Станция Вечность - Мер Лафферти

как раз собиралась идти к распорядителю станции. Адриан бесится, что я хочу их остановить. Ему не нравится, что я лезу в его работу, дескать, мои проблемы не должны мешать человеческому прогрессу. Мне кажется, он просто злится, что я узнала раньше его. – Она вдруг поднялась, не усидев на месте, и нервно заходила по кораблю, но несколько шагов в ту и другую сторону не успокаивали. – У нас еще есть время сбежать. Сам знаешь, военные тебя ищут, а мне нельзя находиться среди людей. Если они прилетят, тебе тоже будет грозить опасность. – Она смущенно замолчала. – У нас много знакомых, они помогут нам выбраться. Может, даже станция сжалится.

– Один раз уже сжалилась, – напомнил он. – И куда мы пойдем? Меня и сюда-то с трудом пустили! Я не хочу, чтобы меня опять считали жалким инопланетянином.

– Не знаю, мне кажется, мы и есть жалкие инопланетяне! – сказала она, повысив голос. – Серьезно, Ксан, если на борт пустят людей, нам придется бежать.

– Мэллори, моя ситуация отличается от твоей, – сказал он, хмурясь. – Ты можешь просто запереться в комнате и избегать людей, и все будет нормально. А меня экстрадируют. Даже если не осудят за убийство, то как минимум накажут за уход в самоволку…

Он резко замолчал. Его взгляд затуманился, а потом снова сосредоточился на ней.

– Прости. Это я хватанул. Мы в похожей ситуации. Но тебе проще, ты же можешь просто ни с кем не общаться, да?

Это советовали все, кто ей верил, и хотя они желали только добра, Мэллори тошнило от таких предложений.

– В США не знают, что ты здесь. Они не знают, куда ты отправился, когда покинул Землю. Не факт, что шаттл оттуда. Но в моем случае это не имеет значения. Думаешь, я просто отсижусь в комнате, и все будет хорошо? Думаешь, я не пыталась? Это отстойно и грустно и не всегда помогает. – Она взяла себя в руки и глубоко вздохнула. – Не знала, что мы меряемся проблемами. Кто бы ни победил, плохо будет обоим.

– Ты права, – сказал он, склоняясь и упираясь локтями в колени. – Я не на тебя злюсь. Надо поговорить с… кем-нибудь.

Мэллори не стала уточнять, чье имя он чуть не назвал.

– Пойду посмотрю, закончила Стефания орать на свой шаттл или нет. Она с ним нехило ругалась. У них что, разумные корабли?

Ксан пожал плечами.

– Вполне возможно.

– Ладно, тогда поговорю с ней, а потом попробую достучаться до Рена.

Ксан покачал головой, явно думая о чем-то своем.

– Гнейсов не интересуют человеческие проблемы. Лучше идти сразу к станции. Вечность сама пустила нас на борт. Она не бросит нас на растерзание волкам.

– Может, она просто не видит в этом ничего такого. В конце концов, она не человек.

За два года, прошедших с Первого контакта, ни один из главенствующих видов не проникся любовью к человеческой расе, но они согласились пустить посла Адриана Кэссерли-Берри на борт станции «Вечность» – ближайшего хаба в галактике, – чтобы он вел переговоры от их имени. Когда Адриана утвердили на должность, Мэллори с Ксаном попросили станцию выделить им убежище, пусть и по разным причинам. Их истории заинтересовали Вечность, и она позволила им ненадолго остаться, пообещав продлить срок, если они смогут вписаться в галактическое сообщество.

Мэллори предложила отработать плату за жилье и в итоге попала к исследователям. Она предпочитала не думать, как будет зарабатывать деньги, когда инопланетяне потеряют к ней интерес.

Ксан остался на других условиях, хотя и не говорил, на каких именно. Мэллори мало про него знала – только то, что он живет на борту «Бесконечности». Она старалась держаться от него подальше, и знакомство их было весьма ограниченным.

