Криминалист 8 - Алим Онербекович Тыналин

двадцатипятилетний специальный агент молокосос из вашингтонского отделения с показаниями умирающего мексиканца в качестве улики вовсе не та сила, которая ее достает. Если такая структура есть, то ее достанет кто-то другой. Не ты и не я. И это произойдет не сейчас.

Карандаш постучал по столу один раз, окончательно.

— Лети в Джуно. Разберись с летчиком во льду и возвращайся поскорее.

Я встал.

— Митчелл, ты проделал хорошую работу в Майами. Я серьезно.

— Спасибо.

— Давай, иди, отдохни сегодня.

— Понял, сэр.

У двери я оглянулся. Томпсон уже не смотрел на меня, он открыл следующую папку, верхнюю из левой стопки, и читал первую страницу. Я закрыл дверь.

Отдыхать я не пошел. Вместо этого я пошел по свежему следу, пока он не успел остыть.

Главное здание Библиотеки Конгресса, корпус Томаса Джефферсона, стояло на Капитолийском холме напротив восточного фасада Капитолия, через Первую улицу Юго-Восточную. Здание девяносто седьмого года постройки, в стиле итальянского ренессанса, с восьмиугольным куполом, увенчанным факелом из позолоченной бронзы.

Снаружи гранит, скульптурные группы и фронтоны с латинскими надписями. Внутри Главный читальный зал, диаметром сто шестьдесят футов, потолок сто шестьдесят футов в высоту, купол расписан фресками, фигурами в тогах, символизирующих науки и искусства, цвета охры, бирюзы и бордо.

Я предъявил удостоверение ФБР на входе. Охранник, седой чернокожий мужчина в темно-синей форме с золотыми пуговицами «Капитол Полис», посмотрел, кивнул и выдал картонный пропуск исследователя на день.

По мраморной лестнице я поднялся на второй уровень. В коридоре мне попались гипсовые бюсты Цицерона, Демосфена и Тацита.

В Главном читальном зале вокруг центральной справочной кафедры стояло кольцо столов, на каждом настольная лампа с зеленым стеклянным абажуром. За справочной кафедрой три библиографа в темных костюмах. Над всем этим великолепием высился купол с расписанными фигурами и лился мягкий свет.

Подошел к кафедре. Старшая библиографша, лет пятидесяти, с короткой стрижкой и в очках на цепочке, посмотрела на меня поверх очков.

— Чем могу помочь?

— Подшивки «Конгрешнл Рекорд» за тысяча девятьсот семидесятый, семьдесят первый и семьдесят второй годы. Все слушания подкомитета Палаты представителей по западному полушарию, это часть Комитета по иностранным делам. И отдельно слушания Сенатского комитета по банковским и валютным делам, подкомитет по международным финансам.

— Это много томов, мистер…

— Митчелл.

— Мистер Митчелл, это около ста двадцати томов.

— Я не буду читать все. Мне нужны имена приглашенных свидетелей и список зарегистрированных лоббистов по карибским и латиноамериканским банковским вопросам. Конкретно слушания по «Карибьен Трейд Бэнк» в семьдесят первом, и сопредельные с ними.

Она задумалась, постучала карандашом по столу, почти также, как и Томпсон недавно, только медленнее и изящнее.

— Тогда вам нужны не сами «Рекорды» целиком, а указатели-индексы. По именам приглашенных, в каждом томе свой указатель. Я принесу указатели за три года. И отдельно реестр зарегистрированных лоббистов, который ведет канцелярия Палаты, том «Лоббисты-1972», в нем есть алфавитный список за каждый год.

— Спасибо. Я буду за тринадцатым столиком.

— Заказ принят. Сорок минут на доставку из хранилища.

Глава 17

Адвокат

Тринадцатый стол находился у самой стены, под окном, выходящим во двор библиотеки. Через окно в стеклянных створках виднелся внутренний садик, фонтан и голые декабрьские клены.

