Я к вам по делу, ваше величество! - Александра Шервинская

сбежала оттуда, так как соседу было не до меня: он с энтузиазмом командовал десятком курьеров, выдавая каждому из них то письмо, то пакет, то записку, запечатанную сургучом, и что-то отмечая в длиннющем списке.

Убедившись, что все заняты общественно полезным трудом, я посмотрела на часы и торопливо направилась к калитке, так как время, назначенное королём, неумолимо приближалось. И действительно, когда я, кивнув гвардейцам, выскользнула на улицу, возле беседки маялась одинокая мужская фигура. Подойдя, я увидела отдалённо напоминающего Александра молодого человека, который при моём появлении заметно оживился.

– Моника, это я, – сообщил он мне голосом короля. Ну, всё правильно, амулет же внешность искажает, а не голос. Так что моему спутнику лучше побольше молчать и поменьше говорить. Так сказать, во избежание.

– Уже догадалась, – вздохнула я, – ну тогда идём, что ли? А то скоро начнёт темнеть, лучше нам до этого момента уже добраться до дядюшки Томаса и решить вопрос с твоим ночлегом. Ты, кстати, предупредил охрану?

– Конечно! – король аж приплясывал на месте от нетерпения. – Я сказал, что завтра мне надо принять очень важное решение, поэтому я буду размышлять и категорически запрещаю меня беспокоить. Исключение – матушка, а она в отъезде.

– Будем надеяться, что её величество не решит внезапно прервать свою поездку к святым местам, – проворчала я и направилась в сторону трактира.

– Будем, – охотно согласился со мной беглый король, – матушка, как правило, не меняет своих планов. Если уж поехала, значит, так и есть. Обычно она ещё и меня старается приобщить, но в этот раз, к счастью, поехала одна.

– Ну и хорошо, – кивнула я, с определённым трудом поспевая за широко шагающим Александром, – а ты не мог бы идти помедленнее, я за тобой не успеваю. К тому же ты не знаешь, куда конкретно нужно двигаться. Так что иди рядом со мной и изображай кавалера.

– С удовольствием, – король послушно притормозил, и я уцепилась за галантно предложенный мне локоть.

– Значит, слушай, – начала я инструктировать своего спутника, – говоришь только в исключительных случаях, потому как твой амулет голос не меняет. Я понимаю, что среди постояльцев дядюшки Томаса вряд ли найдутся те, кто сможет опознать тебя по голосу, но на всякий случай – помалкивай.

– Хорошо, – Александр явно был готов согласиться практически на что угодно, – а как мне представляться? Мне нужна, как сказал бы один наш общий знакомый, легенда.

– Раньше надо было о легенде думать, – проворчала я, – а потом уже пускаться в авантюры. Имя тебе над попроще какое-нибудь…

– Джон? – предложил король и неуверенно посмотрел на меня сверху вниз.

– Ну не настолько же, – я покосилась на него, – ты на себя посмотри, какой ты Джон?

– Филипп, – воскликнул монарх, – знаешь, я всегда мечтал, чтобы меня звали Филиппом. Есть в этом имени некое величие и значимость. Чувствуешь?

– Нет, но если хочешь быть Филиппом – на здоровье, – согласилась я, – меня гораздо больше волнует вопрос. Куда мне тебя пристроить на ночь. Ты же не собираешься ночевать у меня?

Судя по виноватому лицу короля, именно на это он и рассчитывал, но тут я готова была стоять намертво.

– Даже не мечтай, – отрезала я, сурово взглянув на Александра… который Филипп. – В крайнем случае подселю тебя к Оливеру – ему не привыкать. К Гарри не получится – он слишком большой, а Ричард… О, точно! Ричард наверняка задержится в больнице, и мы попробуем пристроить тебя на ночь в его комнате.

Обсуждая эти важные моменты, мы незаметно дошли до трактира. За это время искажающий внешность амулет практически разрядился, и рядом со мной шагал его величество Александр собственной персоной. Единственное, на что я надеялась, это инертность человеческого мышления. Никто ведь в твёрдом уме и трезвой памяти не ожидает увидеть здесь, в этом маленьком трактирчике, короля. Значит, и не увидят…

Когда мы вошли в трактир, дядюшка Томас стоял за прилавком и неторопливо протирал и без того идеально чистые стаканы. Он приветливо кивнул мне, задержал взгляд на короле, который с любопытством оглядывался, и поманил меня пальцем.

– Моника, а ты в курсе, что твой спутник очень похож на короля? – негромко спросил он у меня. Трактирщик ещё после сцены с обыском начал обращаться ко мне на «ты», а я и не возражала: дядюшка Томас мне нравился.

– В курсе, – кивнула я, – ему все про это говорят. Правда, Филипп?

– Добрый вечер, – поздоровался счастливый Александр, – я друг Моники, меня зовут Филипп, и я…

– Он стряпчий, – перебила я короля, – приехал к важному клиенту, но не хочет у него останавливаться. Дядюшка Томас, у вас не найдётся случайно свободной комнаты?

– Да хоть случайно, хоть нет, даже угла свободного не найду, – трактирщик совершенно не выглядел расстроенным, скорее, наоборот, – вот как ты поселилась у меня, так от постояльцев просто отбою не стало! Ты мне удачу принесла, девочка!

– А куда бы нам господина Филиппа пристроить, дядюшка Томас? Помогите, пожалуйста! – завтра он уже обратно поедет, а вот переночевать бы…

Трактирщик задумался и, вздохнув, пообещал непременно к ночи что-нибудь сообразить, а пока, мол, придётся господину стряпчему посидеть у меня в комнате. Если, конечно, он не желает поужинать зале. Уверена, что король непременно согласился бы, но я была настороже и, попросив принести ужин в комнату, потащила Александра к себе.

Когда я открывала дверь, а монарх с детским любопытством оглядывался, из своей комнаты высунулся Гарри и громовым шёпотом поинтересовался:

– Моника, привет, а куда Ричард делся в итоге, ты не в курсе?

– Он у целителя, а что? – я удивлённо посмотрела на здоровяка. – Ты не в курсе, что ли? Его Майкл Кастело туда повёл… Ты знаешь его? Отлично. Я думала, ты в курсе про Ричарда.

– Откуда? – горестно вздохнул Гарри. – Я сегодня весь день отчёт про вчерашнее строчил, даже клиента потерял из виду. Ох уж я сказал бы тому, кто все эти отчёты и циркуляры придумал! Будь он сам король!

Тут Гарри запнулся и внимательно посмотрел на Александра.

– Слушай, мужик, а ты знаешь, что на короля похож? Вот прямо как две капли воды… Моника, а это кто? И что он делает у твоей двери? А Оливер знает, что ты к себе мужчину пригласила?

– Гарри! – взвыла я. – Давай ты не будешь задавать одновременно сто вопросов и не будешь ставить меня в неловкое положение перед гостем? К тому же я не очень понимаю, при чём здесь наш друг Оливер! А если ты так печёшься о моей репутации, то давай Филипп посидит у тебя, пока дядюшка Томас не найдёт ему комнату.

Тут король отодвинул меня в сторону и подошёл к Гарри. А Александр, оказывается, достаточно высокий, вон, почти с Гарри ростом, только не такой массивный.

– Филипп, – он протянул соседу руку, – стряпчий. Хочу тут поселиться. Ты