Эл Ибнейзер - Дар Менестреля

Онтеро тотчас умолк. Hо отчего-то странное видение не прервалось, как в прошлый раз. Дастин почувствовал, что сейчас произойдет нечто ужасное и попытался вырваться из этого кошмара, но не мог даже ощутить собственного тела. Откуда-то сбоку появилась темная фигура и выступила на свет. Это был человек, или нечто весьма похожее на человека. Рослый и сильный, с грубыми чертами лица и могучей мускулатурой, одетый лишь в одну меховую набедренную повязку, незнакомец почесал волосатую спину длинным кинжалом с черным клинком и произнес хриплым и довольным голосом:

— Гы, ну вот мы и встретились, Менестрель. Ты меня не знаешь, но скоро, — незнакомец запустил палец в ноздрю, и чуть подумав, продолжил, — Скоро мы познакомимся поближе. Здесь и сейчас я не властен что-либо сделать. Hо ты обнаружил себя — я рад. Теперь у меня будет меньше забот.

— Зато я знаю тебя, — прохрипел голос Онтеро откуда-то издалека. — Дай нам уйти, не то мне вновь придется прибегнуть к Слову, как тогда, в Меретарке.

Незнакомец усмехнулся во весь рот, открыв желтые заостренные зубы, но глаза, пронзительные нечеловеческие глаза были холодны, как лед:

— И ты здесь, Переддин. Hу что же, приятно встретить старых друзей. С тобой у меня было немало хлопот, только не возносись. Сейчас игра покрупнее будет. В общем, еще свидимся, и я надеюсь, в более приятной обстановке. Прощай, Певец. И помни — кое-кто ждет твою Песню, ведь ты споешь ее для меня, а?

И захохотав, он исчез. В тот же миг своды каверны стали меркнуть, уступая место новому видению: широкая мощеная дорога, ведущая в даль и обычные дома, ночь и звезды на небе. Дастин обернулся — позади него была высокая дворцовая стена. Рядом стоял Онтеро, грызя ноготь.

— Онетро, что это было? Кто тот незнакомец? И почему они называли тебя Переддином? — обрушил град вопросов Дастин.

— Hе сейчас, мой юный друг. Нам нужно двигаться дальше. Мы очень страшной ценой заплатили за переправу за стену. Пойдем, пока не закончилась ночь, нужно миновать городские ворота. И…забудь то, что ты видел. И особенно, я прошу тебя — колдун строго посмотрел в глаза менестрелю. — Забудь имя, которое ты слышал.

И коротышка побрел по улице по направлению Южных Ворот Джемпира.

Город имел шесть ворот, однако ни одни из них не запирались на ночь, ведь уж несколько столетий не было войн и набегов. Лишь несколько часовых охраняло каждые врата, выпуская кого угодно и когда угодно, лишь за вход в город требуя пошлину.

Благополучно миновав высокую арку, спутники быстрым шагом направились по дороге, ведущей на юг Леогонии. Дойдя до небольшой рощицы, тянувшейся вдоль дороги, беглецы свернули с тракта и углубились в чащу, находя во тьме едва приметные тропки. До наступления утра им следовало как можно дальше уйти от Джемпира. А потом скрываться неизвестно где от неминуемой погони.

Онтеро объяснил Дастину, что они будут пробираться на юг, в Теренсию, где среди дебрей Корранского леса находилось тайное жилище колдуна. Онтеро непременно хотел добраться туда и кое-что захватить, после чего намеревался отправиться на острова Архипелага, дабы испросить прощения у старейшин Ордена Магов и попытаться найти ответы на происходящее в многочисленных древних книгах богатой библиотеки Энктора.

Путники шли молча, каждый думал о чем-то своем. И когда начала заниматься заря, беглецы добрались до заброшенной егерьской избушки и остановились на отдых.

Впереди была трудная и опасная дорога. Вернее бегство от преследователей. В том, что их уже начали разыскивать, не было никаких сомнений.

Глава 3

Йонаш сидел у небольшого бивачного костра и рассматривал Йолана. Теперь, когда лицо того не было ни скрыто капюшоном, ни искажено дикой злобой, перед Йонашем сидел еще очень молодой красивый мужчина с гордой осанкой и умными, внимательными и спокойными глазами. Движения его были полны какого-то изящества и абсолютной уверенности в себе, временами даже смахивающей на высокомерие. Заметив на себе изучающий взгляд, Йолан поднял глаза от аппетитного куска кролика, только что им пойманного и зажаренного на костре, и сказал:

— Ты что, вообще мяса не ешь?

— Ем, но стараюсь этого избегать. Тем более мне вполне хватило хлеба, который мы съели раньше. Зачем есть больше чем нужно?

— Для удовольствия.

— Бывают и другие удовольствия.

— Бывают, — улыбнулся Йолан, — правда сейчас их у нас под рукой не так уж много, разве что поесть как следует. А вообще их хватает: красивая женщина, умный разговор, хорошее вино, просто поспать вволю. Только одно другому не мешает.

— Я имел в виду другое, — слегка поморщился Йонаш, — размышления, свобода, здоровье.

— Здоровье — это, конечно, хорошо, — согласился Йолан, насмешливо прищурившись, — но и все остальное тоже не помешает. Думаю, я смогу тебя научить кое-чему в жизни.

— Взаимно. Слушай расскажи-ка лучше еще раз свою историю.

— Всю?

— Нет, как тебя послали.

— Ну, слушай.

В подземелье заброшенной башни, возвышавшейся почти на самом берегу Иглинга невдалеке от причалов Ирнара, спускалось трое человек в длинных плащах с капюшонами. Первый, в сером плаще, нес коптящий факел, свет которого плясал и отражался в каплях сырости на стенах старой каменно винтовой лестницы. За ним властной походкой шли двое в бордовых плащах и говорили друг с другом.

— Теперь ты понимаешь свою задачу, Йолан? — спросил один старым холодным голосом.

— Да, брат Егард, но чем же так опасны эти двое нашему делу? — второй голос был куда более молодым, хотя и не менее холодным и властным.

— Об этом не нам судить. Если Великой Жрице сам Хозяин сказал, значит так и есть. Ты же знаешь, как редко он что-либо указывает прямо.

— Да, уж, — усмехнулся молодой, — хотя и нельзя ее винить. Она его частенько вопрошает.

— Что ты имеешь в виду? — холодно поинтересовался старик.

— Да, ничего. Когда была моя очередь помогать ей в вопрошании, мне это весьма понравилось. Да и остальные вроде довольны остались. Наша жрица, даром что принцесса, любую портовую девку в этом деле за пояс заткнет, — криво улыбаясь ответил молодой и посмотрел на собеседника.

— Думай, что говоришь, — властно одернул его тот.

— Да, ладно, все в порядке. Вот и пришли, заходим?

Все трое действительно уже спустиись и подошли к крепкой дубовой двери в стене подземелья.

— Да, — ответил старик, — заходим, магистр уже ждет нас.

И оставив факелоносца снаружи они постучались и зашли. Просторная комната за ней была погружена в полумрак и освещалась лишь одним факелом на дальней стене. Прямо под ним сидел за столом в кресле безволосый суховатый мужчина лет пятидесяти в черном плаще и с синюшными кругами вокруг глаз.