Восток. Запад. Цивилизация (СИ) - Демина Карина

- Нэнси, благородный господин… меня звали Нэнси. Или еще Нэн. Помнишь, ты купил меня? Мне сказали, что сорок монет вывалил… состояньице. Обещался любить и беречь, да только я ж не шлюха…

Она была красива той диковатой красотой, в которой равно сошлись грубоватые черты и сила, что чувствовалась в женщине.

- Ты меня зарезал.

- Я её не помню…

- Зато я помню, благородный господин. И ты помнишь. Я ж тебе руку проткнула. От тут, - она провела пальцем по своей ладони. – Ты еще заверещал… и убил. Шею свернул. Помнишь?

Лицо Сент-Ортона скривилось.

- Эта шлюха стащила клинок из лаборатории…

- А я помню… это было лет пять тому, - сказал Найджел. – Ты сказал, что порезался, что… и рана еще плохо заживала. Целитель…

- Заткнись!

- А меня помнишь? – вперед вышла девушка столь тонкая и хрупкая, что казалась она вовсе прозрачной. – Помнишь? Как ты обещал мне новую жизнь. И свободу… я ведь долго умирала. Так долго…

- Лили, добрый господин. Лили я, - женщина невысока и кряжиста, на ней простое платье и красный фартук. – Вы сказали, что кухарка надобна…

- Эмили…

- Сивилла…

Они выходили, одна за другой. Вставали напротив Алистера Сент-Ортона и говорили, говорили… их было так много, что Чарльз даже испугался, что никогда-то они не закончатся.

- Хватит! – Сент-Ортон не выдержал первым. – Я понял… вы собрали всех обиженных потаскух, кого только нашли. Да ни один суд в здравом уме не поверит им. Никому…

Он выдохнул.

Вдохнул.

А потом всею своей силой обрушился на невидимую стену. И тьма заполонила круг. Она поползла, завиваясь, карабкаясь выше и выше. И в месте соприкосновения её и воздуха, тот вспыхивал. Огонь расползался, рождая руны, а те цеплялись друг за друга.

Показалось, что Чарльз слышит треск.

И огненная ловушка вот-вот треснет.

- Отдай мою силу, - сказала девушка с рыжими волосами и лицом, густо покрытым оспинами. Она протянула руку и, преодолев огонь, коснулась тьмы, чтобы вытащить из ловушки клок её.

- Отдай… - протянула руку Эмили.

- Отдай, отдай, отдай…

- Знаешь, - Милисента отвернулась. – На некоторые вещи лучше не смотреть.

Вопль Алистера Сент-Ортона сотряс небеса. И Чарльз поспешно последовал примеру жены. Но… слишком поздно. Он увидел. И теперь вряд ли когда сумеет забыть.

Полупрозрачные руки, наполненные огнем, раздирающие тьму на клочки.

Уши бы заткнуть, но…

Тишина воцарилась вдруг. Она была вязкой и тяжелой, как кисель. И в ней Чарльз слышал, как ухает его сердце. А еще не только его. Он обнял жену, которая даже здесь была реальна. И коснулся губами волос.

Так и стояли.

- Он… еще жив? – дрожащий голос Эваноры Орвуд заставил обернуться.

- Вполне. Душу крайне сложно уничтожить, даже такую гнилую, как эта, - Дракон подошел к самой границе круга, в которым, сжавшись в клубок, сидел старик. Он был страшен и уродлив.

Седовлас.

Одноглаз.

И криворот. Но ненависти, что горела в единственном его глазу, хватило бы, чтобы уничтожить мир.

- Думаете… - старик с трудом поднялся. – Думаете… вы победили? Нет… вы все сдохнете… ты, Диксон… мое проклятье ведь осталось. А я могу его снять.

- Нет, - Бертрам Орвуд поглядел на Чарльза и отвернулся. – Извини… мы пытались, по-разному… но это конечное проклятье. Оно и создавалось таким, чтобы снять никто не мог. Даже создатель.

Что ж, чего-то подобного Чарльз и ожидал.

Пускай.

Умирать – не страшно. Теперь не страшно. Жаль только, многого не успел… и шубу не купил, и в целом. Мама еще расстроится.

- Это они не могут! А я могу, могу… чистоплюи. Некроманты-чистоплюи, - старик мерзенько захихикал. – Дело в цене… я готов заплатить. А они нет. Но… могу… хочешь, докажу?

- Нет.

