Тэд Уильямс - Грязные улицы Небес

— Теперь молчите и не двигайтесь.

Он помахал рукой в воздухе. Ничего не случилось, и это не удивило меня. Но заметив, как Хабари смотрел на стену, будто там что-то происходило, я почувствовал тревогу. Затем он вытащил вторую руку из кармана. Сначала мне показалось, что он держал в ней магниевый факел или устройство с ослепительной дугой света. Однако эта дуга не искрила и не фонтанировала раскаленными частицами. Она просто сияла с такой интенсивностью, что мне пришлось отвернуться.

— Нет, Эдвард, — сказал доктор. — Будьте храбрыми. Смотрите, что сейчас произойдет!

Его рука крепко сжала мое плечо. Сияющий свет внезапно исчез, и перед нами в воздухе повисла другая дуга, похожая на дверной проем, сделанный из раскаленной проволоки. Он подтолкнул меня к отверстию. Честно говоря, я вскрикнул, ожидая ожогов. Но проем не излучал никакого тепла. Когда мы прошли через него, ничто не изменилось, кроме легкой перемены в освещении коридора. Плюс я заметил необычное эхо от наших шагов.

Хабари попросил меня молчать. Это уберегло его от сотни моих вопросов. Он повел меня по коридору в другую часть госпиталя, где было много людей: медсестер, пациентов и ожидавших родственников. Все они сохраняли полную неподвижность, словно доисторические насекомые в кусках янтаря. Я не мог прикасаться к ним — нечто, похожее на магнитное сопротивление, удерживало мою руку от контактов с ними. Однако, подходя к ним, я видел, что они не были ограничены какой-то субстанцией. Скорее, время для них остановилось. Для них, но не для нас! Это открытие напугало меня.

— О, мой Бог, — сказал я Хабари. — Кто вы?

— Ваш друг, — с улыбкой ответил он. — И обещаю, что останусь им.

Обходя неподвижных людей, мы направились к палатам. Здесь тоже все замерло, словно время выключили переключателем. Пациенты и посетители выглядели как статуи. Пока мы шли среди них, я едва мог дышать. Маленький испанский мальчик, выбегавший из комнаты, замер в воздухе, касаясь пола только кончиком сандалии. Мы остановились около этой палаты, и я вновь испугался, потому что увидел там перемещавшиеся фигуры. Не все были такими! Медсестра и несколько родственников неподвижно стояли перед постелью пациента, ничем не отличаясь от людей в коридоре. Однако остальные вели себя обычным образом и о чем-то беседовали друг с другом. Невероятно, но мужчина, лежавший в кровати — примерно моего возраста и весь покрытый темными отвратительными пятнами, — имел двойника, который, подойдя к постели, с изумлением смотрел вниз на бездыханное тело!

Я был ошеломлен. С моих губ сорвался громкий вздох смущения. Одна из перемещавшихся фигур повернулась и посмотрела на нас. Не прямо, как на видимые объекты или на присутствовавших здесь людей, а словно на некое неуловимое движение, воспринятое уголком глаза. Я содрогнулся. Его глаза имели фацетное строение, как у насекомого. Лицо чудовища, лишь слегка похожее на человеческое, было покрыто ярко-красной и коричневой чешуей, напоминавшей кожу ящерицы.

Признаюсь, я решил сбежать. Схватив меня за руку, Хабари не позволил мне уйти.

— Не бойтесь, — сказал он. — Это существо не может видеть вас. Если вы будете вести себя тихо, он вернется к своим делам.

Я не хотел вести себя „тихо“. Мне хотелось выбежать из здания — вырваться из жуткого кошмара и всего того, что я видел в больничной палате. Однако хватка Хабари оказалась удивительно крепкой.

— Сейчас вы смотрите на обвинителя душ, — сказал мой проводник. — Многие люди назвали бы его демоном. Женщина у подножия кровати является ангелом. Она защищает мужчину, который только что умер. Видите, того человека, который стоит над усопшим телом? Это душа покойного Мортона Кима. Он был хорошим и добрым человеком. Я думаю, ему уготована счастливая жизнь после смерти.

Тварь с глазами жука больше не пялилась на нас, хотя Хабари говорил обычным голосом.

— Почему они не слышат вас? — спросил я. — Кто вы такой?

Хабари покачал головой. Его правая рука, которая несколько мгновений назад сияла, словно солнце, выглядела теперь почти обычно. Когда он приподнял ее, она лишь слегка светилась перламутровым светом.

— Они не слышат меня, потому что в данный момент я являюсь слугой великого существа, превосходящего их своим могуществом.

— Вы имеете в виду Бога?

Он улыбнулся:

— Мы все слуги Всевышнего — даже Рыбий хребет, который выступает здесь в роли адского обвинителя. Но мой поручитель более велик, чем земные ангелы и демоны. Давайте оставим их в покое. Пусть они занимаются своими делами.

Он вновь провел меня по коридорам, пока мы не вернулись к мерцавшей дыре, через которую вошли в пространство без времени. Когда мы шагнули в нее, все стало таким, каким было раньше. Через несколько секунд я увидел санитара, свернувшего за угол. Он двигался вполне естественным образом. Проходя мимо нас, мужчина бросил на меня безучастный взгляд и продолжил свой путь по коридору.

Хабари, ничего не объясняя, предложил мне вернуться домой. Он не читал нотаций, не просил пожертвований и не собирался обращать меня в адепты своей церкви. Очевидно, преподобный не нуждался в этом. Нереальная картина, увиденная мной, настолько выходила за рамки обычного мира, что я дрожал как в лихорадке. Хабари отвез меня в мой особняк, отвел в гостиную и налил мне бокал вина. Я чувствовал себя истощенным. Он выпил чашку чая, посидел немного со мной и уехал, пообещав вернуться на следующий день, чтобы обсудить наше так называемое „приключение“.

Кем бы вы ни были, мой неизвестный читатель, вам, наверное, пришло в голову уже несколько возможных объяснений. Мои переживания могли быть вызваны гипнозом, наркотиками или, возможно, психической болезнью. Я тоже так думал, поэтому, проведя бессонную ночь, с нетерпением ожидал приезда Хабари. Я даже злился на него. По-видимому, он ожидал такую реакцию. Преподобный предложил мне совершить еще одну прогулку — на этот раз в жилой многоквартирный дом в районе Рэйвенсвуда.

— Печальная смерть от удара электрическим током, — сказал он. — Неисправная сушилка для волос.

Сцена была такой же, но без докторов и медсестер. Приехавшие санитары уложили тело женщины на носилки, но когда мы прошли через сиявшее отверстие, ее душа уже выскользнула из тела. Взглянув на медиков и убитую горем внучку, она зарыдала от горя. Казалось, ее сердце разрывалось на части. Через пару минут появились ангел-адвокат и демон-обвинитель. Первый был молодым человеком со светлым симпатичным лицом. Второй не имел головы, но обладал морщинистой физиономией в середине обнаженного торса. Мертвая женщина отпрянула от него, но ангел подошел к ней и начал тихо успокаивать ее.