Хенкан. Последний эксперимент - Сора Наумова

сжимая в пальцах клочок клетчатой ткани, и Сората кивнул, соглашаясь с его еще не высказанным предложением.

– Нам нужен свет, хоть какой-то.

– Сторож говорил об аварийном генераторе, – поддержал Генри и, поднявшись, по очереди всех оглядел. – Согласен с Соратой. Мы умудрились безбожно заблудиться.

– Ерунда! – уверенно заявил Курода. – Как вообще можно заблудиться в отеле? Это же не дремучий лес!

Хидеко тоже выглядела озадаченной. По ее словам, планировка у отеля довольно простая, но возмущение Куроды, тем не менее, было оправданным. Слишком часто им приходилось поворачивать, словно они и впрямь заблудились в лесу, хотя темнота нередко искажает восприятие. Хидеко погладила мужа по руке, но он не заметил успокаивающего жеста. Сората перехватил его взгляд и поразился, каким неприятным он был. Манеры этого человека, речь – все вызывало отторжение, если не отвращение, и Сорате казалось, что он знает причину. Знает, но… Лучше бы ему ошибаться.

Впрочем, в жизни случается много вещей, которые не стираются из памяти, как бы ты ни старался. То, о чем напомнил ему Курода Нобу, было из их числа.

– Тогда проводите нас к выходу? – как можно более нейтрально предложил он, хотя это и далось ему нелегко. Но его выдержка тренировалась годами.

– Я… я… – заблеял Нобу, вмиг растеряв всю самоуверенность.

– Тише, дорогой, – тихонько шепнула ему Хидеко. – Я могу провести на технический этаж, запасной генератор должен быть там, но я не знаю, что с ним делать.

– Возможно, я знаю, – отозвался Курихара и на вопросительный взгляд коротко ответил: – Я много читаю.

Он сделал шаг к Хидеко, и Курода попятился.

– Технический этаж? Зачем? Давайте просто уйдем отсюда. Фудзивара…

– Сбежал, – с затаенным удовольствием перебил Сората и насладился выражением растерянности на его лице. – Возможно, он что-то знает про Йоичи, поэтому прячется от нас.

Эта версия пришла ему на ум не только что, но именно сейчас, озвучивая ее, он почти не сомневался в ее правдивости. Призраки, может, и бродят по пустым коридорам, но гораздо страшнее, когда по ним бродят живые вооруженные люди. В человеческом коварстве таилась куда большая угроза, это он знал не понаслышке.

– Вы мне и не сильно нужны, – заметил Курихара и проверил рацию. – Ведите, на месте разберемся.

Он обернулся к Сорате, и тот позволил себе личный жест – похлопал его по плечу.

– Тогда удачи.

– Оставайся на связи, – сказал Генри. – Мы поищем пока щитки. Как будешь готов, сообщи, мы проверим.

Курихара молча кивнул, и Хидеко повела его прочь. Когда оба они скрылись в непроглядной тьме узкого коридора, Нобу сообразил, что остался наедине с Соратой и Генри. Кто знает, что происходило в его голове, но лицо выдавало странное отчаяние, едва ли связанное с пропажей пасынка.

– Щиток, – напомнил Генри.

Нобу дернулся и отступил еще на шаг.

– Наверное, мне стоит быть со своей женой, – запоздало решил он, но не предпринял ни единой попытки реально ее догнать.

– Бросьте, куда вы теперь собрались? – отмахнулся Генри. – Поищем щиток вместе и будем ждать сигнала. Идемте.

Он выбрал направление, и Сората, не задумываясь, согласился, лишь немного замешкавшись. Обернувшись, он искоса посмотрел на Куроду, размышляя, узнал ли он его? Давно улегшийся страх расправлял щупальца, но Сората повторял себе, что прошли годы, и они были наполнены не меньшими страданиями, чем те, о которых напомнил этот суетливый нервный мужчина с бегающим взглядом. Все познается в сравнении: даже боль, даже унижение, даже страх. Сората внезапно улыбнулся, казалось бы, безо всякой причины, хотя одна все же имелась. Он спрашивал у Генри про призраков, но так старательно не замечал призрака прошлого, который все время маячил поблизости.

Хотя Нобу не был призраком. Он был дьяволом.

* * *

Свыкнуться с голосами было непросто, но Хибики стало казаться, что он почти справился. Главное, на чем-то сосредоточиться, направить собственные мысли в одно узкое русло, и посторонние шумы немного стихали. Но не уходили насовсем.

Нельзя снова использовать память о Сэме, здесь от нее становилось только хуже. Это место вытаскивало на поверхность все самое мерзкое и гадкое со дна души, Хибики точно знал это, потому что больше всего в себе он презирал именно свой дар. Возможность слышать мысли людей ставила его по другую сторону от них, превращалась в непреодолимую преграду, впрочем, может, Хибики и не особо старался ее преодолеть. Он хотел, как раньше, сжать теплые пальцы Сэма и позволить ему забрать все. Боль, страх, гнев. Никто не видел, но гнева было больше всего. Иногда казалось, Хибики весь состоял из ярости, которая прожигала насквозь. Он заморозил себя, и под ледяной коркой фасада пламя продолжало бушевать. Иногда Хибики боялся сам себя и по привычке сжимал пальцы, которые хватали лишь воздух.

– Простите мне мое любопытство, – заговорила Хидеко, – но кем вы приходитесь Кимуре-сану?

«Они не похожи. Сколько ему лет? Выглядит взрослым»

– Мне двадцать, – пробормотал Хибики и запоздало сообразил, что ошибся. Хидеко удивленно оглянулась на него, но, к счастью, не поняла ничего. – Я имел в виду, Сората мой опекун.

– О… Ясно.

«Если бы я сказала про сына… Если бы сразу сказала… Было бы лучше?»

Она промолчала, но Хибики и так знал, что ее уверенность в когда-то принятом решении пошатнулась. Она думала, какого будущего лишила своего ребенка, о том, все эти годы могла ни в чем не нуждаться. Думала, что Хибики занял место Йоичи в жизни Кимуры – что он был лишним.

Нет! Она так не думала. Это какие-то другие мысли, но чьи? Хибики огляделся, словно только понял, что они куда-то идут. Хидеко привела их к узкой лестнице, ведущей глубоко в темноту. Сердце сжал первобытный страх угодить в капкан, в ловушку, прячущуюся на дне норы. Хибики замешкался на верхней ступеньке и уперся ладонью в стену.

«Тебе придется уехать из дома Кимура. Ты там больше не нужен. Ты же знаешь, как Сората хотел наследника. Но это не ты, это Йоичи».

– Вы идете? – поторопила Хидеко, и Хибики вздрогнул. Лицо женщины светилось в темноте, как белая театральная маска. И стены начали наперебой шептать свои истории, врываясь в мозг с безжалостностью скальпеля. Хибики зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, что Хидеко уже ушла вперед.

Он пошел за ней.

Лестница закончилась еще одной дверью, Хидеко толкнула ее, но безрезультатно.

– Отойдите, – велел Хибики. – Наверное, заело от сырости.

Он с силой налег на нее плечом, но тоже без особого толка, дверь оставалась закрытой.

– Есть еще путь? – спросил Хибики.

– В другом крыле еще два входа, из коридора и с улицы. Они тоже ведут