Марк Ходдер - Загадочное дело Джека-Попрыгунчика

Клерк понял намек.

— Да-да, я сейчас вызову Траунса — немедленно!

Он отдал честь и повернулся к устройству, висевшему на стене за его спиной. Это была большая медная панель, разделенная на ряды маленьких шестиугольных сегментов; Бёртону она напомнила соты. В каждый отсек была аккуратно впаяна круглая куполообразная крышка, увенчанная цилиндрической рукояткой. На каждой крышке выгравировано имя.

Клерк протянул руку к крышке с надписью «Детектив-инспектор Траунс» и вытащил ее из рамки. Вслед за ней появилась длинная сегментированная трубка. Повернув рукоятку, он открыл крышку и дунул в трубку. Бёртон знал, что на другом конце из точно такой же крышки выскочил маленький поршень и раздался свист. Через секунду из трубки послышался металлический голос:

— Да.

Клерк поднес конец трубки ко рту и тихо произнес, но Бёртон все слышал:

— Вас хочет видеть сэр Ричард Бёртон, да, тот парень из Африки. У него… э… особые полномочия. Он хочет поговорить о том, что случилось со Спиком… ну и про то, что в Бате вчера… — В трубке что-то ответили, и клерк сказал: — Да, сэр. — Он закрыл крышку и вставил ее обратно в гнездо, трубка автоматически скользнула внутрь. Потом он улыбнулся Бёртону. — Инспектор к вашим услугам, сэр. Второй этаж, офис девятнадцать. Лестница за этой дверью, сэр, — показал он налево.

Бёртон кивнул, вошел в дверь и поднялся по деревянным ступенькам, которых, похоже, давно не касалась швабра. Оказавшись на втором этаже, он направился по обшитому панелями коридору, глядя на закрытые двери. Из-за одной доносился женский плач.

Примерно посредине коридора он нашел номер девятнадцать и постучал в дверь.

— Входите! — закричали изнутри.

Он оказался в квадратной, среднего размера комнате с высоким потолком, темные углы которой были скрыты за плотной завесой голубого сигарного дыма. В противоположной стене находилось узкое высокое окно, справа — камин с негромко потрескивающими поленьями, слева, вдоль стены, ряд шкафов, набитых папками с документами. Красный обшарпанный ковер покрывал пол только в центре, на вешалке висели потрепанный котелок и пыльное пальто, над камином — большой портрет Роберта Пиля. По обе стороны от портрета, в альковах, тускло светились газовые лампы. Пламя свечи колыхалось на тяжелом столе под окном. Оранжевый свет пламени тускло освещал левую сторону лица детектива-инспектора Траунса.

Он сидел за столом лицом к двери и встал, когда вошел Бёртон.

Это был невысокий крепкий человек с развитой мускулатурой. Бёртон отметил про себя его широкие плечи, могучую грудь и полное отсутствие жировых складок на туловище. Такое впечатление, что живота у него вообще не было. Ко всему его облику больше всего подходило слово «прямой»: прямая выправка, прямой нос, прямой характер — о последнем свидетельствовал квадратный, несколько агрессивный подбородок под рыжей бородой.

Они пожали друг другу руки.

— Рад познакомиться с вами, сэр Бёртон, — и инспектор указал на стоявший рядом с ним стул.

— Называйте меня «капитан». — Бёртон подвинул стул поближе к столу и сел.

— Вы служили в армии? — спросил Траунс. У него был приятный глубокий голос с легким гортанным оттенком.

— Да, в 18-м Бомбейском пехотном.

— А. Я не знал. Газеты писали только про экспедиции. Чем я могу помочь вам, капитан? Чем-то связанным с делом лейтенанта Спика?

— Нет, не совсем так. Я хотел поговорить о Джеке-Попрыгунчике.

Траунс резко поднялся из-за стола. Его лицо посуровело, взгляд стал ледяным.

— Вам лучше уйти, сэр. Кто рассказал вам об этом? Эта поганая свинья, Честен? Я не потерплю насмешек!

Бёртон продолжал спокойно сидеть, скрестив ноги, только достал из кармана пиджака сигареты.

— Не хотите закурить, инспектор?

Траунс не изменил мрачного выражения лица.

— Я не знаю, почему это вас интересует, но одно скажу сразу: я не собираюсь отрицать того, что видел сам!

— Я в этом не сомневаюсь. Успокойтесь. Возьмите сигарету.

Траунс продолжал стоять.

Бёртон вздохнул.

— Траунс, посмотрите на синяк у меня под глазом, на мои разбитые губы, сожженную бровь… У меня есть еще несколько болезненных ран. Хотите знать, как я получил их?

— Как?

— Очень просто. Вчера ночью я повстречался с существом, которое как две капли воды походило на Джека-Попрыгунчика.

Траунс молча опустился на стул. Он рассеянно взял сигарету, прикурил от свечи и втянул сладкий дым. При этом он не сводил глаз с Бёртона.

— Расскажите мне, что произошло. Опишите его, — пробормотал он, выпуская дым изо рта.

Бёртон зажег сигарету и последовательно изложил события прошлой ночи.

Едва он закончил, как Траунс нервно наклонился вперед; огонек сигареты отразился в его вспыхнувших синих глазах:

— Это он, капитан Бёртон! Точно он! Он вернулся.

— Букингемский дворец и премьер-министр попросили меня разобраться в этом деле и сказали, что вы в нем эксперт. Так что, как видите, я здесь вовсе не для того, чтобы насмехаться над вами. Напротив, я хочу предложить вам поработать вместе.

Детектив-инспектор встал, подошел к шкафам с документами, выдвинул один из нижних ящиков, без долгих поисков вынул изрядно потертую папку и вернулся за стол.

— Прошу прощения. Упоминание об этом дьяволе немедленно выводит меня из себя. За эти годы мне пришлось перенести столько насмешек! А что вы знаете о нем?

— Абсолютно ничего. Вплоть до вчерашней ночи я считал его злодеем из сказки, и только. Это Пальмерстон заметил связь между ним и тем существом, которое на меня напало.

— Давайте я изложу вам вкратце всю историю. — И не заглядывая в отчет, который, очевидно, знал наизусть, Траунс продолжал: — Впервые его заметили двадцать четыре года назад, в 1837-м. Сначала один джентльмен сообщил, что видел огромную странную фигуру, которая выскочила из ворот кладбища рядом с Бедламской больницей для сумасшедших. Через некоторое время пятнадцатилетняя служанка Мери Стивенс, погостив у своих родителей в Баттерси, возвращалась в дом своих хозяев на Лавендер-Хилл. Она шла по Кат-Троут-лейн, когда ее кто-то схватил — по описаниям похожий на то существо, что напало на вас. Это была попытка изнасилования: с нее сорвали платье и начали агрессивно ласкать. Девочка, понятное дело, закричала, прибежали местные жители, и насильник оставил жертву. Он запрыгал, сделал несколько огромных скачков и, как рассказывали очевидцы, растворился в воздухе.

На следующий день, в том же районе, существо прыгнуло из переулка на подножку проезжавшей кареты и потребовало сведений о какой-то Лиззи. Испуганный кучер потерял контроль над лошадьми, они понесли, карета врезалась в стену лавки, и люди получили тяжелые увечья. Многие свидетели говорили, что этот призрак — так его называли в то время — убежал, перепрыгнув через высоченную стену. Еще один человек утверждал, что призрак смеялся как безумный и бормотал что-то бессвязное об истории и своих предках.