- Я бы мог тебя вознести… сделать избранным… первым среди равных. Диксоны ведь древний род, а твоя женушка и вовсе императорских кровей. Удачное стечение обстоятельств… или вот ты, сыночек. Ты же сдохнешь. В тот момент, когда остановится мое сердце.

- Оно может биться довольно долго, - произнес Эдди. – Что? Он будет тут, тело там. Пусть себе живет. Главное, уход обеспечить.

Ругаться Сент-Ортон умел. И выражался от души. Впрочем, недолго. Он с нехарактерной скоростью метнулся к другой части круга.

- А ты? Орвуд-младший… твой папаша не был таким вот… знал бы ты, чего он делал! – Сент-Ортон прищелкнул языком. – Я вот знаю!

- Тот сумасшедший, в пещерах, это кто-то из старого братства?

- А? Да… сумасшедший… одержимый… мой отец когда-то помог ему спастись. Несправедливо. Весьма, весьма… идеи общие, а потом кто-то трусит… ты сын труса.

- Он совсем свихнулся, - заметила Милисента.

- Он всех предал. Он… а несчастный Баки лишь чудом уцелел. И двинулся головой… - смех был тявкающим, нервным. – Но он умел производить впечатление. И да, идеи… чудесные идеи… убрать всех, в чьих жилах течет дурная кровь, освободив мир для тех, кто по-настоящему заслуживает жизни. И ведь казалось, что мы близко, да… близко к тому самому открытию… и ждали… годы ждали, что вот еще чуть-чуть и он найдет способ… отделить ягнят от козлищ, но он просто ненормальный. Сколько вокруг ненормальных.

Вот и Чарльз к такому же выводу пришел.

- Но я могу открыть тебе тайны! Великие тайны! Путь истинной тьмы…

- Спасибо, я уже как-то…

- Да, да… повезло… родился некромантом.

- У меня другие представления о везении, - сухо ответил Орвуд. Но безумец лишь отмахнулся. Он застыл в центре круга, прикрыв глаза. И чуть раскачивался, влево и вправо.

- Кто я… человек высший… избранный… тот, в ком нет страха… не скованный путами, что набрасывает на нас общество. Воистину свободный! Великий…

- Величей некуда, - Тори поежилась. – Нам… надо бы назад. А то как-то тут неуютненько.

- …способный видеть будущее! Создать новую расу! Высших людей…

- Надо бы, - согласился Эдди. – Живым тут не место.

- Погодите, - Чарльз тоже не отказался бы уйти, чем дальше, тем сильнее он чувствовал холод. Иной, потусторонний, проникающий внутрь. – А с ним что?

- Тут останется, - дракон снова стал змеем и осторожно улегся рядом. Хвост его протянулся вдоль нарисованной сиу границы. – У меня давно не было игрушек. А тут как-то тоскливо…

И улыбнулся во всю пасть.

Ну да… в конце концов, каждый получил, чего хотел. Алистер получил своего дракона. Дракон – Алистера…

- Нужны имена. Членов клуба, - Бертрам Орвуд сохранил способность мыслить здраво. И подробности заговора… да и в целом допросить его не мешало бы.

Правда сказал и замолчал.

Оно и понятно, допрашивать сумасшедших – еще то удовольствие.

- Пусть этот твой… из канцелярии и допрашивает, - проворчала Милисента. – Он все затеял, он и расхлебывает. Главное, чтобы не сбежал.

- Не сбежит, - дракон устроил голову на лапах. – Мальчик постарался. Редко у кого получается вплести кровь в ткань мироздания… теперь пока мир существует, будет и это место. А души так и вовсе вечно живут. Но вы и вправду идите. А мы тут побеседуем… о высших созданиях, совести и прочих жизненных пустячках.

Он повернулся и дунул.

И жар дракона окатил Чарльза с ног до головы.

Глава 50 Где вновь же появляется дракон

Эванора почему-то плакала.

Она не хотела.

Да и к чему слезы? Ведь все получилось… наверное, получилось… а она вот сидит и плачет. Причем только левым глазом. И от этого тоже обидно, потому как ладно, к тому, что глаза краснеют, она привыкла, но теперь красным и наплаканным будет только левый.

От этой мысли слез становилось только больше.

И еще руки дрожали.

- Сил много ушло, - эти руки обняли. И Эдди подул на них, согревая окоченевшие пальцы. – И вообще это была безумная идея.

Но ведь получилось?

- Получилось, получилось, - проворчал он. – Слушай, если он будет и дальше так на тебя пялится, я ему челюсть сверну.

Это он про кого?