Станция Вечность - Мер Лафферти

Еще немного отвратительного вина. Ксан проглотил его, морщась.

– Слушай, у меня вопрос, – сказал он. – Представь, что я найду тебя после смерти. Есть какие-нибудь пожелания?

– Если забить на протокол, по которому ты должен вернуть мой трупешник домой?

– Ага.

Она задумалась, глядя в никуда отсутствующим взглядом.

– Скажи всем, что я пала в бою, а потом устрой похороны, как у викингов. Знаешь, с горящей лодкой, вот это все. Что-нибудь такое, эпичное. Прям по хардкору.

– Я об этом думал, – слегка улыбнулся он. – Но не уверен, что это законно.

– Не мои проблемы, я-то помру, – напомнила она. – А у тебя есть пожелания?

– Не знаю, – ответил он. – Не хочу, чтобы меня сжигали, так что никакой кремации. На семейное кладбище тоже не хочу. И к церкви я не приписан.

– Значит, захороним в море, – весело сказала она.

– Как вариант, – задумчиво согласился Ксан. – Спасибо, Кэл. – Он потер глаза, удивляясь, насколько тронул его этот мрачный и личный разговор с единственной подругой. – Пойду спать. – Он резко встал и пошатнулся. – Только сначала поссу.

– Мог бы обойтись без подробностей, – сказала Кэл, откидываясь на стену с бутылкой в руках. – Я еще посижу.

Народ часто шутил, что Ксан с ней встречается, потому что они постоянно держались вместе. Из них вышла странная парочка – никаких общих интересов, но работать с Кэл было попросту идеально. Они дополняли друг друга, но искры между ними не было. Ксану нравились более уравновешенные женщины. В универе импульсивность его притягивала, но за последние годы он понял, что лучше сначала подумать головой, а потом уже действовать. Обычно он тормозил ее безрассудство. Получалось не всегда.

К тому времени, как его пьяный мозг медленно осознал, что за спиной кто-то шевелится, Ксану уже прилетело по затылку.

В ступоре от удара и падения, он попытался перекатиться, но Бак навалился на него и прижал к земле.

– Никто не смеет у меня красть, урод, – прорычал он. – Нельзя брать чужое. С меня хватит. Мало того что ты тащишь у мертвецов, теперь решил и меня обокрасть?

«Что за херню он несет?»

Ксан попытался возразить, но Бак ударил его головой о землю. Трава едва ли смягчила удар, и нос хрустнул. Застонав, он попытался подняться, но Бак оказался слишком тяжелым.

– Небось ты трупы еще и потрахиваешь, когда надоедает китайская шлюха, – сказал он, хватая Ксана за волосы.

Он успел слегка повернуть голову, чтобы следующий удар не пришелся на сломанный нос, но кожа над глазом разошлась, и голова закружилась. «Господи, да он же меня убьет».

А потом в ночи раздался свист и звук стекла, столкнувшегося с костью. Бак рухнул, придавив его своим телом. Рядом послышался звон разбитого стекла.

«Чтоб меня еще хоть раз застали врасплох», – успел подумать Ксан – и отключился.

– Надо было сразу догадаться, – рассмеялся он. – Серьезно, как попасть в цель нормальным сбалансированным оружием – так это ты не можешь, зато бутылка вина идеально легла тебе в руку. Ты попала ему по затылку. Бутылкой. В темноте.

– Так что, меня выдал меткий бросок бутылкой?

– Мне было настолько хреново, что я вообще ничего не соображал. А ты потом только и делала, что рассказывала всем про Злобного Негодяя, которого видела.

Каллиопа восторженно расхохоталась:

– Я его обожала. Даже фанфик про него написала. – Она помотала головой. – Кучу кудосов получила на AO3.

– Ты написала фанфик про выдуманное нападение и выложила его на Архив? – Он помотал головой и добавил: – Что ты сказала начальству?

– Что вы с Баком разговаривали, и на вас напал Злобный Негодяй. Врезал Баку по башке, а потом выбил из тебя всю дурь.

