Формула убийственной удачи - Анна Велес

— А что это за проект? — полюбопытствовала Ева.

— Вы же уже знаете, — стал рассказывать Вова. — Готовится выставка. Работы много, сроки, нервы. И куча так любимых тобою, Ева, артефактов. Многие из них надо восстанавливать, чистить энергетику, иногда даже лечить от влияния войн и прочего. А я могу сделать несколько эликсиров…

— Шикарная мысль! — восхитилась Ева. — Ты просто молодец! А когда, кстати, князь принял решение о выставке?

— Он объявил об этом в Пасху, — вспомнил Георг. — Я тогда был в шоке. Мне работы тоже привалило. Подзарядка артефактов фонда … И нашего, да еще Мойка и Лицей…

Георг обладал даром активации скрытых ресурсов любой вещи или сущности. По сути, он мог стать лекарем и помогать Гавру, но выбрал науку. Ева про себя заметила, что ее друг-оборотень во многом прав. Романовы служили стране или делу. Прежде всего! Они просто не могли иначе.

— А Николая он назначил на этот проект тогда же? — как бы между прочим, поинтересовался Дан.

— Нет, — подумав, вспомнил Гавр. — Сначала отец все делал сам. А потом… Ника он подключил к выставке где-то уже в середине июля.

— И как Ник к этому отнесся? — тут же подхватила тему Ева. — Он же у нас книжный червь во всех смыслах этого слова.

Друзья усмехнулись.

— Тут ты права, — согласился Георг. — Ник вообще сначала растерялся. Ты же знаешь, с нами он веселый и живой. А тут такая ответственность, много людей, общения. Он, правда, больше любил книги…

— Но потом Ник втянулся, — поспешил добавить Вова. — В последние дни он так болел за проект… Он вообще сильно изменился за последний месяц.

— Да, — с некоторым удивлением согласился с ним Гавр. — Наш Нико просто ожил! А поначалу он злился на князя за такое решение. Я помню, Ник передал их разговор. Отец дал понять ему, что выставка это только начало. Отец хотел передать ему в управление Фонд. И это Ника злило. А последнее время… он сам рвался вперед.

— А он как-то это объяснял? — поинтересовался Дан. — Может, это с чем-то личным связано?

— Или с кем-то, — чуть озорно добавила Ева. — Алекс пытался мне говорить о каких-то женщинах Ника.

— Это же Алекс, — поморщился Гавр. — Женщины? Ник? Смешно. После Ли… жаль, что тогда все так получилось. Но да, как я понял, у Ника кто-то был. Но не думаю, что это серьезно.

— Он бы сказал, — заметил Георг. — Мы с ним все-таки больше всего дружили. Нет. Была просто любовница. И как и всегда, Ник ее ни с кем из нас не знакомил. Не афишировал.

— Это тоже наследие той истории с Ли, — сказал Вова. — Николай всегда с кем-то спит. Но ни одна дама не оказалась достойной, чтобы даже рассказать о ней друзьям.

— А Мари? — робко спросила Ева.

— Мари… — Гавр тяжело вздохнул. — Знаешь, мы тогда все здорово на нее рассердились из-за Ника и Ли. Это было низко с ее стороны. Так настроить отца… Мне иногда кажется, отец сам здорово переживал, что тогда был резок. Ник замкнулся. Они долго вообще не общались с отцом. И все благодаря Мари. … Кстати, я думаю, нынешнее доверие князя к Нику, это попытка искупить свою вину. Отец тогда был не прав и в глубине души понимает это.

— Искупить вину… — вот теперь Ева искренне удивилась. — Прости Гавр, но… Константин Константинович, искупающий вину… Неужели он настолько изменился? Он стал таким человечным?

И вновь все трое друзей усмехнулись.

— Ева, — с улыбкой заметил Вова. — Ты здесь, и это уже доказательство иного отношения князя. Он же прекрасно понимал, что твой кузен, Глава Стражи, не поедет сюда сам. Тебя принимают в Доме даже не на правах равной! Вчера князь соизволил общаться только с тобой и Даниилом!

— Даниилом Нарышкиным, — подхватил Георг. — Представь, каково князю принимать Даниила в своем доме. Пусть сам Дан никакого отношения к Наталье не имеет. Но пойдут разговоры, репутация…

— Согласен, — совершенно серьезно поддержал его дознаватель. — Для князя это очень трудный шаг. Я не подумал над этим. И… я польщен.

— Значит, он и правда изменился, — задумчиво согласилась Ева, при этом она старалась не показать свою тревогу за его Светлость. — Не могу этому не радоваться.

— Хочешь еще доказательство? — азартно спросил Гавр.

Девушка улыбнулась и кивнула.

— Он выплатил долги Константина!

— Что? — вот это выбило Еву из колеи. — Князь же… он никогда…

— А большие были долги? — тут же вставил вопрос Дан.

— Вообще, не очень, — ответил Гавр. — Не запредельные. Но важен сам факт. Князь, как пыталась заметить Ева, никогда ранее не желал даже слышать просьбы о помощи в выплате его долгов. Он презирал слабость моего брата к картам. И никогда не платил, не смотря ни на какие просьбы. А тут… узнал о состоянии дел сам. И выплатил все. Кстати, теперь брат почти не играет. Такое чувство, что внезапная поддержка отца излечила его от любви к картам.

— Как давно случилось это чудо? — спросила Ева, кое-что прикидывая в голове.

— Да как раз так же в середине июля, — посчитав, ответил оборотень. — Тогда было много новостей. И назначение Ника, и долги Кости, и Георгий…

— А с ним-то что? — удивился Даниил за себя и за напарницу.

— Отец очень долго спорил с младшим сыном, — рассказал Вова. — О будущем Георга. Он заставил мальчика стать ученым. А тот мечтал о работе в Страже. Кажется, они достигли компромисса. Георг поможет с выставкой и может быть свободен. Если пожелает. Правда, по-моему, он уже не слишком и желает.

— Но ему все равно приятно, что отец пошел ему на встречу, — заметил Гавр.

— Понятно, — Даниил улыбнулся всей компании. — Здорово начинать так утро. Жаль только, что наши с Евой дальнейшие планы уже такими же радужными вряд ли будут.

— Уже пора? — разочаровано спросил Вова.

Ева кивнула.

— Надо повторить до вашего отъезда, — решил Георг.

— Обязательно, — согласился, причем с искренним удовольствием, Дан. — А пока можно еще один вопрос. Георгий? Вы вчера сказали, что Николай накануне своей гибели был у вас. Так?