Я снял пальто и повесил на спинку стула. Достал из портфеля блокнот, карандаш и стопку белых каталожных карточек три на пять дюймов.

Сел, положив руки на полированную столешницу из темного дуба. Вскоре библиографша подкатила тележку с томами «Конгрешнл Рекорд», двенадцать тяжелых книг в темно-зеленом переплете с золотым тиснением. Поставила стопку у моего стола.

— Указатели сверху. Реестр лоббистов в отдельной папке. Если понадобится сами стенограммы конкретных слушаний, я знаю где их искать, скажите.

— Спасибо.

Я открыл первый указатель, том «Конгрешнл Рекорд», семьдесят первый год, январь-июнь.

Указатель составлен по алфавиту имен. К каждому имени список страниц. Имя приглашенного свидетеля или лоббиста, упомянутого в выступлениях, или представителя организации, делавшего письменные представления подкомитету.

Я искал по словам: «Карибьен», «Куба», «Доминикана», «Гаити», «Венесуэла», «Колумбия», «Панама», «латиноамериканский банк», «торговое соглашение», «оффшорная корпорация» и «государственное страхование экспорта».

Каждое имя, упомянутое в этом контексте, я выписывал на отдельную карточку. Еще добавлял должность или организацию, дату выступления и тему. К полудню у меня накопилось двести семь карточек.

В двенадцать тридцать я пошел в кафетерий для исследователей, он был на первом этаже, маленькое помещение с автоматом «Вендомат». Прямо как в офисе Брэдшоу, такие же бумажные стаканчики с оранжевым рисунком кофейных зерен.

Заплатив двадцать пять центов, я взял кофе и сэндвич с курицей в целлофановой обертке за тридцать девять центов. Десять минут просто сидел за столом у окна и смотрел через стекло на купол Капитолия, мокрый серый купол в дымке низкого декабрьского неба.

Вернулся за тринадцатый стол.

В половине второго начал группировать карточки. Сначала по тематике, потом по частоте. Имена, появившиеся один-два раза, отложил в отдельную пачку. Имена, встретившиеся три и более раз в карибско-банковском контексте, оставил.

После часа работы у меня собралось одиннадцать имен.

После еще часа работы, углубившись в подробности по каждому из этих одиннадцати, я оставил только три имени.

Первый Адриан К. Морленд, специальный советник Государственного департамента по торговле с Карибским бассейном, выступал на слушаниях четыре раза в семьдесят первом, дважды в семьдесят втором. Госслужащий, в частной практике не работал, в реестре лоббистов не значится.

Кадровый дипломат, в Госдепартаменте с пятьдесят пятого. Выпускник Дартмутского колледжа и юридической школы Вирджинии.

Имя второе, Дэвид О. Финч, партнер юридической фирмы «Финч, Брэдли и Партнерс», специализация корпоративное право и международные банковские операции. Выступал в качестве лоббиста от ассоциации частных банков с операциями в Карибском бассейне в семьдесят первом, три раза, в семьдесят втором — пять раз. Зарегистрирован как лоббист от ассоциации, гонорар указан в реестре, сорок две тысячи долларов в год.

И третий Реймонд Хью Корвин, советник Межамериканской торговой комиссии, Вашингтон. Выступал в качестве эксперта по латиноамериканским торговым соглашениям на слушаниях семьдесят первого два раза и семьдесят второго — четыре раза. Параллельно старший партнер юридической фирмы «Корвин, Мейсон и Холт», адрес: 1701 К-стрит.

Лицензированный адвокат округа Колумбия с сорок восьмого года. Выпускник Джорджтаунской школы права, выпуск сорок восьмого.

Звание «лиценциадо» это юридический термин в латиноамериканской практике для дипломированного юриста. Это обращение к человеку с дипломом юриста.

Применительно к Корвину подходит точно по смыслу, Джорджтаунская школа права, специализация по латиноамериканским торговым соглашениям, частная практика на