В Бирюк - Косьбище

"Прибежали санитары.

Зафиксировали нас"

- здесь не пройдёт из-за отсутствия оных милосердных братьев. И вообще, я такие запущенные случаи не лечу. Раньше надо было обращаться.

Тут она рывком развернулась к привязанному к камню. К висящему вниз головой Акиму и вскинула нож.

Зарежет, однако, дура деда. А я не поспеваю - далековато. Хреново. Гром не гремит, молнии не сверкают. Волки не воют, цапли не поросятся. Кавалерия не скачет, народ безмолвствует. Остаётся только проявлять остроумие. Если это так здесь называется. Но первая реплика пошла с противной стороны. Сильно противной.

-- Смерть! Смерть лютая всем проклятым! Всем птиц истребителям и погубителям!

-- Ага! Давай! Всем смерть! И птицеедам! И курощупам! И яйцепойцам! И перьещипам!

Говорят, что с психами в момент обострения надо во всём соглашаться. Обострение я ей устроил, теперь и полное соглашательство -- тоже. Мой энтузиазм в деле поддержания орнитологии несколько смутил "пернатую ведьму". Она недоуменно уставилась на меня. Я вежливый человек и немедленно извинился.

-- Чего? Перьещипов не будем? Ну и правильно, перья у птиц должны обновляться. Перьещипы пользу приносят.

Ближайшее слово к "недоуменно" - недоумок. Главное -- сохранить её в этом состоянии по-дольше.

-- Ну, ты чего встала? Давай уж. Я же, по правде, за этим-то прибежал. Посмотреть-удостовериться.

-- Ты?? Сюда??? Посмотреть-удостовериться? В... чём?

-- Ну ты, стара, даёшь. Ты же его резать собралась? Во славу чего-то там. Птица твоего хохолкового. Вот я и хочу быть уверен.

-- У-уверен?

-- Вот этот дедок -- Аким Янович Рябина. Он тебе не представился? Ну, извини, он такой, он академиев не кончал, с манерами у него того. Старый солдат, знаешь ли, ему неведомы слова любви. Тётушку Чарли помнишь? Да ладно, всех тётушек не упомнишь. У тебя-то, поди, есть? Ну, были? В тех краях где гуляют доны Педры и много-много диких обезьян? А у меня с самого здешнего детства ни педров, ни макак. Вместо их всех -- только дед этот. Батюшка он мой. Гадкий такой. Третьего дня мне ухо всё выкрутил. Такой, знаешь, мерзопакостный старикашка. То мерзит, то пакостит. Но я терпел. Ну, ты ж меня понимаешь. Я у него первый наследник. А у деда как раз боярство маячит, вотчинка такая не мелкая вырисовывается. А в вотчинки девки молодые ласковые. Ну ты ж меня понимаешь. Ты ж сама такая была. А, цапельница? Горячая была? Вот, точно была - по глазам вижу. Да ты ещё и сейчас. Тебя-то, ежели помыть, то и нынче... А хрыч не даёт. Бьёт чем не попадя по чём ни попало. Зудит целыми днями безвылазно. А тут ты его на камень да ножом. Ну как же пропустить-то как родненькому батянечке кишки выпустят? Ну ты ж меня понимаешь. Ты давай, не тяни. Вотчинка сразу моя будет. Всем подолы задеру, всех раком поставлю. Тебя-то саму-то как? Ладно, после разберёмся. Уж я-то развернусь. У я-то погуляю, поиграюсь. Ну ты ж меня понимаешь. Не хуже, чем гридни княжии с тобой на лугу повеселились.

