Людмила Горбенко - Вооружен и очень удачлив

— Пся крев, — расстроено пробормотал Наместник. — Какие меры? Если я прикажу горожанам запасаться святой водой, паника только разгорится.

— Ищите мага, — посоветовала Куриная Лапка. — Когда выпадает Черная смерть, действительно не до шуток.

Кровь прилила к морщинистым щекам Наместника. Умом он понимал, что беды, предсказанные гадалкой, грозят скорее городу в целом, чем лично ему. Но все же старик не мог отделаться от неприятного ощущения, что карты на этот раз говорят не иносказательно, а прямым текстом: загостился ты на этом свете, ясновельможный пан, хватит. Жди саму Смерть по свою душу.

Пожевав кончик седого уса, Наместник все же решился задать мучивший его вопрос:

— Скажи, а это не может быть что-то личное? Ведь я как человек, стоящий над городом… немолодой уже человек… далеко не праведник… — Тут он окончательно смешался и умолк, пристально глядя гадалке в глаза.

— Все возможно, — согласилась Куриная Лапка, не моргая. — Но, учитывая, что сегодня аккурат день осеннего призыва на курсы, шо-то не верится.

— Не верится? — уточнил Наместник.

— Шо-то нет, — твердо сказала Лапка.

Наместник первым отвел взгляд и нажал кнопку звонка.

— Тогда пошли в соседний кабинет, расскажешь всем.

Утро. Трактир Солли

Спавшие за столом вечерние посетители давно покинули трактир, а теплая беседа двух старых друзей, один из которых не подозревал, что первый раз в жизни видит второго, продолжалась.

Хендрик поначалу вежливо слушал, изображая заинтересованность. Потом у него в голове образовалась каша из имен многочисленных отпрысков плодовитого Солли, и он незаметно для себя тихо заснул на плече «дядюшки». А вот сам дядюшка…

Обычно спокойный и невозмутимый Оскар выглядел сейчас как гончая, учуявшая дичь. Внутри него все сильней шевелился неугомонный червячок совершенно отчетливого предчувствия. Им сегодня повезет.

Оскар отхлебывал из своего бокала и внимательно слушал. Солли подливал в его бокал и подробно рассказывал.

В очередной раз посланный за добавкой меланхоличный Кендрино вернулся из кладовой с полупустой бутылью и доложил:

— Пиво почти кончилось. Джин тоже. Крапивянка на дне.

— Вот как? Все кончилось? — удивился Солли. — Ну и ладно. Думаю, Тино не откажется от нашего фирменного коктейля. Аперитив.

Оскар с улыбкой пожал плечами, обозначая согласие, отчего с его плеча свалился и стукнулся лбом о стол Хендрик.

— Коктейль? — по-кошачьи потянулся он. — Я люблю коктейли! Сок, что-нибудь крепкое и вишенка, да?

— Сок? — с сомнением произнес трактирщик.

— Давай, что есть, Солли. Мы непривередливы, — поспешил высказаться за двоих Оскар.

Кендрино собрал со столов бутылки, стаканы и стопки, составил все это на поднос и медленно, чтобы не уронить хрупкую ношу, пошел к бару. Из-за стойки раздалось характерное бульканье, звон, звуки затрещин, и через несколько минут на свет божий вновь явился Солли. Повеселевший, с подносом, на котором рядком стояли три бокала темного стекла, горшок с печеными каштанами и мисочка с капустой.

Все еще сонный Хендрик сгоряча отхлебнул из своего бокала приличный глоток и закашлялся. Жидкий огонь, пробежав по горлу, стек в желудок и взорвался внутри маленьким вулканом.

— Что это было? — прохрипел он, обмахиваясь ладонью.

Трактирщик ловко закинул в его открытый рот потрескивающий каштан.

— Фирменный коктейль «Бубен». Кольпо гроссо.

— Э? О! — Хендрик выплюнул горячий каштан на пол и по-собачьи вывалил обожженный язык.

— «Дырявый бубен»? — уточнил Оскар, наблюдая за мухой, рискнувшей пролететь над стаканом с коктейлем и сейчас неподвижно лежащей на столе кверху лапками.

— Но, но! Для «Дырявого бубна» нужна предварительная тренировка. Я немного разбавил пивом. Попробуй, Тино! Видишь, как понравилось твоему племяннику?

Окосевший с одного глотка Хендрик подтвердил эти слова радостным кивком.

Оскар выдохнул, опрокинул в рот полбокала и прислушался к себе, чувствуя, как составные части коктейля немедленно вступают в жестокую битву друг с другом. Вместо ответа он округлил глаза и одобрительно крякнул. Солли, внимательно следивший за его реакцией, радостно захохотал.

— То-то же! Старина Солли знает толк в напитках! Это тебе не какая-нибудь басурманская дрянь! Никакого сока, только натуральные компоненты! Если бы не сегодняшние печальные события, я бы соорудил для нас такой обед, что сам король позавидовал бы! Бене! Бене, бене паста!

Оскар сочувственно покачал головой.

— Продолжай свой рассказ, Солли. Значит, ты говоришь — каждый седьмой сын седьмого сына? Без исключений?

— Каждый. Дисграциа, Тино! У канцлера в руках церковные записи. Повитухи под страхом смерти докладывают обо всех младенцах мужского пола, родившихся живыми. Два раза в год, осенью и весной, после совершеннолетия их забирают на учебу в Черную Башню под конвоем. «Ускоренные курсы теоретической магии». Шесть месяцев.

— Теоретическая магия? Звучит нелепее, чем теоретическая акробатика. К тому же всего на шесть месяцев. Смешно! Солли, я лично знавал одного мага. Так вот, чтобы научиться только доставать изо рта бусы и пучок лент, он ежедневно тренировался полтора года. Полтора!

— Ты путаешь цирковых магов с настоящими, Тино.

— А что, кто-нибудь лично видел настоящих? — хохотнул Оскар. — Солли, не считай меня ребенком, я уже вырос из сказок. Всем известно, что магов на свете осталось всего ничего, да и те в лучшем случае способны приворожить, отравить, навести порчу или устроить праздничный фейерверк. Потому что древние мастера своего дела давно умерли вместе с драконами, друидами, эльфами и гномами.

— Все не так просто, амиго, — вздохнул трактирщик. — Ничто на этом свете не исчезает бесследно. Надеюсь, ты не будешь убеждать меня, что никогда не слышал имя великого Мерлина? Так вот. Говорят, в детстве Мерлин был самым обычным пареньком. Отрывал крылья бабочкам, подглядывал за купающимися девчонками, курил втихаря за сараем и все такое. Но после совершеннолетия — бам! — в нем вдруг проснулись магические способности, доно. Пришло время, и магия сама нашла его! А все почему? Потому что он был седьмым сыном седьмого сына! Сеттимо фильо!

— И что?

— Это длинная история, ми спьего. Как только господин герцог уехал из города, ловкач Наместник… — Тут Солли воровато огляделся по сторонам, наклонился к самому уху Оскара и зашептал так тихо, что даже сидящий рядом Хендрик с трудом разобрал только обрывки фраз. «Ключ от оружейной комнаты», «на черный день», «реликварий с мощами», «обманщик», «как только руки не отсохли» — вот и все, что он расслышал.