Пола Волски - Жребий Рилиана Кру

«Имя моего предка — Хонас Гевайн-Мейвил, он был полноправным повелителем Вели-Джива. Я наследую сеньорство. Я — Невидимая. Я и буду сеньором».

Никто не осмелился перечить ей.

— А каковы ваши намерения по поводу городских дел, леди? — спросил Клайм Стиппер. — Как вы будете управлять нами? Как быть с предложенной пошлиной на импортную ватную прокладку, используемую при упаковке яиц Уингбейнов? Как разрешить наш спор с таможенниками Неронса? Как вести переговоры с купцами порта Триск? Каково ваше мнение по этим вопросам?

«Вы узнаете об этом позднее. Я верю, что эти вопросы не займут все мое внимание, не отвлекут меня от мыслей несопоставимо большей важности. Я уберегу себя от подобного несчастья. Прощайте».

Тишина. Слушатели в испуге смотрели друг на друга. Сознание Рилиана почувствовало освобождение от постороннего разума. Ванэлисс удалилась. Ее уход оставил всех в полном недоумении. Горожане, разбившись на небольшие группки, что-то обсуждали вполголоса. Персоны благоговейно собирали прах своего прототипа. Рилиан с Мерит стояли в стороне, тихо беседуя. Крупные белые хлопья засыпали руины крепости, подул холодный ветер. Ничто больше не задерживало здесь людей, теперь им предстояла долгая дорога в Вели-Джива.

Главный сборщик Клайм Стиппер подошел к ползающим на коленках персонам.

— Господа… лорды… сеньоры… — попытался он начать и сдался. — Я не знаю, как вас называть.

— Я — Кипроуз Гевайн, — ответили персоны в унисон.

— Господа, мне не известны ваши планы, — сказал Стиппер. — Мы же, все остальные, включая слуг вашего превосходительства… вашего сеньора… крепостных слуг, в общем, сейчас возвращаемся в город. Может, вы пойдете с нами? Уже поздно, и вам нужно где-то остановиться. Добро пожаловать на ночлег в мой дом. А потом вы все решите, а мы поможем вам, чем сможем. Персоны поднялись с колен:

— Я благодарю вас, добрый Стиппер, и…

— …принимаю ваше предложение, потому что…

— …вижу, что верность и правильное понимание чувства долга…

— …не исчезнувшие с лица земли понятия. Нам многое…

— …нужно продумать, мне и моим персонам, мы…

— …пойдем дальше, в соответствии…

— …с пожеланием нашего великого прототипа мы…

— …населим мир Кипроузами. Нам потребуется…

— …щедрое обеспечение: кареты, деньги, мясо, напитки, леденцы и так далее.

— И наши ожидания вполне естественны…

— …поскольку горожане наши верноподданные…

— …они и должны обеспечить нас всем необходимым.

— Мы сделаем все, что в наших силах, сеньоры… — пообещал Стиппер, привыкший к велеречивости сеньора Кипроуза. И тут в голову пришла еще одна полезная мысль: — Для того чтобы помочь вам, мы выпустим на свободу ваших племянников… племянников сеньора… молодых людей и отдадим их в ваше распоряжение.

Персоны задумались, после чего одновременно пришли к единому мнению:

— Я соглашаюсь признать племянников, которые…

— …будут распределены…

— …поровну. Каждый из меня…

— …получит по одному… Они…

— …будут нести мои пожитки…

— …охранять мои персоны…

— …договариваться с торговцами и слугами…

— …и таким образом освободят меня от забот, чтобы…

— …я сконцентрировал свое внимание…

— …на великом труде по дублированию самого себя…

— …что приблизит…

— …день моего возвращения и день Реставрации…

— Значит, договорились, господа, — подытожил Стиппер. — И лучше бы отправиться в путь сейчас же. Впереди у нас долгая дорога.

— Ваша дальновидность не подсказала вам захватить карету или хотя бы три портшеза? — поинтересовался один.

— Нет, сень… господин.

Персоны раздраженно вздохнули.

— Ну что ж, значит, придется вынести и это, ибо…

— …в связи с изменившимися…

— …обстоятельствами надо приучать себя к унижениям. В конце…

— …концов это лишения временного характера.

Персоны остановились, чтобы в последний раз взглянуть на руины крепости Гевайн. Они заметили Рилиана и Мерит, по-прежнему стоящих отдельно от толпы.

— А, мой ученик, — молвил один. — Он не без способностей, хотя и скромных, и…

— …может оказаться полезным. Он…

— …отправится со мной.

Горожанам это не понравилось. Хотя, как выяснилось, Черный Рилиан не был причастен к убийствам и актам вандализма, тем не менее он оставался браконьером Миазма и взломщиком Яичного Дома.

— Разбойников мы не потерпим, — заявил Джайф Файнок.

Персоны проигнорировали его возражение.

— Юноша, — приказал один из них, — подойдите ко мне, будьте любезны. И вы, госпожа Мерит.

Молодые люди колебались, но потом, побуждаемые любопытством, все же приблизились. К тому же Рилиану очень хотелось в последний раз хорошенько рассмотреть двойников. Под враждебными взглядами горожан он подошел к персонам и стал внимательно их разглядывать. Даже при ближайшем изучении каждый из них был абсолютно не отличим от оригинала — Кипроуза Гевайна. Кипроузы жили, Кипроузы говорили.

— Юноша, вопреки мнению этих добропорядочных горожан о ваших злодейских, преступных наклонностях…

— …я не потерял веры в вас…

— …в ваши способности, пусть и ограниченные…

— …и поэтому предлагаю как особую привилегию…

— …продолжить у меня свое учение…

— …хотя у нас был целый ряд разногласий…

— …я готов пересмотреть свои взгляды. Что касается вас, то…

— …нет сомнений, что вы признаете ценность данного предложения…

— …позволяющего продолжить развитие ваших сверхнормальных задатков под моим руководством. Итак…

— …юноша, ваш ответ?

Рилиан улыбнулся, слегка поклонившись.

— Господа, — ответил он, — я признаю ценность данного предложения, но отклоняю его. Ваш прототип удерживал меня против моей воли, а я не рожден для подневольного существования. И у меня нет желания разделить с вами изгнание. В моей новой жизни, которая вновь появилась у меня, нет места для персон Кипроуза Гевайна.

Три массивные фигуры безразлично пожали плечами:

— Неверный выбор, указывающий…

— …на легкомыслие и незрелость, хотя…

— …вероятно, это к лучшему. Я всегда…

— …подвергал сомнению ваши интеллектуальные способности, а…

— …это лишь подтвердило мои худшие опасения.

Персоны повернулись к Мерит:

— Ну а ты, милая Мерит? Ты…

— …будешь сопровождать своего благодетеля? Ведь ты…

— …по-прежнему мечтаешь…

— …о сверхнормальном даре и «возвышении».

Реакция Мерит свидетельствовала о том, что в ней произошло глубокое духовное перерождение. Ее щеки порозовели, и она рассмеялась веселым, естественным смехом, а отсмеявшись, ответила: