Право на месть - Ирина Омельченко

отражается в окнах небоскребов, отчего кажется, словно ты падаешь вверх. Паришь, поднимаясь по глубокому колодцу. Теплый ветерок гладит кожу, колышет подол платья, щекочет шею. Непривычно, когда волосы короткие.

В ресторанчике на набережной детектив передал мне один из пакетов и затолкал в уборную. Сходила в туалет, умыла лицо холодной водой и глядя в мутноватое зеркало над раковиной, поняла, что настроение улучшается.

Кочевая жизнь с минимальным уровнем удобств все-таки даже чем-то привлекательна. Не зря же говорят, что «человеку нужно лишь необходимое, а остальное — напоказ». Снова вернулось ощущение свободы и жажда приключений. На лице заиграла улыбка.

В свертке с красным логотипом оказался набор одноразовых средств для гигиены. Пакет побольше с универсальным очищающим средством, стандартная замена мыла, шампуня, геля для бритья и для душа. Пакетик поменьше — с пробником зубной пасты, а еще многофункциональная пластмассовая палочка: с одного конца крохотная щетка, с другого — зубья расчески, удобно. Все красно-белое, в одном цвете, дешевое даже на вид. Была еще одноразовая бритва, ее я отложила в сторонку.

Как хорошая девочка почистила зубы, умыла лицо еще раз, теперь уже с мылом. Посушила руки и волосы. Память зацепилась за логотип на упаковке. Перевернутая белая буква «R» на красном фоне. Что-то знакомое. Что-то важное. Сеть дешевых мотелей? Доставка еды?

Память внезапно застопорилась. Словно в общей картине не хватало кусочка паззла, но именно его мой мозг не хотел вспоминать категорически. На упаковке только одна буква, а должно быть две. Почему? Не знаю. Что-то неправильное, устаревшее. Я наморщила лоб. Почему-то в голове заиграла восточная мелодия, и мой собственный голос шепнул тихо: «Диада», словно повторяя давно услышанную фразу. Реклама из визора?

«Диада». Пока ни о чем не говорит, но что-то напоминает. Спрошу у детектива при случае.

Аккуратно вытащив бритву из пластмассовой начинки, я отрезала квадрат с логотипом и сунула в карман сумочки. Все остальное скомкала в пакет, чтобы отдать мужчине.

По какой-то причине привычно пользоваться утилизатором не получалось — датчик упрямо не желал видеть чип на запястье. Ван передал слова доктора, мол, он подозревает, что чип специально вывели из строя. Кто-то очень не хотел, чтобы меня быстро нашли или же личность была опознана.

Плечи дрогнули. Неприятно осознавать, что кто-то умышленно хотел причинить тебе вред.

Ван Хэвен

Что за «зеркало» в клетке Б-один было в послании Дока — до меня дошло только когда я умылся, побрился, почистил зубы в уборной местной забегаловки и провел рукой по гладко выбритой щеке, вглядываясь в оно самое. Долго шло, в общем. Как бумажное письмо через V-корпорацию. Не приспособлен я быстро соображать в такую рань.

Когда вспомнил, спешно повел девчушку в местный пятачок бойкой торговли. Еще не рынки Окраины, но и престижным это место не назовешь — слишком близко мы к границе V-территории. Под вывесками лже-брендовых фирм, чуть-чуть измененных логотипов и названий, прятался дешевый ширпотреб. Я за глаза называю такие товары «за-разовые». Разовые — потому что живут пару применений или день-два от силы. Ну и приставку заслужили, да, за качество и отказ от работы в самый нужный момент.

Взял, почти не глядя, пару шмоток нужного размера с вешалки, зашел в примерочную кабинку, скинул тряпки на пуф в углу. Зажег бра и аккуратно извлек крупный конверт, приклеенный на полоску двухстороннего скотча за зеркалом.

Док, как всегда, шифруется. Надеюсь, сведения и правда важные, и оно того стоило. Ну же! В конверте должно быть что-то, что не может ждать. Что-то, что подскажет в каком направлении двигаться дальше. Время истекало.

Вытащил сложенные бумаги, пробежался взглядом. Присвистнул. Поворот, однако. Приехали. Конечная. Вийка дальше не поедет.

Сунул бумаги в нагрудную сумку. Наспех накатал записку, вложил вместе с чеком в конверт и прикрепил его обратно. Не самый надежный способ, конечно, но за неимением лучшего…

Когда вышел, обнаружил девушку в сувенирной лавке по соседству. Тряпки, значит, ее не заинтересовали, а в плюшевую игрушку вцепилась как в бесценный трофей.

Хм. Действительно бесценный. Судя по бирке, купить живую панду в зоопарке было бы дешевле, чем этот ее меховой аналог. Если бы еще остались в Сити зоопарки, да.

Перечеркнутое лого ИИ, нарисованная ладонь: «Дизайн разработан без использования нейросетей», «Ручная работа». Еще и восточная тематика, что б ее! Ну, так и есть, на ярлычке перевернутая «R», чувствуются длинные руки знакомой Леди. Чем малышке наш родной, бурый мишка не угодил?

Посмотрел в блестящие до слез глаза. Вздохнул. Какой же Рут еще в сущности ребенок! Оплатил. Вернулся в кабинку «перемерить футболку» и добавил в конверт еще один чек.

Рут Стоун

Прижала к груди игрушку и стояла в сторонке — наблюдала, как детектив кладет сумму наличных через терминал. Подождал, что-то вспомнил, ругнулся и засунул еще пару купюр. В памяти всплывали обрывки мыслей, но ничего связного.

С визора мужчина заказал и оплатил, по его словам, особое такси, с «обзорной площадкой». Объяснил, что у этой модели задник капсулы застеклен и заклеен специальной пленкой, создающей эффект зеркала Гезелла.

Видимо у меня на лице явственно проступило непонимание. Потому что посмотрел и начал объяснять, что ходить пешком по Окраине опасно. Что в капсуле будет ощущение «живого присутствия». Что снаружи нас не видно, а нам, наоборот, видно все. Что днем на такси не нападают, а вечером и ночью в том районе делать нечего.

— Поняла. — Согласно киваю. Не настолько же я дура. Прижимаю игрушку сильнее. Зарываюсь в мягкий мех подбородком.

Такси подъехало. Замерла, осматривая странную конструкцию, похожую на мексиканского медового муравья, с раздутой капсулой вытянутой формы. Послушно забралась вовнутрь.

Сидеть спиной к водителю было непривычно. Зато действительно появилось ощущение, что находишься на улице, а не в транспорте. Дорогое удовольствие, видимо. Наверное, вийка вышла бы дешевле? Ах, да, в том районе, куда мы собирались, полосы вийки не прокладывали. Забыла.

За эти два дня я словно все глубже и глубже куда-то проваливаюсь. Все темнее и темнее, шаг за шагом. Как в кроличью нору. Сначала очень красивые дома и магазины, затем просто красивые, потом заведения попроще. Теперь вот… что-то совсем заброшенное. Разбитые окна. Заколоченные двери. Даже днем темные провалы каких-то дворов и подозрительных закоулков. Но ведь и здесь живут люди? А люди ли?

Деньги. В этом мире оказывается очень многое решают деньги. От их наличия или отсутствия зависит твой уровень жизни и даже кто ты сам.

Я немного нервничала. Когда сказала доктору, что папа все возместит, была в этом уверена. Но время шло, меня никто не искал