Дэйв Дункан - Небосвод мечей

— Это происходит только поблизости? Вы уточняли?

Винтер яростно закивал.

— Нечто подобное происходит более или менее везде. Фитцамброз открыто собирает войска на севере. Фермеры королевства стонут от нехватки рук, чтобы собирать урожай. Однако к западу отсюда их очень много, ваша милость.

Что его еще беспокоит?

— Есть идеи, кто за этим стоит?

— Кажется, в центре располагается Мэйшир, ваша милость. — Винтер глубоко вздохнул. — Несколько человек упоминали имя вашего кузена, принца Кортни.

Он тревожно поднял взгляд на ее величество, которая только что узнала, что ее наследник обвиняется в государственной измене.

Глава 37

Пока смерть не разлучит нас.

Когда королева вошла в комнату, члены Совета встали — три женщины и шестнадцать мужчин — по сторонам заваленного бумагами стола. Малинда и ее Гвардия провели ночь в Бондхилле и еще до рассвета выехали на дорогу, где им пришлось сражаться с дождем, мокрым снегом и ветром. В Абшурсте она приказала Одлею выслать двух лучших всадников вперед и передать канцлеру Жарзвезде, чтобы собрать Совет на внеочередное собрание. Она ворвалась в зал с Одлеем и Винтером; все трое растрепанные, мокрые и в грязи.

— Пожалуйста, садитесь, ваша светлость, милорды и миледи.

Малинда рухнула на кресло во главе стола. На другом конце стояла канцлер Жарзвезда.

Все заметили явное недовольство Малинды и изображали непричастность к событиям — с большим или меньшим успехом. Особенно старалась новая Мать-настоятельница, которая закусывала губу или жеманно улыбалась, словно это должно было ее оправдать. Это была маленькая, бледная, похожая на паука женщина; судя по всему, она и ее предшественница принадлежали к разным группам Сестер и терпеть не могли друг друга. Вообще, сегодня пошла мода на закушенные губы. Вдовая герцогиня де Мэй поддалась влиянию нового стиля. Но в конкурсе на самое мрачное выражение лица бесспорным победителем вышел Великий Инквизитор.

Мастер Кинвинкл неподвижно стоял у конторки.

Малинда решила дать подозреваемому возможность оправдаться.

— Ну, какие у вас есть для меня дурные новости в этот чудесный день?

Канцлер посмотрела на нее поверх недавно приобретенных очков.

— Ваше величество, вы оказали большую честь членам Тайного Совета, присоединившись к нашим обсуждениям. Мы собирались рассмотреть карту, которую приготовил мастер Кинвинкл. На ней отмечены все мятежные укрепления.

Перед королевой быстро расстелили бумажное полотно, на нахмурилась, вглядываясь в россыпь красных флажков вокруг границ королевства, так похожую на пятна сифилиса. Особенно дурно дела обстояли на севере, поскольку силы Невилла сосредотачивались у границы с Пустошами, но отдельные гнойники вскрылись всего в дне езды от самого Грендона. Юго-западные земли казались угрожающе спокойными.

— Ничего нового вы мне не сообщили. Неужели мы станем отрицать, что наши земли охватили восстания?

— Всего лишь поместные беспорядки, — пробормотал герцог Бринтонский. — Эти города подняли против трона банды злоумышленников. В целом же жители хранят королеве верность, мы в этом уверены.

— Это правда, Великий Инквизитор? — спросила Малинда.

Ламбскин выпростал руки из-под рясы.

— У нас имеется противоречивая информация, ваша милость. В одних случаях — да, в других — нет.

— То есть вы не видите, чтобы на нас надвигалось опасное вооруженное восстание?

— Конечно, не сейчас, ваша милость.

Ему дали шанс. Он его упустил.

— Оставим пока Фитцамброза в стороне. Думаю, Совет должен услышать сведения, которые мы получили в Айронхолле. Сэр Винтер?

Винтер вышел вперед и начал докладывать. Он чувствовал себя уверенно, поскольку успел подготовиться, и изливал на слушателей поток имен и названий. Последним, конечно же, в списке шло имя принца Кортни.

— Есть ли у советников вопросы к гвардейцу? — сладким голосом спросила Малинда.

Большинство досточтимых советников не спускали глаз с Великого Инквизитора. Не только я, — подумала Малинда. — Они все его подозревают. Никто не верит, что все дело в возрасте и несостоятельности.

Старик спокойно огляделся вокруг, ожидая, что первым заговорит кто-нибудь другой.

Жарзвезда, питавшая к нему непреодолимое отвращение, приподняла бровь.

— Великий Инквизитор?

На ее щеках горели красные пятнышки.

— Очень впечатляющее обвинение, — медленно проговорил он. — Все это слухи, не более, но довольно неприятные. Осмелюсь предложить, не сочтите за проявление недоверия к вашему кузену, ваша милость, вызвать его высочество ко двору и попросить объяснить, что же кроется за этими слухами. Если вообще есть, что объяснять.

— Что же, кроме предательства?

Ламбскин хрустнул суставами.

— Самозащита. За последние несколько месяцев бельские корабли неоднократно пробирались в Западный Удел. Местные опасаются большого налета, которого боимся мы все со времен разрыва мирного договора. Еще до рождения вашей милости король Эйлед совершил самое ужасающее преступление за всю свою жизнь: захватил, разграбил и вырезал всех жителей Ломота. Теперь город, хотя и не достиг былого могущества, процветает вновь, и его богатства хватит на очередной рейд. Поскольку его сын никогда не трогал Ломот, вполне вероятно, что именно этот город падет следующей жертвой. — Он вновь обвел глазами собрание, пытаясь понять отношение к своим словам. — Мальчик споткнулся на обычной ошибке всех землевладельцев, которые сами обеспечивают собственную защиту. Не стоит делать поспешные выводы и приписывать его высочеству герцогу Мэйширскому ответственность за все вооруженные перемещения.

Если бы масло было таким же гладким и мягким… Малинда изо всех сил сдерживала накопившееся раздражение.

— Мы намерены вызвать его на Совет. Могу я поинтересоваться, почему эти факты стали нам известны на пьяной пирушке, а не из докладов Генеральной следственной канцелярии?

Он грустно покачал иссохшей головой.

— Боюсь, из-за обилия работы, ваша милость. Инквизиторы сосредоточились на Фитцамброзе. На прошлой неделе я перевел с севера пятерых агентов и направил их в западную часть королевства, чтобы выяснить, почему постоянные сотрудники во дворце принца неверно докладывали обстановку.

— Что, пламя вас возьми, значит «постоянные сотрудники», а? — спросил герцог, жутко оскалившись. — Вы осмеливаетесь навешивать шпионов на принца крови, на наследника короны?