Влюбить и за борт! (СИ) - Юраш Кристина

— Ваша будущая невеста, — послышался голос за моей спиной. — Принцесса Крессида.

Я была маленькой. И даже не запомнила ни имя принца. Ни страну, откуда он. К нам часто приезжали короли и королевы с детьми. И я обязана была сидеть с ними в одной комнате. Но ни разу мне не говорили: «Ты помолвлена».

Помню, как мы с одним толстым, противным белобрысым принцем подрались. Нас даже разнимали! Он плюнул бумажкой из золотой трубочки в портрет моей покойной мамы. Я набросилась на него и стала его колотить. Короной. Да так, что камни повылетали. Слуги позвали родителей.

Мне в тот день порвали платье. Но я разбила ему нос. Случайно. Был дипломатический скандал. И даже война. Тогда у нас был хороший флот. И мы победили.

Тот белобрысый принц упал с коня. И разбился насмерть. Я была рада этому. Нечего плевать в чужих мам!

Я сжала кулаки, вспоминая, как в пять лет мутузила короной нахала. И решила, что захвачу корабль. По морским законам! Осталось дождаться ночи, когда все лягут спать. И если удастся, то собрать под свои знамена раскаявшихся пиратов.

Губная гармошка выдавала страшные звуки. Я играла уже почти два часа. Без остановки. Под аккомпанемент голодного желудка. Я дернулась, слыша, как в дверь ломятся.

— Вы пытаетесь пересечь границу официального посольства Ивернеса, — торжественно произнесла я. — По каким вопросам вы обращаетесь в посольство?

— По официальным, шлюпка! — орал сиплый голос. — Дверь открой!

— Если вы перейдете на сторону Ивернеса, то я гарантирую вам неприкосновенность, — официальным голосом произнесла я. — И защиту со стороны принцессы Ивернеса!

— Быстро открой дверь, медуза сраная! — орали пираты, пытаясь вынести тяжелую дубовую дверь. Я стерпела оскорбление. Они же пираты. От старых привычек избавиться очень сложно.

— Капитан пр-р-риказал ее не тр-р-рогать! — истошно орал Кракен. — Р-р-рыдать можно! Ор-р-рать можно! Но тр-р-рогать нельзя! Пр-р-риказ капитана!

— Долой капитана! — заорали пираты.

Я не знаю, что случилось, но по коридору послышались шаги.

— Бунт на кор-р-рабле! Бунт на кор-р-рабле! — орал Кракен. В коридоре слышались выстрелы.

Я выдула еще один протяжный и тревожный звук. Кто-то ударился о мою дверь. Послышался крик. Потом выстрелы. Кто-то отчаянно пытался вынести дверь.

Я бросилась таскать вещи. Мне даже со страху удалось дотолкать по комнате огромный черный кованый сундук. Он был неимоверно тяжелый. Я привалила его к двери и устало опустилась на него.

— Пр-р-ридурки! Не знаете, с кем связались! Да он за эту девку вами р-р-рею укр-р-расит! Ха! — орал Кракен. — Девка, ты как там? Тут такое пр-р-роисходит! Бунт на кор-р-рабле!

— Пустите к девке! — орали пираты под дверью. Иногда их крики обрывались на полуслове. После громкого выстрела. Они, видимо, решили перейти на сторону Ивернеса! Раз так ломятся в посольство!

Через полчаса все угомонилось. В коридоре снова стало тихо. Кажется, три часа прошло. Я отстояла свое посольство.

— Слышь, посол! Выходить думаешь? — послышался хриплый голос. Он тяжело дышал. В дверь что-то ударилось.

Я и сама была не прочь выйти. Посольство есть. Я имею право покинуть его спустя три часа. По древним морским законам.

Гордо встав с тюков, я стала оттаскивать вещи обратно. Один раз я чуть не уронила флаг Ивернеса. Но вовремя успела подхватить. Оставался сундук. Его я поднять не смогла. Он так и остался стоять возле двери.

Я попыталась потянуть его за ручку. Но он не сдвинулся с места. Я заперла сама себя! Это ж надо! Откуда у меня взялись силы дотащить его до двери? Наверное, я сильно испугалась. Мне рассказывали, что такое бывает у людей. Даже у королей.

Один мой предок сумел поднять перевернувшуюся карету, в которой была его семья. Хотя на портретах он был хилым и чахлым. И звали его Хьюгард Слабый.

Закусив губу от волнения, я снова попыталась утащить сундук в сторону. Но он остался на месте.