-- Глава 88

Я нёс ахинею, удерживая её глаза, приплясывая и дёргаясь, изображая намёки на неприличные телодвижения и похабные усмешки. Подмигивал, намекая на нечто, понятное нам двоим. Забивая её слух неизвестными словами вперемежку со знакомыми, но давно забытыми. Заставляя вспоминать какую-то давнишнюю, до-цапельную жизнь. Мотивируя совпадение наших желаний, что для неё было совершенно невозможно, что ставило под сомнение правильность и её собственной цели, её собственных действий. И одновременно сокращал расстояние

Повторное упоминание о групповом изнасиловании вызвало повторение реакции - "цапля" вскинула руки к своей маске. Вцепилась в неё пальцами и завыла, раскачиваясь и сгибаясь в поясе. Нож её мешал, и она отшвырнула его в сторону. Небольшой наклон холма в мою сторону заставил её, не прекращая воя, сделать пару шагов в моём направлении. И не помешал мне сделать вдвое больше навстречу. Она начала распрямляться из своего полусогнутого положения, и тогда я ударил. Как в школе учили.

В нашей школе айкидо учили плохо. Точнее - я был плохим учеником. Чего делать, когда на голове у противника защитный шлем -- я не проходил. Не было у нас шлемов, ввиду отсутствия гос.- и др.- субсидий.

Посох взлетел вверх, потом упал вдоль позвоночника, потом пятка его, как и положено, с некоторым упреждением пошла вниз, а верхний конец разогнался и, с достаточно чёткой моей фиксацией в последней фазе, врубил ведьме в лоб. Точнее -- в маску чуть выше глаз. Её откинуло назад. Конкретно -- просто на задницу. Раздался хруст. Я, грешным делом, обрадовался -- прошиб дуре черепушку, сейчас глазки закатятся, сама завалится и "нам тебя будет очень не хватать в нашей земной и грешной жизни".

Излишний оптимизм приводит к летальному исходу. Я бездарно потерял пару секунд всеобщей ошарашенности. Потом, выдержав паузу изумления, фигурки на поляне начали двигаться. Хруст, который я так опрометчиво относил к лобной кости ведьмы, произведён был именно лобной костью. Но -- маскарадной маски. Хлопнул пару раз глазами, ведьма завизжала и кинулась на меня.

Кино, блин. Хичкок, факеншитом его. Не, не Хичкок -- декорации другие: солнечно, травка зелёная. И эта... растопырив пальцы как когти... Я тут недавно перед Чарджи хвастался как надо быстро на ноги подыматься. Зря. Есть дамы, которые и быстрее это делают.

Она бы меня точно достала. Вот этими своими растопыренными. И порвала. Просто голыми руками. В лоскуты. Но одновременно от камня кинулся её второй помощник. Имея ту же цель, но с топором.

Как вектора складывать не забыли? Равнодействующая строится как диагональ параллелограмма. Это если тела абсолютно упругие. А вот если тела с деформацией... То они - деформируются. Я бы даже сказал: слипаются. Деформированные человеческие тела я по жизни видел. После столкновения с чем-нибудь твёрдым типа радиатор "газона". Слипшиеся тела... и сам бывал. А вот абсолютно упругие... Ну где я тут, в этой "Святой Руси", найду что-нибудь абсолютно упругое? Тут же даже простой резины нет.

Они -- "слиплись". И даже немножко деформировались. Ассистент, разогнавшийся по склону холма, не смог затормозить перед взлетающей вертикально с места "моделькой". И покрыл её. Как бык корову.

"Грешно смеяться над больными людьми". А главное -- несвоевременно. Парочка в маскарадных костюмах удивительно быстро разобралась где чьё и расцепилась, но я успел скомандовать Сухану. Ну, и сам врубил. Сколько дури хватило. Поднявшийся на четвереньки "ассистент", получивший со всего маха по голове рядом с торчащим птичьим хохолком, рухнул, было, снова на свою пророчицу. И был отшвырнут в сторону как старый армяк. Ведьма успела, завывая, подняться на колени. Маска на её голове съехала на сторону. Видеть она уже не могла, клюв цапли сбился и задрался. Из-под него были видны два ряда сжатых белых зубов. Вот туда и ударила Сухановская еловина. Такой, хорошо слышный звук удара. Костяной. Вой прервался, мгновенно захлебнулся этим костяным щелчком. Удар был очень сильным. Даму снова отшвырнуло на спину. А я развернулся на дикое "А-а-а!" за моей спиной. Шесть маскарадников, бежавших на помощь своей "святой цапле" с ножами в руках, сцепились между собой.