Право на месть - Ирина Омельченко

или других личных вещах. Значит, еще не всплыли. Думаю, Док даст знать, если информация все же поступит.

— Прогуляемся? — Накидываю рубашку поверх майки. Ну вот, другое дело, уже на человека похож. Отвешиваю церемониальный поклон. — Прекрасная леди, приглашаю вас на завтрак!

Смеется. Согласно кивает. Что ж, контакт налажен.

Эрих Сумире

Медицинские инструменты он поместил в дезраствор сразу после применения. Сейчас же требовалось разобрать и дезинфицировать часть конфигурации машины, которая так или иначе соприкасалась с биологическим материалом. Эрих внимательно следил, чтобы каналы и полости полностью заполнились раствором, исключая образование пузырьков воздуха. По окончании дезинфекционной выдержки требовалось тщательно промыть изделия проточной питьевой водой.

Руки привычно действовали. Мысли же в этот момент летали далеко: «Как она? Где она? Что делает?».

Что чувствует сейчас, когда верит, что воспоминания возвращаются и ее мирная, спокойная жизнь вот-вот вернется в привычную колею. Не осознавая, что не было ее никогда и не будет. Что воспоминания — чужие, навязанные. Что еще немного, день-два и они пропадут. Навсегда.

Следовало заняться зачисткой. Чужой мозг после операции — лишняя деталь и весьма опасный расходный материал, потому что не подлежит стандартной утилизации. Кончик нити, за который только потяни и раскрутится тщательно свернутый клубок. Его, Эриха, первоочередная забота — сделать так, чтобы эта нить пропала без следа.

Когда все было готово, он привычным условным стуком постучался в дверь соседа. Такую же тяжелую, основательную, как и его собственная. С дополнительными элементами, защищающими от съема с петель, блокираторами и профилями по периметру коробки.

Открыли не сразу. Мужчина замер, затем покрутился в стороны, давая возможность рассмотреть себя в камере глазка. Он прекрасно знал, повышенная безопасность соседа — не блажь и не дань моды, а необходимость. Человек, рискнувший завести с Сити животное — однозначно богат и возможно опасен. Но если он проживает на Окраине, а его домашний любимец — двухсоткилограммовый хряк, значит, он отмороженный на всю голову псих. Без вариантов.

Щелкнули замки. Чуть приоткрылась дверь.

— Ну? — Важна была не фраза, которая составляла весь словарный запас мужчины. Важна была интонация, с которой он ее говорил.

— Добрый день. — Эрих привычно растянул губы в дежурной бесцветной улыбке. В руках он держал тщательно упакованный кулек. — Для питомца.

Два метра роста, сплошь покрытый татуировками и с окладистой черной бородой, на фоне бледного доктора сосед выглядел еще более внушительно. Волосатая рука приняла сверток, слегка подкинула его на весу. Из-за закрывающейся двери буркнули:

— Ну.

Возможно с благодарностью.

Когда-то Эрих, со свойственной ему дотошностью, поведал громиле, что для поддержания здоровья хряков в рационе необходимы столь ценные пять процентов корма животного происхождения: обрат, мясная или мясокостная мука. И предложил нечто иное, их заменяющее. Такого подарка судьбы, как огромная свинья по соседству он упустить просто не мог.

Цокая языком мелодию, отдаленно напоминающую танец феи Драже[2], он вернулся в квартиру. Предстояло вымыть пустую комнату и подготовить ее к возвращению любимой игрушки. Эту часть привычных действий он любил больше всего.

Рут Стоун

Я помню, что в некоторых квартирах не бывает кухни — не заложено по проекту, да и нет в ней необходимости. Не знаю, жила ли я в таких домах раньше, но память услужливо подкидывала картинки: невысокое строение, похожее на загородную виллу, полосатый тент у входа и цветы в подвесных горшках. На первом этаже кафе-ресторан-бар и несколько уютных квартир наверху. Утром запах свежего хлеба и кофе, вечером вино, живая музыка и неспешные разговоры по душам.

Но вот что в некоторых квартирах отсутствует туалет и ванная — к такому жизнь меня не готовила. На мой вопрос: «А где?», — Ван лишь неопределенно махнул рукой. Жест, который можно было понять как угодно. Отвел глаза и начал спешно собираться.

Я занервничала. В его офисе не было даже зеркала, чтобы оценить последствия ночевки в шкафу. Ладно волосы, они короткие и с ними нереально что-то сделать. Но лицо умыть? Зубы почистить? Как идти куда-то в таком виде?

Я нервно мяла складки платья пальцами и боялась спросить что-то еще. В голове снова и снова, как заезженная пластинка, звучал дребезжащий недовольный голос: «Я же говорил! Рут, эти условия не для тебя! Сейчас же возвращайся домой!».

«Да сколько можно, папа!», — топнула ногой и проворно обулась. «Туда не ходи, сюда не смотри», — жизнь в золотой клетке — не жизнь в полном смысле слова. Не для меня.

Упрямо вскидываю голову. Какие-то бытовые мелочи не заставят меня сдаться. Только не сейчас.

Ван Хэвен

Перед самым выходом позвонил Док. Как обычно, непонятно откуда и всего два слова: «Б-один» и «зеркало». Любит он V-территорию и в чем-то прав, как всегда. В Центре в зоне Синдиката не перн… не вздохнешь без камер, торчат из всех щелей. А на Окраине, которую давным-давно захватила корпорация «Рэйдзё», творится полный беспредел. Милая Леди[3] и ее приспешники разденет и обдерет тебя до нитки, возрадуйся, если живым уйдешь.

«Зеркало». Я не сразу вспомнил, что именно он имеет в виду. Полез разбирать завалы на столе в поисках карты. Заметил беспокойство подопечной, то, как она нервно приплясывает на месте. Не удержалась и робко спросила: «А как же ходить… в туалет?». Матюгнулся про себя. Ну да, ей вариант с бутылками не подойдет. А значит, Ван, шевели ластами.

Схватить нагрудную сумку, вытряхнуть лишнее, сунуть два пакета из одного ящика стола и завернутый в полиэтилен контейнер из другого. На всякий случай визор с фото настоящей Рут Стоун тоже с собой. Папку с документами в стол, потом утилизирую, не до того сейчас.

Как и думал, на визор упало «письмо счастья» со штрафом за вчерашнее поведение в общественном месте. На V-территории с этим быстро. Мелочь, а неприятно. Теперь на каждом сканере чертова пищалка будет материться сообщением: «Недостаточно средств для оплаты».

С одной стороны — хорошо, конечно. Сразу знаешь где сканер зацепил и уведешь девушку подальше. С другой, не может не раздражать. Тем более, стоит закинуть денег на счет, как списание произойдет автоматически.

В задумчивости потер щеку и обнаружил, что давно не брился. Вместо колючей щетины — мягкость молодой бороды. Чертыхнулся. Нагрудную сумку на себя, девушку за руку и на выход. Через минуту вернулся, выключил настольную лампу и снова тщательно запер замки.

[1] Слова песни «Toxicity» (исп. System of Down)

[2] Щелкунчик (Чайковский)

[3] «Рэйдзё» — яп. дословно «Дева» или «Леди» (почтительное обращение к девушке)

005 Глава четвертая

Рут Стоун

Погода стоит замечательная, солнышко. Небо над головой — ярко-голубого оттенка, чистое, ни облачка —