— Нет, я не выйду! — гордо ответила я. Сердце в груди билось. Я чувствовала, как дрожат руки. Ручки, а ручки? Как вы умудрились сдвинуть с места сундук?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Единственное, что я видела — это круглое окно в самом верху. Но я до него не допрыгну. Я снова впряглась в сундук. Ручки дрожали. Я села попой на ковер.

— Ты ей настолько нр-р-равишься, что она забар-р-рикадировалась! — послышался голос Кракена. Он сидел на трюмо. И чистил призрачные перья. — И не может отр-р-рыться! Тут возле двер-р-рей сундук!

— Отойди от двери! — послышался хриплый приказ. Каждое слово он цедил сквозь зубы.

Я встала, отряхнулась и отошла подальше. Дверь дернулась. Сундук сдвинулся на пару волосков. Еще один удар заставил меня вжать голову в плечи.

— Умр-р-решь ты, пр-р-ринцесса! — вздохнул призрак попугая. И оставил призрачную какашку на трюмо. Какашка полежала. А потом стала испаряться. От нее даже следа не осталось.

Сильный удар в двери, заставил меня снова посмотреть на сундук. Тот сдвинулся буквально вот настолечко. Совсем на капельку. За дверью кто-то дышал очень тяжело.

— Никакого пр-р-рогресса! — сделал вывод Кракен, дергая головой.

По коридорам послышался топот. Дверь снова попытались сдвинуть. Я видела, как доска пола просела. Сундук упирался встык досок. И от каждого удара, он просто бился об доску.

— Пр-р-роклятье! — закричал Кракен. — Как ты умудр-р-рилась, пр-р-ридурь?

— Попрошу меня не оскорблять! — огрызнулась я попугаю.

— А то что? Выстр-р-релишь глазками? — произнес хамский попугай. — Стой! Буду стр-р-релять глазками! О, как он зол! Ты себе не пр-р-редставляешь! Я бы на твоем месте еще и подпир-р-рал сундук! Искандер-р-р р-р-рвет и мечет!

В дверь выстрелили. Но она не поддалась. Послышались шаги. Я присела на тюк. Внезапно под потолком возник Кракен. Сквозь него просвечивались доски.

— Пр-р-рощай, пр-р-ринцесса! Р-р-рад был познакомится! — гаркнул он. — Ты заставила капитана лезть в окно, как мальчишку! Искандер-р-р! Штур-р-рмуй свой кор-р-рабль!

Он покрутился и прошел сквозь потолок.

Внезапно стекло окошечка вылетело. А в него пролез пират. На его щеке была кровь. Волосы намокли. А в глазах виделась моя смерть. Вся она в его глазах не помещалась. Так, слегка кокетливо выглядывала.

Тяжело выдохнув, он с грохотом приземлился на пол. Рубаха была разорвана. Кое-где виднелась кровь.

— Добро пожаловать в посольство Ивернеса! — вспомнила я правила этикета. — Вы имеете право просить политическое убежище. И защиту принцессы.

Черный сапог ударился в сундук и сдвинул его с места. Огромная рука схватила ручку и с легкостью подняла его. Надо мной склонились и смотрели на меня. Мне показалось, что меня сейчас придушат!

— Самое вр-р-ремя для р-р-романтики! — послышался голос Кракена. — Р-р-романтическая песня! Однорукий Билл не сходил с кор-р-раблей. Везде он плавал с невестой своей. В одном бою было жар-р-рко и тесно! В этом бою отр-р-рубили невесту! Билл безутешен. Теперь он без рук! И вместо невесты тепер-р-рь стр-р-рашный кр-р-рюк!

Глава четвертая. Бунт и панталоны!

Глава четвертая. Бунт и панталоны!

Я почувствовала, как меня берут за плечо. Я пыталась вырваться. Но железные пальцы крепко держали меня.

— Вздер-р-рнуть на р-р-рее! — орал Кракен.

Попугай кружился над нами и орал во всю глотку. Морской ветер ударил в лицо. Послышался шум моря и хлопки надуваемых парусов. На длинной рее висело человек двадцать.

— Баба на кор-р-рабле — к беде! — вопил попугай.

Я смотрела с ужасом на висельников. Ветер шелестел их одеждой.

— За бунт на кор-р-рабле! Капитан вздер-р-рнул на р-р-рее!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Попугай сел на перекладину и ударил клювом веревку одного из висельников.

— Не умир-р-рай, пр-р-рошу тебя, — скрипел попугай. — Ты мне денег должен!

Я опустила глаза, видя черный хлыст в руках капитана. Поцарапанная рука сжимала его изо всех сил. Даже костяшки побелели.

— Восемь тр-р-рупов ср-р-разу! Двадцать на р-р-рее! — вздохнул призрачный Кракен. — Великая сила искусства! Вот что с людьми делает губная гар-р-рмошка!