначении различных праздников, о истреблении знатных бояр и богатых граждан; подлые души упражнялись в доносах, а добродетельные страдали лишением чести имения и жизни; государство клонилось к падению, Тризла злодействовала; а ослепленный любовию государь, находясь во внутренних покоях своего дворца, подобен невольнику, ни о чем не мыслил, услаждаясь плодом своей любви, то есть рождением Алима, а потом Плакеты.

Подданные Олановы, лишившись всей надежды к благополучию и отчаявшись во всем, упражнялись в волшебстве и гаданиях. Воинство, потеряв распоряжение, ослабело и, будучи рассеяно по всему государству без начальства, пришло в совершенную ничтожность, о чем соседственные храбрые и бранноносные народы извещены уже были и начали мыслить о приобретении слабого государства своему владению.

В некоторый день объявили государю, что прибыли к хотынским берегам военные суда, а на них послы от Нахая, государя, кочующего в жарких пределах, с предложением Олану войны или мира. Принятие их, узнание причины посольства и учинение на то ответа предано было в произволение нашей государыни, по причине той, что она уже всем государством издавна столь достохвально управляла. Послы приняты были с должными обрядами и пред престолом, на коем сидели Олан и Тризла в богатых княжеских одеждах, в присутствии двора своего вельмож, говорили следующую речь:

— Нахай, обладатель многими царствами, государь сильный и величественный, светлейшему князю Олану и блистательной его супруге желает здравия, и чрез нас, его вельмож, оное сообщая, соизволяет обещать сильное свое покровительство Хотыню против всех пожелавших поднять оружие, за что и требует справедливой от Олана роты и дани; и когда немедленное на то получим согласие, то имеем вручить светлости вашей от лица могущественного государя нашего достойные его и чести нашей дары; в противном же случае соизволение его есть объявить вам войну, и что он силою своего оружия учинит самое то же, чего от светлости вашей добровольно требует, и от сего часа примет мысли почитать вас неприятелями.

Вольность славенорусы обыкли почитать выше своей жизни, а таковое от послов предложение клонилось к нарушению оной. Во всех предстоящих сердца воскипели воинскою храбростию, хотя, впрочем, признавали они государство свое обессиленным и изнуренным. Гордая Тризла, от такового дерзкого предложения изменяясь поминутно в лице и кипя злобою и отмщением, объявила чрез своего вельможу, что послы в требовании их удовольствованы будут, а завтра, яко неожидаемые гости, угощены будут в присутствии государя и его супруги, к чему приглашены были и отпущены на их суда с тою же честию.

В саду дворца Оланова находился обширный пруд, сделанный фигурою рождающейся луны, посредине которого приказано было сделать плавающую огромную, и великолепную беседку, озлатив и обвесив оную в приличных местах различными благоуханными цветами, в которой Тризла вознамерилась потчевать своих гостей. Поутру на берег к судам послано было множество коней в драгоценном убранстве, на которых послы прибыли во дворец, проезжая воинство, стоявшее по улицам в порядке, распущенными знаменами, при звуке воинской музыки. и Государыня, учинив им приветствие, говорила чрез толмача:

— Вы почитаете отменно Луну, воздавая ей божескую честь, а в саду нашего дворца сделан издавна пруд наподобие ее фигуры; то принятие и угощение ваше, дабы сделать вам тем более удовольствия, как людям иностранным, учредила я сделать в увеселительной на оном беседке, куда и прошу за нами следовать.

Как скоро прибыли к берегу обширного того пруда, то великолепная беседка, находящаяся посредине оного, неприметным образом подошла к берегу. Государь и государыня в нее ступили, за ними послы, а потом и бояре, приглашенные к сему пиршеству. Беседка начала отплывать на средину пруда, а на берегах оного загремела огромная и согласная музыка, и послы толико отменною сделанною им честию казалися быть довольными.

Потом сели за приуготовленные столы. Стол государев стоял в передней стене посредине, боярский начинался от оного, делал полукружие, а посольский полукругом же стоял в средине оного; всякие же ествы и питья привозили с берегов на нарочно сделанных для того судах разного изображения, украшенных цветами. Пирование было светлое, и как послы, так и подданные Олановы услаждались таковым увеселяющим взоры учреждением.

В средине обеда большой боярин, взяв отличный кубок, встал, что и прочие учинили, и начал пить за здравие Олана и Тризлы. При сем возгремела воинская музыка, и стоящие по берегам увеселительного пруда телохранители Олановы кричали "ура". По окончании сего тот же боярин, налив кубок и встав со своего места, сказал:

— За здравие Нахая, государя, пожелавшего быть в дружелюбии с пресветлейшим нашим государем Оланом!

Как только он сие выговорил, то во мгновение ока стол посольский, их скамьи и они сами погружены были в бездну водную и в то ж мгновение растворившееся под ними место закрыл другой пол, выдвинутый искусною рукою.

Все беседующие ужаснулись и пришли в смятение, сам Олан содрогнулся, ибо он нимало о том известен не был; а удоволившаяся тем Тризла сказала:

— Понесите угрозы ваши во владение царя морскогоЦарь морской. Сим именем назывался у славян бог- обладатель вод, который у римлян именовался Нептуном. и, предшествуя безрассудному обладателю вашему, скажите праотцам вашим, чтобы ожидали оне в скором времени и его туда же, ежели дерзнет он учинить нападение на Хотынь: водою прибыв, в воде и погрязнет тяжестию свинцового вещества, — так, как стол и скамьи посольские, поставленные на свинцовой плите по учреждению от Тризлы!