Пиво, эльфы, два стрельца - Виталий Святец

***

– Главный пытался тебя убить? Прямо пытался? По-настоящему? – не мог поверить низкий.

– Нет, мой особо одаренный умственно отсталый друг, он пошутил. И я чуть не умер от смеха, – нехотя съязвил Антро, придерживая голову в положении, в каком боль не отражалась эхом от внутренних стен черепа или хотя бы делала это в минимальных дозах.

Он медленно приходил в норму. Эльфы, в силу каких-то особенностей метаболизма, обладали хорошим иммунитетом к разного рода хворям, а синяки, травмы, порезы и ушибы проходили в несколько раз быстрее, чем у людей и гномов. Учитывая, что представители всех рас еще только через сотню-другую лет узнают слово «метаболизм», им остается только удивляться тому, что остроухие так быстро выздоравливают.

Удары бутылкой по голове спровоцировали у Антро легкое сотрясение, а дым пожара все еще обжигал дыхательные пути, но эльф терпел, не прикладывая больших усилий, и находился в ясном уме.

– И что, какой у нас теперь план мероприятий? У тебя есть какие-то идеи? – уточнил высокий.

– Надо подумать. Есть вино?

В темном помещении раздался скрип.

– Что это такое? – Антро встал и осмотрел источник звука. – Этого же тут раньше не было. С… Сколько лет этому мусору?!

Он принялся орать на двух скудоумов-соотечественников, подбирая максимально нецензурные выражения на родном языке. К сожалению, привести точный перевод не представляется возможным, поскольку словарь эльфийских ругательств никто доселе не составлял. Можно с некоторой долей уверенности сказать, что Антро несколько раз назвал высокого сыном безродной гулящей кошки, а на семью низкого наслал проклятий, эквивалентных тысяче эльфийских лет в небольшой коробке, наполненной крупным песком, гвоздями и битым стеклом.

– Ради чего было все это, а?! Вам, черт вас дери, хоть капельку стыдно за самих себя, полудурки?! Как с вами идти в новую, лучшую жизнь, если… – он осекся. – Ай, плевать. Избавьтесь.

– Но… – заговорил высокий. – Но это…

– Избавьтесь.

– Но главный…

– Теперь я – главный, – нажал голосом Антро. – Поэтому слушайте меня внимательно.

***

В Несеренити, как подобает большому шумному городу, скапливалось и тщательно документировалось огромное количество разного рода статистических подсчетов и других показателей, что затрагивали большинство аспектов жизни. Существовал, как говорилось ранее, рейтинг натур, вечно норовящих усложнить все, до чего дотянутся. Второе место в этом списке заслуженно занимал Икола Жезла, чем он сам страшно гордился, но не так страшно, как был счастлив иметь знакомство с натурой, занимающей лидирующую строчку.

Другой рейтинг строился вокруг хлебобулочных мастерских всех мастей, но никакой особенной интриги он никогда в себе не нес: первое место было навечно отдано госпоже Бублик еще в те стародавние времена, когда она второй раз вышла замуж.

Гораздо большую интригу вызывало само слово «рейтинг», поскольку никому из ученых так и не удалось точно установить, из какого региона это слово попало в разговорную речь жителей Несеренити.

Ну а наиболее интересные факты можно было почерпнуть в негласных списках. Они обладали удивительным свойством быть у всех и каждого на слуху, хотя никто и никогда не утруждал себя тем, чтобы задокументировать их официально. В основном потому, что это никому не было нужно.

Совершенно точно общеизвестно, что в списке наиболее отвратительных лиц первое место твердо занимали эльфы, к большинству из которых прочно приклеилась обидная и вместе с тем справедливая характеристика «понаехавшие». Но остроухие мигранты виноваты сами – ведут себя неподобающе, выпивают сверх меры, устраивают драки друг с другом и с другими жителями, зовут своих соотечественников на второй раунд, скандалят почем зря. Значительная часть обретает путь к просветлению и смирению через страдания и расходится по городу разнорабочими: торговцами, строителями, дворниками. Редким экземплярам может посчастливиться найти общий язык с людьми да гномами и освоить под их присмотром ремесло, но таких – самая маленькая часть из меньшинства тех, кто просто способен найти с людьми и гномами общий язык.

Раньше гвардии капитан Игон Эрн твердо знал, к какой категории он приписывает господина Крато, главу эльфийской общины Несеренити, и это учитывая тот факт, что господин Крато не был неприятным эльфом внешне – он всегда был ухожен, опрятен и одет так, как полагается благородному горожанину. Из себя выводило лишь его поведение, но и это нельзя было назвать чем-то… плохим.

Теперь же капитан серьезно раздумывал над тем, чтобы изменить свое мнение. Он провел в архиве гвардии всю ночь – поднял добрых три дюжины старых дел. Все необходимое для собрания трактирщиков пролистал наспех, лишь освежив в памяти последовательность событий. А четыре ограбления дома Крато, о которых последний упомянул в беседе, Эрн внимательно изучил, вдумываясь каждую строчку. Он обнаружил массу интересных фактов, никак не желавших друг с другом стыковаться, только если допустить… Он записал на бумаге все заинтересовавшие его моменты и напротив каждого написал это самое допущение. Предстояло еще раз проверить информацию.

И нигде ни слова не говорилось ни о каком порошке.

Эрн нутром чувствовал, что где-то рядом есть некая важная деталь, но она будто ускользала от него. И хотя капитан испытывал в силу этой не слишком понятной и приятной ситуации определенное напряжение, настроение у него было приподнятое. Лучи восходящего солнышка уже проникали в окна штаба и ласково грели остывшие помещения.

На пути в свой кабинет капитан обнаружил Яра Безликинса, уже заступившего на свой пост.

– Вы и правда всю ночь там пробыли, господин капитан? – уточнил штаб-сержант.

Эрн устало кивнул:

– И очень даже плодотворно. Доброе утро.

– Доброе утро, – улыбнулся гном. – Напоминаю, у Вас на столе…

– Документы на подпись, заявление и деньги от Крато. Я помню, Яр, спасибо. Приготовь к вечеру, пожалуйста, показатели работы старших офицеров за последние полгода и два бланка приказов о повышении. Имена я впишу сам.

– Будет сделано!

– Так… – задумался Эрн. – Ладно, остальное чуть позже, у меня к тебе будет еще несколько важных поручений.

Капитан вошел в свой кабинет и закрыл дверь. Однако не успел Яр Безликинс что-нибудь сделать, как командир вылетел обратно и воззрился на гнома бешеными глазами.

– Это что, шутка?! – не слишком вежливо осведомился он.

***

На нижнем ярусе штаба гвардии ночь также прошла без намека на сон. Мертвого Сербию перенесли из допросной на койку Иколы Жезла, а сам ученый смешивал таинственный порошок с различными алхимическими смесями и веществами в поисках индикатора, который при взаимодействии с порошком мог указать, что это тот самый порошок, а не мука или перемолотый корень солодки. И пришел к определенным успехам: сначала ему помог обычный уксус, при смешении с которым порошок