Эрве Жюбер - Кадриль убийц

— Сахар?

Он отрицательно покачал головой и безропотно выцедил пойло. Колдунья с интересом наблюдала за ним. Мартино был одним из редких людей, кто мог без стона проглотить эту смесь.

— Вы оправились от своих переживаний?

Мартино осторожно отставил чашку, несколько секунд подумал и уклончиво ответил на ее вопрос:

— Я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы спасли мне жизнь на колокольне.

Он даже не помнил, что стоял над бездной. Ему казалось, что он соскользнул с крыши.

— Все нормально, малыш. Грубер говорил, что вы отдыхали после поездки в Париж?

— Я… я узнал, что граф исчез, — выговорил Мартино.

Роберта наклонилась вперед и тихо сказала:

— Это дело больше нас не касается. Теперь его будет решать Министерство войны. Вы слышали рекомендации Грубера? Вы свое дело сделали, все кончено.

— Моя работа не закончена. Прошу прощения, что нарушил ваш отдых, но мне пришлось потрудиться, чтобы выяснить ваш адрес.

— Кстати, как вам это удалось? — удивилась Роберта, не обратившая внимания на эту странность.

— Портье коммунального здания вывел меня на «Две саламандры», куда я отправился побеседовать с этим Штруддлем.

— Эльзеар говорил с вами?

Эльзеар никогда не разговаривал с непосвященными, кроме как на банальные темы, могущие усыпить его страдавшего бессонницей теккеля.

— Я провел с ним все вчерашнее утро. Очаровательный человек. Он дал мне отведать этого соснового спиртного. Короче, он рассказал мне о вашей дружбе в мельчайших подробностях. — Мартино помахал рукой. — Я хотел знать, на чем вы остановились в своем расследовании, и он дал мне координаты господина Роземонда, с которым я тут же условился о встрече.

— Вы встречались с Роземондом?

Роберта не верила своим ушам. Неужели молодой следователь разыгрывал ее? Или весь колледж?

— Я с ним встретился вчера в полдень. Он сообщил мне все, что знал об этой истории. Жизнь графа Палладио, договоры, которые хранятся в Марчиана. Ну, все.

Мартино рассказывал о своих последних встречах в шутливом тоне.

— Подождите, Мартино. Где вы виделись с Роземондом?

— Черт подери, в колледже! Он хотел видеть меня именно там.

Роберта была ошарашена. Еще ни одного ползучего не пускали в коридоры колледжа. Ей все это снилось. Она все еще спала.

— Я знаю, что вы собираетесь отправиться в Венецию, чтобы увидеть договоры, хранящиеся в Марчиана, — продолжил молодой человек. — И знаю, что Марчиана бдительно охраняется.

— Действительно, — ответила колдунья, решив поверить в иллюзорный аспект разговора. — И вы можете мне помочь проникнуть внутрь?

— Да.

Роберта вздохнула.

— Не издевайтесь надо мной, Мартино. Для входа в библиотеку нужны чертежи. Ее охраняют лучше Муниципали.

— Вы правы, нам нужны чертежи.

Он открыл портфель, извлек пачку сложенных листов и протянул ее Роберте.

— Вот они.

Колдунья решила, что все же не спит. Она развернула архитектурные чертежи. Здесь были все тайны Марчиана — от подвалов до верхних этажей, этаж за этажом. Были указаны все технические коридоры. На чертежах стояла дата — прошлый год.

— Как вы их раздобыли?

— Один из лучших контрактов, подписанных «Цементом Мартино». Палладио поручил моему отцу вернуть городу прежний блеск. «Цемент» должен был укрепить фундаменты всех зданий, чтобы выдержать напор лагуны. Одновременно были внесены и кое-какие изменения в Марчиана.

Роберта осторожно сложила чертежи, словно это были карты с указанием сокровищ. Мартино молча ждал.

— Чем вы заняты в ближайшие дни? — наконец спросила она.

Он пожал плечами.

— Ничем особенно. Я бы с удовольствием отправился в Венецию. Моя машина стоит у вашего подъезда. Пеликан «Морских линий Палладио» уходит от южного причала примерно через час. Если хотим успеть на него, надо поторопиться.

— Вы хотите везти меня в вашем грохочущем чудовище?

— Святой Христофор, да! — решительно подтвердил следователь.

— Тогда вперед, Клеман! — воскликнула колдунья. Луч солнца пробил серую атмосферу квартиры Роберты. И упал прямо на Вельзевула, который, подрагивая усами, разглядывал напарников. Кот зловеще мяукнул и отпрыгнул в сторону, прячась в тени.

MS. ITALIAN IV. 66 5548

— Ах, Венеция…

Роберта обеими руками держалась за поручни и полной грудью вдыхала воздух, насыщенный морской свежестью. Плавающий город занимал большую часть горизонта. Хорошо различались купола церквей, Дворец Дожей, башня с курантами. Мартино не отрывал взгляда от путеводителя «Палладион» по историческим городам. Она вырвала книгу из его рук и спрятала за спину.

— Эй! — воскликнул он.

— Лучше поглядите вокруг, малыш Мартино. — Роберта обвела широким движением лагуну. — У вас еще будет время насытиться этой неудобоваримой прозой, когда мы пристанем к молу.

— Отдайте мне путеводитель, — прохрипел он тоном капризного ребенка.

Колдунья отдала книгу. Молодой человек сунул ее в карман, даже не попытавшись открыть, и стал рассматривать Венецию. Они входили в Большой канал, забитый самыми разными плавсредствами. Над ними пронеслась чайка, а потом чиркнула по воде и понеслась к средневековому фасаду герцогского дворца, над которым поднялась на громадную высоту.

— Вы уже бывали в Венеции? — спросил он колдунью.

— Нет. А вы?

— Не раз.

— С отцом?

— Хм… хм…

Рядом с катером прошла лодка, гружженая фруктами. Мужчина, который управлял ею, помахал Роберте рукой, и та с энтузиазмом ответила.

— Когда граф откупил Венецию у Мирового Наследия, — сообщил Мартино, — он, как бы сказать, поднял ее на поверхность. Город был в ужасающем состоянии, почти наполовину ушел под воду. Он превратил ее в плавающий город, чтобы вырвать из ила, который ее поглощал. Отец объяснял мне все это, когда водил по стройке.

Катер скользил вдоль причала, начинавшегося у площади Сан-Марко. Недавно пробило полдень. Эспланаду заполняли толпы туристов. В городе главным образом жили транзитники, поскольку Венеция занимала особое место в Сети исторических городов. Большинство туристов даже не посещали раздевалки, поскольку переодевания здесь не были обязательными. Кроме периода карнавала.

Роберта и Мартино сошли с катера последними. У каждого было по небольшой сумке, перекинутой через плечо.

— Отведать шоколада у Флориана! — воскликнула Роберта, внезапно охваченная праздничным настроением. — Поклониться тетрархам. Утонуть в зелени Веронезе!

Послышался шум бултыхания. Мартино оступился на мостках. И теперь барахтался между судном и ступеньками, спускавшимися прямо в лагуну. Несколько туристов расхохотались, указывая на него пальцем. Он выбрался на берег с недоуменным видом — ботинки его хлюпали.