– И просто сбежал, ничего не взяв?

– Ну, Бак воспользовался ситуацией и сказал, что его обокрали. Очень кстати. Но мотивы Злобного Негодяя так и остались неизвестны. Это его главная загадка, – серьезно ответила Каллиопа. – Я позвала медиков, чтобы они вас подлатали. Сказала, якобы вас нашла. Но сначала убрала стекло. Решила, что Злобный Негодяй забрал бы оружие с собой.

– В общем, понятно. А на следующий день все пошло через задницу. Я бы сказал, что это был последний мирный день, но закончился он не особо.

– Знаешь, я ведь потом пыталась выяснить, как у тебя дела. Мог бы хоть написать, – помолчав, сказала она.

– Из Боузера? Не мог. За мной внимательно наблюдали. – Он посмотрел ей в глаза. – Теперь можем поговорить?

– Да. Спрашивай, что тебя так волнует.

– Во-первых, расскажи про шаттл. Он рассчитан на пятьдесят человек. Почему вас так мало?

– Вчера нужно было явиться на установку переводчика, и народ струсил. Я их видела – вопили, рыдали, боялись, что инопланетяне их чипируют. Идиоты, вечно пялятся в телефоны, а боятся микрочипов и слежки. Не понимаю, чего они разнылись. Совсем же не больно.

– Повезло тебе, – пробормотал Ксан. – Мне его ставили пьяные камни-подростки. Хорошо, я тогда в отключке валялся. Так, ладно, я видел пассажирский отсек. Ты не помнишь, кто где сидел?

– Без схемы сложно сказать, – ответила она, прикрыв глаза. – Но там было шесть рядов по шесть кресел с проходом посередине. Почти как в самолете, только места побольше. Насколько помню, слева на первом ряду в эконом-классе сидели черная старушка с внучкой. Рядом с ними было пустое место, а через проход справа, помню, видела доктора. Блондинистый пацан сидел один на последнем ряду слева, лип к иллюминатору с книжкой. Вроде читал, но то и дело оглядывался. Подозрительный тип. А, еще сзади справа торчала блондинка, которая до хрена чопорная. Губы так поджимала, будто в зад кого-то поцеловала и боялась облизнуться. Я сидела на два ряда ближе к началу, рядом с парой латиносов. Не совсем у прохода, но рядом, а с другой стороны сидел крупный мужик – твой брат, видимо. Все остальные сидели посередине, и где-то еще человек десять летели бизнес-классом, но ходили через нас в туалет. Правда, быстро перестали, когда его увидели. Что, гурудевы не писают?

Ксан покачал головой:

– Нет. К счастью, когда на станцию прилетели люди, Вечность сделала нам сантехнику. Расскажи подробнее про блондина с книгой.

Каллиопа сощурилась.

– А что с ним?

– Он единственный, кто летел экономом и умер. Только… – тут он замялся, – его раны особо не отличаются от остальных, а вы выжили.

Каллиопа обернулась и пересчитала пассажиров.

– Он помер? Черт, реально. Я даже не заметила.

– Значит, ты его помнишь?

– Помню, что он читал книгу. Настоящую бумажную книгу. – Она посмотрела на Ксана, словно ждала от него удивления, но он промолчал, и она продолжила: – В общем, типичный скучный перелет, только еды меньше и вид из окна получше.

– Кто-нибудь вел себя странно? Помимо читающего парня.

Она ненадолго задумалась.

– Бабулька трындела с внучкой – то ли про скрипку ей рассказывала, то ли про убийства, что-то такое. Крупный мужик дико нервничал, но потом выпил снотворное и завалился спать. Блондинка просто сидела и смотрела в окно, перебирала висюльки на браслете. Огромные такие, безвкусные, прямо как белые дамочки любят. Странная она, в общем. А еще этот парень, Сэм, в какой-то момент встал. Я думала, что в туалет, но он просто начал расхаживать по проходу. Может, ему очень приспичило, а туалеты не были рассчитаны на