За последние месяцы трое людей обжились на станции «Вечность», и все трое предпочитали друг друга сторониться.

Главное, что никого до сих пор не убили.

– Вечность не обещала, что мы так и останемся единственными людьми, – заметил Ксан, опустив взгляд на руки. – Я просто не думал, что они договорятся так быстро. Когда их ждать, кстати?

– Не знаю, но шаттл уже покинул Землю.

Ксан тихо выругался и покачал головой.

– Разве Вечность не обещала тебе убежище? – спросила Мэллори. – Она не сможет тебя защитить?

– Постольку поскольку. Может, в экстрадиции она и откажет, но вряд ли спасет от подосланного убийцы. – Он сжал руки в кулаки и решительно поднялся.

«Вот, отлично, зачатки плана есть! – подумала она. – Он придумает, как убедить Вечность отправить их обратно домой!»

– Что-то я проголодался. Не хочешь прогуляться до кафе? – спросил он.

Мэллори часто заморгала.

– Кафе? Это твой план?

– Что-то не слышу твоих идей, – заметил он, вскинув бровь.

– Я же говорила! – возразила она. – Давай сбежим! Если не на этом корабле, так одолжим у кого-нибудь другого.

– На голодный желудок плохо соображается, – сказал он. – А у Фердинанда неплохое местечко, так что там и обсудим дальнейшие планы.

Мэллори раздосадованно огляделась, словно решение могло свалиться на нее с потолка, но потом пожала плечами.

– Ладно, пойдем в кафе. Но потом-то можно будет пойти с кем-нибудь поговорить?

Он нахмурился.

– Мэллори, я тебя не останавливаю. Иди к распорядителю станции, к друзьям, к кому ты там еще собиралась. Делай что хочешь. А я хочу есть.

– Что? Я? Но я не умею планировать. Обычно это из-за меня планы идут насмарку, – растерянно сказала она.

– Вспомни, кто тебе это сказал, и хорошенько врежь ему по лицу, – сказал Ксан. Входная панель отворилась, и Мэллори дернулась от неожиданности. – Ну, или скажи мне, я сам врежу, – добавил он и направился к выходу.

Мэллори пошла следом.

– Если люди откроют свой ресторан, я буду даже не против, – сказал Ксан.

Трап поднялся за ним и исчез в шаттле, хотя он ничего не говорил и не нажимал ни на какие кнопки. Корабль действовал сам по себе.

На выходе из отсека для шаттлов они прошли мимо Стефании, которая до сих пор молча шлифовала корабль. Мэллори остановилась и посмотрела сначала на недвижимую каменную глыбу, а потом на «Бесконечность». Она начинала подозревать, почему Ксан не рассказывал ей о корабле.

«Может, поэтому он так изменился. Интересно, что с ним произошло».

3. Первое издание «Бойни номер пять»

Ксан с Мэллори познакомились в 2033 году в городе Чапел-Хилл. Они оба учились в Университете Северной Каролины и посещали один и тот же курс, посвященный американской литературе двадцатого века. Их связало две вещи: взаимная любовь к Октавии Батлер и взаимная неприязнь к местному фанатику Воннегута.

Мэллори не имела ничего против самого Воннегута, но его фанатик бросал тень на всех почитателей автора. Худой как щепка, он постоянно ходил в берете и очках без диоптрий – по крайней мере, Мэллори была в этом уверена. Когда они добрались до Воннегута, он притащил на пару первое издание «Бойни номер пять» и гордо уселся с ним у всех на виду.

Профессор спокойно сказал, что они сначала разберут «Колыбель для кошки» и только потом перейдут к «Бойне номер пять», и то не факт, ведь помимо Воннегута есть множество книг и авторов.

Мэллори с Ксаном заговорили одновременно.

– Как насчет «Притчи о сеятеле»? – спросила Мэллори.

– А