Дело влюблённого инкуба - Валентина Ильинична Елисеева

всех умерших: как для тех, кто навсегда покинул бренный мир, так и для тех, кто ещё имеет возможность как-то заявить о себе. Я могу организовать вам разговор с внучкой, чтобы вы честно объяснили ей всё и она бы не думала, что вы поступили так специально и сознательно. При условии, конечно, что у вашей внучки крепкая нервная система...

– А если Лили докажет, что договор подписан с помощью хитрой лжи?

– Тогда его признают недействительным, но я не вижу способа надёжно доказать факт обмана. Ваших показаний будет недостаточно: призрак – это уже не человек, а разновидность Иного, следовательно – призрак может обманывать и лжесвидетельствовать, добиваясь желаемого. Нотариус, составлявший договор, всё вам чётко объяснил; завещание составлено в пользу хорошо знакомого вам человека, почти родственника; никаких тяжёлых или психических заболеваний у вас, я так понимаю, не было?

– Нет, я только недавно обследовалась и меня признали совершенно здоровой. По возрасту, конечно, но здоровой.

– Тем более не вижу оснований для опротестования договора. Все соседки подтвердят, что Джордж часто гостил в вашем доме и у вас с ним были достаточно близкие отношения для соглашений такого рода. Если Джордж заявит, что вы обиделись на внучку за длительный отъезд и решили довериться более надёжному человеку, его никто не сможет опровергнуть.

– Он ей так и сказал!!! – воскликнул призрак. – Господи, неужели ничего нельзя сделать?! Я не покину этот мир, пока не верну внучке украденное у неё наследство!

– Вы не сможете его покинуть, пока не разберётесь с нерешённой проблемой, – поправила Вэл. – По крайней мере, не сможете уйти за грань самостоятельно, но у меня есть подруга-некромант, которая охотно вам поможет.

– Поможет сгинуть окончательно?! Ну уж нет! – прошипел призрак. – Я добьюсь справедливости, я на вас всех управу найду! Я вам всю контору разгромлю, адвокат ряженый! Я...

Вэл с тяжким вздохом покрутила колёсико на некромантском амулете – и разгневанного призрака принудительно вымело вон за стены кабинета. Стены сверкнули восстановившейся магической защитой, отрезая призрачной старушке обратный проход, и в дверь заглянул Тони:

– Всё безнадёжно, шеф?

– Хуже. В несчастной скопилось столько злости на себя за совершённую ошибку, что эта злость уже перерастает в ненависть к другим. Милая старушка встала на путь превращения в озверелого полтергейста.

– Чертовски жаль, – проворчал Тони. – Засадить бы за решётку этого Джорджа, а не позволять ему купаться в украденных деньгах.

– Ты не философствуй, а делом займись. Съезди к бывшему дому старушки, поговори с соседками и разузнай, где она захоронена. Призрак на ночь вынужден возвращаться к месту своего упокоения, так что надо предупредить патруль о наличии на кладбище неблагополучной могилы. Пусть проследят за старушкой и вовремя упокоят, пока новорожденная нежить не оторвалась навсегда от праха и не доставила всем уйму хлопот. – Постучав по столу карандашом, Вэл неохотно добавила: – И про Джорджа поспрашивай, что там соседки о нём думают, давно ли он начал к нашей старушке захаживать и как часто появлялся после отъезда её внучки. Возможно, получится признать его сделку с нашей старушкой ничтожной, поскольку по факту он ещё не приступил к исполнению обязательств, накладываемых на него договором. Однако если в выходные он покупал ей лекарства, продукты и договорился о лечении в центре – дело пропащее, как ни крути.

– Есть, шеф! Всех опрошу и всё выясню! Всё будет сделано в лучшем виде, шеф! Только... как ты в конторе без меня останешься? Посетителей ещё много...

– Нормально останусь. Как минимум, у меня не появятся новые клиенты, которым заведомо невозможно помочь.

Глава 16, о пикнике на кладбище и мороке с непосвящёнными людьми

Коли утро началось со свидетельств о смерти и встреч с призраками, логично ожидать, что день завершится где-нибудь в морге или в другом столь же малопривлекательном месте, например – на кладбище. Не то чтобы Вэл редко посещала кладбища, но всё-таки не имела привычки заглядывать сюда после ужина. В ночной мгле, когда ветви деревьев простираются над тобой в тёмном небе, как лапы неведомых чудовищ, каждый шорох кажется звуком приближающихся монстров и здравая мысль о том, что самым страшным монстром в окружающем пространстве являешься ты сама, отчего-то совсем не успокаивает! Даже если рядом уверенно вышагивает второй монстр, мирно жующий пирожок и любовно оглядывающий могилы, как лучшие красоты пригородов Атланты.

– Не люблю кладбища, особенно по ночам, – поёжилась Вэл. – Их безмолвие и безлюдность меня нервируют.

– Людность я организую, не вопрос, тебе сколько народа поднять для настроения? – пожала плечами Кэтрин и глотнула кока-колы.

Леденящая душу атмосфера старого погоста ничуть не уменьшила её аппетит, скорее наоборот. А вот Вэл начинало подташнивать от массы противных ощущений: мороза по коже, липкого пота, выступившего на лбу, и буйства разошедшейся фантазии, подстёгиваемой знанием того, что все чудовищные сказки о живых мертвецах соответствуют реалиям жизни.

– Тьфу на твои некромантские шуточки! Ты предупредила кладбищенский патруль о нашем визите на инспектируемую ими территорию? – Нервно обернувшись на глухой треск, Вэл прокляла своё юношеское решение податься в адвокаты Иных. Чем её люди не устроили?! Денег больше, стрессов меньше!

– Да, кинула сообщение в наш тёмный чат. Обещали не мешать, а при трагическом исходе – не поднимать.

Прокляв всех чёрных юмористов мира, Вэл икнула, горячо надеясь, что вопрос о «не поднимать» не возникнет в силу отсутствия такой необходимости. В бледных лучах полумесяца всё вокруг приобретало зловещий оттенок, напоминая, что оборотни, вопреки большинству человеческих легенд, – существа дневного света, далёкие от мистики потустороннего мира. Она любила парить в ночном небе, но даже там предпочитала облетать кладбища по широкой дуге! Никогда в ней не было тяги к мертвецам, а сейчас в голову лезли воспоминания обо всех когда-либо виденных убиенных и казалось, что они поджидают её всем скопом где-то поблизости, за ближайшим обелиском. Жертвы преступлений с ножами в залитой кровью груди; жертвы, сбитые нёсшейся машиной и... словом, впервые в жизни Вэл жалела о своей специализации в деле юриспруденции!

– Пирожок будешь? – предложила некромант, протянув ей пакет окровавленной рукой. – Чего орём? Где кровь? Да ну, вишнёвый джем из пирожка немного вытек. Ты слишком взвинчена, а все нервы от голода, точно тебе говорю, зря от пирожка отказываешься. Свежий воздух, лунный свет, природа кругом – самое оно для пикника! О, ты издала шикарный