Сара Риз Бреннан - Недосказанное (ЛП)

Кэми перестала улыбаться, как только подошла к кровати своего младшего брата. Тен сидел, обняв руками колени. Его колени и руки были закутаны в простынь с изображенным космическим кораблем. Их Тен всегда был очень серьезным, и единственным из троих детей Глэссов не обладающей японской внешностью, он был интровертом, который всегда опасался людей и обожал энциклопедии. Его лицо было бледным и сморщенным. За очками его глаза казались большими и темными.

  — Кэми, — сказал он быстро скрипучим голосом, как будто все время он задерживал дыхание.

  — Привет, человечек, — ответила Кэми и села на кровать. — Я слыхала, что ты заболел.

Тен поглубже закопался в своем постельном белье, как животное зарывающиеся в яму. Он выглядел очень маленьким. Кэми почувствовала внезапное желание защитить его. Она потянулась, чтобы обнять его за плечи и успокоить, пытаясь не сюсюкаться с ним. Она все еще могла тискать Томмо, когда поймает его, но Тену* уже десять — к сожалению в этом году он соответствовал своему имени — и он ясно дал понять, что уже вырос из обнимашек и позволяет это делать только папе.

К Кэминому удивлению Тен сразу же выбрался из своего постельного белья и свернулся калачиком возле нее. Кэми опустила свою только что вымытую щеку на его волосы.

  — Тен, — пробормотала она. — Тебе должно быть очень плохо.

  Тен прошептал,

  — Я не болею.

  Кэми перестала поглаживать его спине, одетую в пижаму, и почувствовала как он напрягся. Она сделала решительное усилие и продолжила гладить его, держа свои руки и голос уверенными и нежными.

  — Что ты имеешь в виду?

  — Я не заболел, — признался он тихо и неохотно, пытаясь облокотиться и отстраниться от Кэми одновременно. — Мама попросила меня притвориться больным, чтобы мы все смогли остаться дома во время Состязания Страшил.

  Мама многое сделала, она создала заклинание, связывающее Кэми и Джареда, чтобы папа не смог догадаться о магии. Но Кэми не подумала бы, что она способна на такое.

  — Понятно, — сказала Кэми, постаравшись, чтобы её голос прозвучал ни расстроенным, ни испуганным. Она продолжила крепко обнимать Тена.

  — Я подумал, что могу рассказать тебе, — прошептал Тен.

  — Так и есть, — сказала Кэми, вложив в своей голос как можно больше уверенности. — Это был абсолютно правильный поступок. Ты все сделал правильно. Я поговорю с мамой и все улажу. Не переживай. — Она раскачивала своего младшего братишку и дала ему обещание, которое наделась сдержать. — Я обо всем позабочусь.  ЧАСТЬ II 

ДОРОГОЮ ЛИНБЕРНОВ

Всю ночь ты мне снился: 

Проснулась я и против воли начала молиться,

Потом уснула вновь и ты опять ко мне во сне явился.

— Кристина Россети

Глава Четвертая 

Совещание

Кэми не была уверена, что Лиллиан согласиться встретиться с ней, но та согласилась. Эш сдержал слово, что его мать придет вечером на их запланированное совещание на тему «Борьба с чародеями Роба Линберна». Кэми оделась на деловую встречу в черное платье с оборками, в комплект к которому шел серебристо серый жилет и узкий галстук, но она все еще чувствовала себя неуверенно, когда они с Анджелой шли в «Наводнение».

Приватная комната в «Наводнение» была значительно меньших размеров, чтобы вместить бильярдный стол, стоявший в соседней комнате, между дверьми которых пробегал небольшой темный коридор. А это поспособствовало тому, что она, Ржавый и Анджела чуть не врезались в Холли, которая притаилась снаружи.

— Привет, Энджи! — сказала Холли, а потом поспешно перевела свое внимание, на другой объект. — Кэми, Ржавый. Рада, что вы здесь. Все Линберны в одной комнате — это страшно.

Кэми толкнула дверь, чтобы изобличить комнатушку ужаса. Помещение было забито мебелью и тем, что выглядело грудой бесполезных вещей, которой Райты решили не захламлять бар. Все трое Линбернов были до сих пор одеты в верхнюю одежду и шарфы, словно не могли дождаться, когда же смогут поскорее уйти. И тут Кэми осенило, что еще большее безумие придавал этому Джаред, одетый в свою кожаную куртку, ведь он живет здесь. Она подумала, что теперь, когда он сбежал жить в бар, плохие модные решения были наименьшими из его забот.

Джаред ссутулился возле низкого подоконника и ухмылялся, что редко когда было хорошим знаком. Эш сидел в высоком кресле, которое, само собой, походило на трон. Лиллиан Линберн стояла у изыскано украшенного камина в Викторианском стиле, который доминировал у дальней стены, выглядя чрезвычайно недовольной, что ей приходиться находиться здесь. И её недовольство усилилось, когда она увидела Кэми.

Холли проскользнула мимо Кэми, и Кэми заметила, что глаза Джареда и Холли встретились. На мгновение ухмылка Джареда стала чуть приятнее, и он дернул головой в её сторону. Холли прошла и присоединилась к нему, взгромоздившись на подоконник так, чтобы ее локоны рассыпались по его плечу. Джаред с Холли всегда ладили. Кэми и прежде приходила в голову мысль о том, что они могли бы стать парой. Но тогда это не причиняло боль, как сейчас.

Она никогда не была красавицей такой как Холли или Анджела. Ей это было известно.

— Прескотт, — сказала Лиллиан, глядя с неприязнью на Холли. — Дурная кровь. Хотя в той семье и есть некоторый волшебный талант, но они не имеют тенденцию быть людьми, заслуживающими доверия.

— Я доверяю Холли, — огрызнулась Кэми, злая на себя и на Лиллиан. — Мы все должны держаться вместе и доверять друг другу. Мы — команда.

— Команда, — повторила Лиллиан, переполненная презрением. — Таким образом в этой команде мы имеем, помимо Прескотт, бывший источник, который теперь совершенно бесполезен.

— Вы будете удивлены, — сообщила ей Кэми. Она сделала несколько шагов к дивану из растрескавшейся черной кожи и села. Ржавый и Анджела уселись по обе стороны от нее.

Лиллиан проигнорировала последние высказывание Кэми.

— И две каких-то незнакомых личности, которые, полагаю, переехали в Разочарованный дол.

Анджела ничего не ответила, только сморщила губы, глядя на Лиллиан. Кэми знала на кого поставить деньги в соревнование «Продемонстрируй презрение».

Ржавый улыбнулся:

— Нас не представили друг другу, не так ли? Я — Ржавый. Enchanté*.

Кэми взглянула на него и изрекла:

— Enchanté?

Ржавый в ответ лишь улыбнулся.

— Ржавый — собачья кличка, — заметила Лиллиан своим самым подавляющем голосом.

— Вообще-то, Расселл Монтгомери Третий, — сказал Ржавый, все еще улыбаясь. Он откинулся на софу, положив руку Кэми на голову. — Но я был бы вам весьма признателен, если бы вы держали эту информацию при себе.