Сергей Жилин - Иоанниты

Стукнули об пол каблучки коротышки, тот отправился выхаживать по комнате.

- На самом деле, угрозы в этом нет никакой. Поверьте, я, в самом деле, не думал запугивать вас... ставить на место... - подбирает слова Пито. - Просто такой шанс пошутить. Меня в последнее время тянет шутить.

- Чёрный у Вас юмор, - голос месье Балестре дрожит.

- Нужен белый - сходите в цирк. Не были ещё на представлении Колпака? Великолепный клоун, он родом из Славии. Что же я смеялся, поверите ли? Особенно его номер с очками - это гениально! Обязательно сходите, а то вы нервные стали.

- Но сейчас столько работы...

- Поработать ещё успеете, Этьен, - выдал коротышка имя собеседника. - Когда дела налажены, ежесекундно следить за ними необязательно.

- Не сказал бы, что они налажены: Август Хромер сбежал из-под носа. Раз он сам выследил вас, значит, так просто забыть о нём не получится.

Шаги Джакомо затихли, какое-то время он собирался с мыслями.

- Не помню, чтобы называл Вам имя...

- Иоаннит вставляет Монарху палки в колёса, и я не догадаюсь, кто это? Сам лично писал о нём статью года три назад, как о последнем члене Ордена. Тогда я ещё верил, что так оно и есть.

- А есть другие? - с наигранным недоумением вопросил коротышка.

- Будете меня убеждать, что Монарх - обычный человек?

- Намёков о его сути я не делал...

- Так и есть. Но Ваш профессор Ремап чересчур болтлив - он много рассказал про свои открытия. Я не силён в физике, но уверен, что человеческих знаний недостаточно, чтобы до такого дойти.

- И Вы наивно решили, что Монарх ему подсказал?

- Боже, месье Пито, он сам об этом рассказал! - не удержал себя в руках Этьен Балестре.

- И Вы поверили?

- Месье Пито, прекратите мутить воду в стакане! Тут всё ясно, как белый день! - а затем басистый выкрик оборвал его мысль. - Что там ещё такое?

Через секунду повторилось уже отчётливее: до чего же неприятно слышать это поганое слово "тревога", однако именно его вытягивает обладатель громогласного баса.

Хоть я был уверен в неминуемости беды, всё равно обидно, что беда случилась.

- Андре Ремап сбежал! - завопил где-то совсем близко один из охранников.

Время больше тратить нельзя.

- Ходу отсюда! - шёпотом скомандовала Виктория.

Штиль первым подскочил к окну и взглянул на улицу. Не заметив там никого, он нетвёрдыми руками справился с щеколдой и распахнул створки. За стеной переполошенный дом доходит до кипения, что стены начинают звенеть.

Здоровяк прыгает вниз, рискуя переломать ноги. Следом Роде высматривает, удачно ли приземлился товарищ, и бросает ему профессора. Широкоплечий бандит проворно ныряет через подоконник, а за ним и Виктория. Как только я оказываюсь в проёме окна, двор пронзает пронзительный возглас:

- Там, в окне!

Чтоб этого поганца - крикнул под руку, что я практически свалился, а не спрыгнул! Поэтому и приземление вышло паршивым: раненная нога словно бы хрустнула! Не сломана, но что-то я там точно повредил.

- У южно...

Револьвер Штиля оборвал крик голосистого. У меня рёбра свело, когда грохнуло оружие - за ним заговорят и другие.

Молча мы бросились к забору. Я моментально отстал из-за вернувшейся хромоты. Кромешная тьма задёргалась полутонами перед лицом - я почти ничего не вижу от страха и боли.

- Вон там! Вижу их!

Подоспело подкрепление и открыло огонь! В темноте я даже не понимаю, куда летят пули, стреляют ли по нам или в неразберихе палят абы куда.

Банда Бестии уже добралась до забора, взявшись за ответный огонь. Виктория стрелой взмахнула на ограду и принялась подавать мне непонятные сигналы:

- Давай сюда Ремапа, - пояснила-таки она.

Возле Роде я обнаружил связанное тело и не без труда подбросил его - дочь еле дотянулась. Ухватив профессора покрепче, она просто свалилась по ту сторону забора. Следом полез и я.

Редкие выстрелы громыхают, как валящиеся друг на друга наковальни! Я совершенно не различаю в темноте стреляющих, не пойму, куда они попадают, так что перестрелка кажется мне завыванием сонма призраков.

По примеру дочери я мешком переваливаюсь за пределы владений Балестре, приземляюсь на бок, уберегая больную ногу. Не так уж и плохо, пусть воздух вышибло из лёгких. Поднимаюсь как можно скорее и достаю пистолет. Вспыхиваю искорки в темноте - в их сторону я и направляю пули. За минутную перестрелку, должно быть, никто ни разу не попал.

Роде со Штилем полезли через ограду, как до моих ушей донёсся шуршащий звук. Что-то стремительно движется по траве, и вскоре оно объявилось перед самым носом в виде здоровенной псины. С разбегу она прыгнула ярда на два вверх, пытаясь схватить зубами ногу Роде. Я рефлекторно стреляю в тварь трижды - одна пуля даже убивает собаку в полёте.

Следом прилетает вторая и просовывает морду меж прутьев в попытке откусить мне нос. Я вовремя отшатываюсь. Пули решаю на псину не тратить.

Затем приходиться уворачиваться от клятых разбойников, которые решили спрыгнуть прямо мне на голову. С воплями и матершиной мы разбираемся, кому тащить профессора, и тут же бросаемся наутёк. Свинец охранников провожает нас, но уж совсем вяло.

На сей раз меня решили ждать, так что до леса мы добираемся медленно. А на полпути кошмарный рёв парализует нас... Мы оборачиваемся на потусторонний звук: он похож на визг умирающей дворняги, свист пара и рык тигра одновременно. А следом раздаётся грохот стекла, и мы замечаем, как из окна второго этажа прыгает громадная зверюга!

Это уже поддаёт нам прыти! Остаток пути до леса мы преодолеваем в момент. Я успеваю оглянуться и заметить, как длинноногое нечто легко перемахивает забор, работая многочисленными конечностями. Сама луна выглядывает посмотреть на это чудище, освещая для меня его мерзкое тело.

Высотой три ярда с коротким сплюснутым туловищем и непропорционально длинными лапами, заканчивающимися когтистыми пальцами. Худые лапы торчат безо всякого порядка: одна из плеча, другая из бока, третья из поясницы, четвёртая из таза, а пятая и вовсе из брюха. Да, у гадины пят лап. Треугольная морда без ушей, широкая пасть напоминает акулью. Короткая редкая шерсть в пятнах, а от затылка до задницы тянется длинная чёрная грива.

Всего секунду я видел пятилапого, но омерзительные черты намертво отпечатались в памяти. Петляя меж деревьев, я слышу, как мразь несётся своим расхлёбанным галопом. Не успели мы углубиться в чащу, как демон ворвался следом, сметая ветки.

- Прячься! - выкрикиваю я товарищам, которых уже успел потерять в темноте.

Сам же я мигом ныряю за дерево и достаю из кармана Угольную Бабочку. Швыряю, сюрикен раскладывается в воздухе и разгорается маленькой красной точкой. Бабочка полетает достаточно далеко, пока не вонзается в дерево.