Валерий Иващенко - Месть Проклятых

Втихомолку подивившись, что святая сестра, по определению не могущая знать иных слов кроме содержащихся в текстах священных писаний, ведает подобные выражения, Айлекс вслух заметил:

- В селе я видел башмачника, вроде неплохой мастер. Пусть к утру пару подготовит.

И уже откланиваясь, заметил, что завтра с первым лучом солнца он будет у монастырских ворот. И лучше бы сестре Мирдль быть там же в полной готовности.

Плотно набитую котомку со священными книгами и свитками этот странный следопыт отказался нести наотрез. Мало того, посоветовал оставить эту придурь в монастыре и с оказией отправить попутным караваном в Семигорье. И досадующая сестра Мирдль едва удержалась, чтобы не объявить парня еретиком и устроить ему хорошую анафему. Но мать-настоятельница согласилась с его доводом, что идти далеко, и лучше взять только необходимое.

- К тому же, представьте, что я притащу в ваш монастырь лесного духа или саженец их священного дерева. Понравится вам такое? Небось, такой хай подымете, что от негодующего визга все уши позакладывает... - Айлекс не выспался толком, полночи ворочаясь на шуршащем и колющемся травинками деревенском сеновале, и скрывать свою ворчливость не счёл нужным. - А вы предлагаете сделать то же самое - притащить в их лес свои священные книги, и чтобы лесные обитатели подняли по этому поводу шум? Очень мудро...

Вот и пришлось сестре Мирдль ограничиться сменой одежды, свёртком со снедью и флягой воды. Да на пояс нацепить короткий рябиновый жезл, освящённый лично сестрой Зеланией, впавшей нынче в транс и творящей чудеса. Хотя на взгляд самого Айлекса, жезл этот вполне можно использовать в качестве лёгкой дубины.

Но один только вид стройной девичьей фигурки в цельном комбинезоне, с подчёркнутой почти осиной талией - белым, вышитым узорами поясом, постепенно привёл его в более доброжелательное расположение духа. Да уж, на такую деваху приятно посмотреть - ноги длинные, мордашка отпад, да и в нужных местах... гм, всё на месте. Пожалуй, лет на пару постарше его... и где ж такие цыпочки берутся? Да уж, новому проповеднику в замке можно только позавидовать - мёрзнуть ночами ему не придётся...

Он так задумался над этими вопросами, что едва не пропустил прощальное благословение матери-настоятельницы. Приложившись к сухощавой, благоухающей ладаном и вербеной ручке, он легонько поклонился. Сделал рукой жест сестре Мирдль - пошли - и молча принялся спускаться в ещё клубящийся над озером туман.

Неслышно прыгая напрямик к переправе по камням и с неудовольствием слыша сзади грохот под ногами святой сестры, он обернулся. Монашка виднелась на фоне утреннего тумана изящным силуэтом, и в ответ на взгляд проводника лишь виновато пожала плечами.

- Не все ж такие бесшумные...

Зато внизу сестра Мирдль не без удовольствия взяла реванш. Оказалось, что паромщик задержался на том берегу. Над водой сюда долетали громыхания его зычного баса, а также непреклонный голос купца, ссылающегося на какие-то там обстоятельства. Судя по всему, склока на той стороне разгорелась нешуточная, а стало быть - бодяга эта надолго. И вглядевшись в белесый туман, который так и хотелось потрогать рукой, святая сестра не удержалась от того, чтобы не поставить на место этого стоящего рядом выскочку. Прикоснувшись к жезлу, она сделалась тихой как пресловутый ягнёнок и прошептала одну хитрую молитву, которую не так давно случайно подглядела в книге, читать кои разрешалось святым сёстрам в ранге не ниже адептки.

Но видимо, Хранитель нынче находился в благодушном настроении, либо и вовсе втихомолку благоволил к сестре Мирдль, ибо девица окуталась неярким сиянием высшего присутствия.

- Дай мне руку, воин, - голос её охрип от волнения.

И едва опасливо поглядывающий на этакие дела Айлекс повиновался и вложил свою кисть в холодные как ледышки девичьи пальчики, та шагнула с дощатой пристани вперёд, увлекая за собой и его...

Они шли по слабо пружинящей и вовсе даже не скользкой поверхности озера точно так же, как и предписывалось святым писанием. Айлекс благоразумно помалкивал, прикидывая что времени сэкономили немало, и в то же время с неудовольствием признавая, что это красивое недоразумение тоже на что-то гораздо.

Мирдль внутренне улыбнулась. Какие же простодушные эти мужчины. Стоит им предъявить соблазнительную фигурку да продемонстрировать пару фокусов поэффектнее...

Но он не стал бухаться в ноги и бить поклоны, славословя Хранителя и его слуг. Лишь когда под подошвами захрустели камушки потивоположного берега, он взглянул в эти сияющие неземным светом глаза. Легонько пожав девичью ладонь, сказал "спасибо". И - пошёл вперёд, равнодушно проигнорировав тропинку и легко взбираясь по каменистой круче. Святой сестре ничего не осталось, как показать спине парня язычок и поспешить следом. Спасибо хоть, отходящие после благости Хранителя ноги дрожали не так уж и сильно.

Айлекс лишь поморщился легонько, заслышав, какой шум и треск производит на всю округу его спутница. Вот уж... с такими друзьями и врагов не надо... он свернул к выворотню, незаметному в подлеске непривычному к лесным делам взгляду. Присел у него на корточки, погладил шершавую кору. И слова, что он прошептал, остались вовсе не слышны в шелесте листвы - но живущий в стволе лесной дух улыбнулся.

И из удивительным образом раскрывшегося в дереве дупла Айлекс деловито забрал свои скудные походные пожитки, которые не стал тащить в монастырь. Заплечная сумка-рюкзак, не мешающая при ходьбе. Особым образом сделанная из коры фляга - замечательная, между прочим вещь! Вода в ней никогда не портится и остаётся холодной даже на самом жарком солнцепёке. И последним парень извлёк длинный лук - подарок старого Тиса, выросший чудесным образом прямо из его ветви. Чаровнику из дальней долины осталось лишь наложить кое-какую волшбу, да Айлекс потом приручил оружие к себе. А уж на тетиву расщедрились феи горных озёр - по серебристому волоску приносила каждая и с озорной песней вплетала часть себя в тугую податливость. Между прочим - не намокает, не растягивается, и даже в огне не горит...

Мирдль смотрела на это диво широко раскрыв глаза. Уж один только полупрозрачный и лохматый лесной дух, выбравшийся из своего жилища посидеть под утренним солнышком, чего стоил! В оружии монашенка разбиралась примерно как Айлекс в женских таинствах - но и она приметила необычную соразмерность и певучую готовность изделия неведомых мастеров. А ещё ревниво углядела колчан стрел, да не каких-нибудь, а неприрученных серооперённых, пользоваться коими умели только лесные воители. И не спрятаться от такой стрелы, выпущенной умелой рукою - они ведь почти живые, и находят указанную цель даже в темноте или если та успела нырнуть за укрытие.