Дэвид Эддингс - Властелин мургов

— Спасаюсь бегством, — мрачно сказал сендариец, — вместе со всеми этими бедолагами. Ты разве не слыхал о том, что тут приключилось?

— Нет. Мы ведь издалека и ни с кем еще не успели перемолвиться.

Коренастый здоровяк вновь взялся за ручки своей тачки и съехал с обочины.

— Из Горута на запад выступила огромная армия маллорейцев, — принялся рассказывать он. — Они спалили город, в котором я жил, и перебили половину горожан. Они пренебрегли Рэк-Хтакой, город уцелел — именно туда мы все сейчас и направляемся. Там я попытаюсь отыскать какого-нибудь капитана, который намеревается отплыть в сторону Сендарии. Я отчего-то вдруг заскучал по родному дому.

— Так ты жил в мургском городе? — изумленно спросил Шелк.

Здоровяк скорчил гримасу.

— Уж будь уверен, не по собственной воле. Я не поладил с представителями властей в Толнедре, когда наведывался туда по торговому делу лет с десяток тому назад, и сговорился с одним капитаном-торговцем. Он согласился помочь мне выехать из страны, но оказался негодяем: когда у меня вышли денежки, бросил меня прямо на пристани в Рэк-Хтаке. Я переправился оттуда в городок, что на северном берегу озера. Мне позволили остаться. Я искал заработка, а там как раз нужны были рабочие руки: кое-чем мурги сами брезгуют заниматься, но и рабам не доверяют — мол, дело слишком важное. Конечно, все это унизительно, но жить-то ведь как-то надо было! Но вот пару дней назад в город вошли маллорейцы. Когда они покидали город, там не осталось камня на камне.

— А как тебе удалось уцелеть? — спросил Шелк.

— Я пролежал под копной до темноты. Ну а потом присоединился к этим несчастным. — Он поглядел на толпу беженцев, вязнущих чуть ли не по колено в чавкающей жиже. — Ну разве не жалкое зрелище? У них даже не хватает ума, чтобы вылезти из грязи и топать по траве! Уж солдаты-то никогда так не поступят!

— А у тебя, видать, есть кое-какой опыт в военном деле?

— Да уж как пить дать, — гордо ответил крепыш. — Я был сержантом в армии принцессы Сенедры, сражался вместе с нею в Тул-Марду.

— Жаль, я прозевал эту кампанию, — вздохнул Шелк. — Был занят другими делами. Послушай, а если мы поедем отсюда до Великого Южного леса, не нарвемся ли на маллорейцев?

— Кто знает? Я не разведывал обстановку. Но одно скажу: негоже вам ехать в лес. Вся эта бойня пробудила людей-воронов.

— Людей-воронов? Это еще что за твари?

— Вурдалаки. В основном питаются мертвецами, хотя в последнее время я слышал просто жуткие истории. На вашем месте я ни за что не поехал бы лесом.

— Мы это учтем. Спасибо за информацию. Удачи тебе в Рэк-Хтаке, и надеюсь, ты благополучно доберешься до Камаара.

— Я предпочел бы Тол-Хонет. Толнедрийские тюрьмы вовсе не так уж плохи.

Шелк на прощание улыбнулся сендарийцу, и, поворотив коней, они с Гарионом галопом поскакали за остальными.

Тем же вечером они перешли вброд реку Хтаку в нескольких лигах от побережья. С наступлением сумерек дождь постепенно прекратился, хотя небо оставалось облачным. Вдали темнела зубчатая стена деревьев — здесь и начинался Великий Южный лес. Опушка его была совсем близко.

— Ну что, рискнем? — спросил Шелк.

— Нет, спешить мы не будем, — решил Белгарат. — Я немного озабочен тем, что наговорил тебе тот парень. Не уверен, что нам нужны сюрпризы — особенно в темноте.

— Вниз по течению есть небольшая ивовая рощица. — Дарник указал на довольно обширные заросли ивняка на самом речном берегу в полумиле к югу. — Мы с Тофом можем поставить там палатки.

— Хорошо, — согласно кивнул Белгарат.

— А далеко ли отсюда до Верката, дедушка? — спросил Гарион, когда они направились к полноводной после дождя реке и чахлому ивняку.

— Если верить карте, ближайшее к острову побережье примерно лигах в пятидесяти на юго-восток отсюда. Там нам придется отыскать какое-нибудь судно.

Гарион вздохнул.

— Не унывай, — утешил его Белгарат. — Мы движемся куда быстрее, чем я ожидал, к тому же Зандрамас не может убегать от нас вечно. Земной шар — это всего лишь земной шар, и он не бесконечен. Рано или поздно мы настигнем ее.

Пока Дарник и Тоф натягивали палатки, Гарион и Эрионд бродили в зарослях, отыскивая дрова для костра. Найти что-то подходящее оказалось неожиданно нелегким делом, и, проплутав в течение часа, они собрали лишь жалкую охапку каких-то прутиков и веточек, чудом оставшихся сухими после долгого дождя. Всего этого хватило разве что развести огонь под кухонной жаровней Полгары. Когда она начала колдовать над жаровней, готовя на ужин бобы с олениной, Гарион заметил, что Сади бродит между палаток, как-то уж очень пристально вглядываясь в траву.

— Это не смешно, дорогая, — сурово приговаривал он. — А ну-ка выходи! Выходи сию же минуту!

— Что стряслось? — спросил Дарник.

— Зит нет в кувшинчике, — ответил Сади, не прерывая поисков.

Дарник поспешно поднялся, пожалуй, даже чересчур поспешно.

— Ты уверен?

— Она находит забавным играть со мной в прятки. А ну-ка иди сюда, иди немедленно, непослушная ты змея!

— Пожалуй, не стоит говорить об этом Шелку, — дружески посоветовал евнуху Белгарат. — Он ударится в истерику сразу, как только обнаружит, что змея ползает неведомо где. — Старик осмотрелся. — А кстати, где он?

— Они с Лизелль пошли прогуляться, — ответил Эрионд.

— В такую погоду? Кругом же такая сырость! Нет, в самом деле, он меня порой удивляет.

Сенедра присела на бревнышко подле Гариона. Он обнял ее за плечи и крепко прижал к себе. Она нежно прильнула к нему и вздохнула.

— Я все думаю, что сейчас делает Гэран.

— Наверняка спит.

— Он так хорош, так мил, когда спит. — И, снова вздохнув, она прикрыла глаза.

Откуда-то из зарослей вдруг послышался треск, а через мгновение как ошпаренный выскочил Шелк. Глаза у него были совершенно круглые, а лицо смертельно бледное.

— Что случилось? — воскликнул Дарник.

— У нее змея в корсаже! — выпалил драсниец.

— У кого?

— У Лизелль!

Полгара с большой ложкой в руке обернулась и оценивающе оглядела трясущегося принца. Бровь ее медленно поползла вверх.

— Скажите, принц Хелдар, — ледяным тоном произнесла она, — а что вам-то понадобилось в корсаже графини Лизелль?

Шелк мужественно силился выдержать ее взгляд, но хватило его не более чем на минуту — и он начал мучительно краснеть.

— А-а, — протянула Полгара, — понимаю. — И вновь занялась варевом.

Уже перевалило за полночь, когда Гарион внезапно проснулся, недоумевая, что именно разбудило его. Он медленно приподнялся, стараясь не потревожить спящую Сенедру, и раздвинул полог палатки. От реки поднимался густой туман, и Гарион не увидел ничего, кроме густой молочной белизны. Он затаил дыхание, чутким ухом ловя ночные звуки.