Елена Тыртышникова - Черный замок

Глаза девушки метали молнии, причём как в переносном, так и прямом смысле. По всем законам природы за очередной вспышкой следовал громовой раскат — волшебная посуда в несуразном шкафу дребезжала, грозя превратиться в обычные осколки.

Страх, да и только! Нет ничего удивительного, что Романд попытался уклониться от разгневанной девицы, и ему даже удалось проделать это, не лишившись уха, но вымолвить хоть слово не получилось. Юноша затравленно повёл головой из стороны в сторону, и гнев Литы мгновенно угас.

— Вот видишь, папа, он не белый маг.

— Точно, — согласился Керлик, явив детям знаменитую змеиную улыбку, и неуловимым движением переместил руку с уха Романда ниже. Дёрнутый за цепочку, словно дворовый пёс за поводок, юноша был вынужден нагнуться к Лите — перед глазами девушки качался, гипнотизируя, двойной кулон. Радужные, весёлые искорки солнечными зайчиками заскакали по зале. — Он много хуже белого мага! Он ученик белого мага!

Если ранее Лилийта лишь походила на рассерженную львицу, то после обличающего высказывания начала превращаться в оную на самом деле. Трансформация неприятное зрелище, и несколько напугала даже Керлика, что уж говорить о несчастном герое. Романд было закатил глаза, но, передумав, применил очередной, впервые испытанный именно в Чёрном замке способ спасения (всегда работающий): панически огляделся. В дверях стоял плечистый, высокий стражник.

— И чего ты на меня так смотришь? — резко изменившееся семейное положение заставило Марго выучить несколько новых гримас, которые можно было нацепить на физиономию. Сейчас использовалась маска невинного младенца. — Мальчик, следовало подумать, прежде чем осчастливливать чёрную магиню ребёнком.

На том бравый капитан разумно применил тактическое отступление. Сегодня придётся действительно дежурить.

Романд некоторое время тупо пялился в пустоту, а затем, выдернув у Керлика медальон, спрятался магу за спину. Для пущего эффекта вцепился в одежду чародея.

Что может быть хуже чёрного мага? Естественно — чёрная магиня! Лилийта в подтверждение нехитрой идеи попыталась выковырять юношу из-за спины отца, но Романд, предугадав направление, развернул к ней не сопротивляющегося от удивления Керлика, тем самым оставаясь у него за спиной и вне досягаемости опасных ручек темноокой зазнобы.

Охота на юношу продолжалась минут пять, в течение которых Керлика болтало и крутило так, что дорогое, выпитое с наслаждением вино явственно попросилось наружу. Наверное, и выползло бы, но разум Романда, наконец, обработал реплику стражника.

— Какого ребёнка? — пролепетал юный чародей и застыл в беспомощном, но искреннем удивлении, натолкнувшись на которое Лита тоже остановилась. Вновь приобрела человеческий вид, зарделась, потупилась.

— Твоего, Романд, — прошептала чуть слышно она, вскинулась.

Керлик, осторожно переведя дух, отступил — дети ничего не заметили. Они стояли и смотрели друг на друга широко открытыми глазами, не ведая, что сказать, как реагировать. Ещё мгновение назад они были всего лишь драчливыми девчонкой и мальчишкой, а теперь у них появилось нечто общее, но непонятное обоим. Они думали. Впрочем, нет — Лита уже приняла решение, Керлик знал, а Романду всё только предстояло.

Маг всмотрелся в мальчишку. А ведь ему, наверное, и пятнадцати нет… О каких ответственных решениях может идти речь, если самому нянька потребна?!

Романд шагнул и бухнулся на колено, уткнулся носом в живот Литы.

— А можно?

Девушка покраснела ещё сильнее, хотя мгновение назад чудилось — куда уж ещё, и умоляюще глянула на родителя. Юноша вдруг тоже вспомнил о грозном чёрном маге, между прочим, отце…

— Можно? — повторил Романд, смотря теперь на Керлика.

— Что? — грозно сдвинул тот брови.

— Ну… это…

— Что ты хочешь, Романд из рода Зелеш? — пришёл на помощь мальчишке чародей. Конечно, он понял, чего — но пусть скажет, иначе, какой же это мужчина? Кажется, юноша осознал серьёзность решения, встал.

— Я прошу руки вашей дочери.

Керлик улыбнулся, но незаметно, одними глазами, внешне оставаясь серьёзным и злым.

— Что ответишь на это, Лилийта из рода Хрон?

— Если позволит мой отец, то я согласна.

Ох ты, какая шёлковая, покладистая! Маг, не таясь, покачал головой. Романд понял по-своему, неправильно — побледнел, в глазах его блеснули слёзы.

— Да, вы правы. Я ничего не могу предложить…

— А что, ТЕБЯ не достаточно? — хмыкнул Керлик, обрывая глупые слова.

— Вы хотите сказать?.. — юноша запнулся, губы его задрожали. Он не верил и отчего-то был поражён до глубины души. — Вы желаете?..

— Именно. Я отдам тебе свою дочь, но… при одном условии: если ты возьмёшь вместе с ней приданое. А приданое — это всё, что у меня есть. Ты против?

— Нет. Я вовсе не против. Но выходит, что я…

Он стыдился! Стыдился того, что, как был уверен, превращается в нахлебника, в трутня, который случайно обеспечил наследника магу и не принёс с собой ничего, хотя бы денег.

— Ты сомневаешься, что родитель отпустит тебя? — Керлик попытался приободрить «пониманием», но вышло хуже. Романд пошёл болезненными пятнами — причудливо смешались бледность, некоторая зеленоватость и краснота.

— Я третий, — слова прозвучали так, будто мальчик пытался уговорить себя, что именно этим объясняется его судьба, жизнь. Но сам же себе не очень-то верил. — Мать умерла в родах, а отцу я не нужен. Он с радостью от меня избавится, ещё и пинка под зад даст для пущего ускорения.

— Следовательно, никаких проблем, — как можно бодрее сказал чародей. — Учитель же твой поймёт: ты не в Уединении состоишь, а в Магической гильдии — женатые ученики, порой, встречаются. К тому же, через полгода экзамен?

— Да.

— Я уверен, что ты сдашь — значит, будешь подмастерьем, — Керлик не подозревал, что способен на столь продолжительные любезности. — Кстати, чтобы ты не забывал о ждущей тебя невесте, вот тебе подарочек… — Многострадальное ухо Романда подверглось очередному измывательству, однако драконова серьга юноше была к лицу. Если бы не длинный плащ-балахон, модный среди представителей магического сословия, и отсутствие «Лихого платка», Романд вполне сошёл бы за юнгу с пиратской шхуны, причём не простого матросика, сбежавшего преступника, а сына капитана — смены, опоры и надежи. Что-то, пока неуловимое, в мальчишке было. — А эту пару вручишь Лилийте в день свадьбы.

Романд поклонился и через мгновение вернулся в лагерь. Остаточной магии Керлика Мехен не засёк.

— Надеюсь, он догадается не говорить, на ком женится, — Керлик сел за стол, налил вина.

— Странный он какой-то, — вместо ответа пробормотала Лита, устраиваясь на соседнем стуле.