Венедикт Ли - Гроза над Миром

В связи с невозможностью исполнения Главковерхом Бруно своих функций я приняла на себя обязанности Президента Эгваль. Вице-директор ОСС, Полина Ждан

– Ты что-нибудь понимаешь? – спросил Астер Ива.

– Ни черта, – отвечал Ив. – Но в том и прелесть. Наливай!

Бруно изумленно смотрел на свой живот, из которого толчками вытекала густая струя крови. Боли он не чувствовал. Шок. Повернулся, пошел к выходу и медленно упал головой вперед, весом тела распахнув дверь. Оружие, отобранное у Полины, выпало из его руки. УСПСН-2. «Стрелялка» на жаргоне полевых агентов… Один выстрел вперед, другой назад. Нетрудно научиться управляться с ней, чтобы не делать глупых ошибок. «Это я заставила его запутаться…», – Полина силилась встать, у нее ничего не получалось. «ПОМОГИТЕ МНЕ!»

Среди откликнувшихся на ее мысленный зов сотрудников случилось небольшое столпотворение, когда, вдохнув отравленного воздуха, очередной несчастный хлопался на пол. Пришлось еще раз скомандовать им: «Не дышать! Хватайте меня и тащите подальше в коридор!» Бруно увезли в госпиталь, где он, несмотря на отчаянные усилия врачей, через два часа умер. А Полина, все еще пьяная от дурмана, смогла внушить своим спасителям, что Бруно погиб по собственной вине, от небрежного обращения с оружием. Про парализующий газ, к тому времени рассеявшийся по этажу и ставший в малой концентрации безобидным, она заставила их забыть. Во всяком случае, позже никто не задал ей ни одного вопроса, на который ей не хотелось бы отвечать. «Оказывается, я могу и ЭТО».

Дальше все оказалось немыслимо просто. Шеф нелепо погиб. Остался его заместитель – женщина энергичная, волевая и при том – отзывчивая и приятная в общении. «Мы так растеряны, Полина… Не приберете ли вы в нашей лавочке под названием Эгваль?» Полина сама подписала указ о своем назначении – ибо кто еще в ОСС выше нее по званию? До наступления нового года оставалось тридцать семь минут. Все собрались в том же зале, где недавно толкал речь Бруно, и Полина не стала пудрить людям мозги.

– Последние приказы Бруно продиктованы паникой – я их отменяю. Безумная охота на миз Вандерхузе отныне закончена – я хорошо ее знаю, меня она послушается и оставит глупую игру в героиню Сопротивления. Сообщение о моем назначении передайте прессе. Позвоните Иву и скажите, что цензурная комиссия упразднена. Да… организуйте радиосвязь с… с адмиралом Геллой.

Она отпустила их и осталась ждать. Стрелки электрических часов на стене медленно ползли к цифре 14. «Вот тебе и Новый год, Полина». Ни торжества, ни страха перед будущим. Она не испугалась и тогда, когда, побледневший, вернулся офицер, посланный установить связь с Андреем. Несколько часов назад с авианосца «Габриэль Кон» стартовал странный гибрид: средний бомбардировщик с сидящим у него «на горбу» истребителем. На подходе к цели «самолет-матка» ушел обратно, а отделившийся носитель сверхоружия продолжил путь, направляемый радиокомандами, и взорвался на высоте трехсот метров. Огненный шар, вспухая, поднялся в стратосферу, расплывшись под конец уродливым багровым грибом. Его кривящуюся ножку образовывал столб подхваченной жарким восходящим потоком пыли. Ужас перед сверхоружием обратил в бегство армию, собранную Бруно для усмирения провинции Суор. «С Новым годом», – якобы сказал адмирал Гелла. – «На моей елке много таких игрушек».

«Бруно уже знал об этом. А я – была любовницей Андрея. Не будучи уверен, что я подчинюсь не Андрею, а ему, Бруно решил меня устранить. Как хорошо мы с ним сработались, что одновременно собрались убить друг друга!»

Циклон пришел в Эгваль с востока и принес ливни и ураганный ветер. Верхние этажи Дома власти заметно раскачивались под его напором, но стальной каркас небоскреба был рассчитан с учетом подобных напряжений.

– Поможем… Я распоряжусь выделить средства… – Полина повесила трубку и печально усмехнулась.

Восточные провинции затоплены наводнением, дома стоят по крышу в воде. Губернатор Суора, наплевав на «независимость», взывает о помощи, иначе следующих выборов ему не пережить. В политическом смысле. Внешней опоры у него больше нет – флот чокнутого «адмирала» исчез без следа. Когда чуть прояснилось небо, никто не увидел на сером от шторма море ничего, кроме смутного горизонта. Авианосцы Острова, наведшие панику на востоке страны, ушли, и Бог весть, где болтаются сейчас. «Андрей отыщется – уши ему оборву. Но все это потом, потом». Полина инстинктивно угадывала секрет успешного руководства государством. «Не делай ничего из того, что кажется тебе необходимым для всеобщего блага, а делай лишь то, чего уже не можешь не сделать». Страна – огромный организм, он сам себя регулирует, сам лечит, не требуя каждодневного вмешательства доктора. «Ум и образование – не одно и то же. Бруно был дураком», – решила Полина. Ее больше всего задело то, что Бруно успел сменить пароли к базе данных, и она не смогла ознакомиться с его последними достижениями на почве сыска. Что он говорил о Нине? О депутате, как бишь его… Астере? Намекал, что она, Полина – чужая среди людей…

Вошел помощник, тот парнишка, что был у нее в Вагноке – она его помнила и сразу истребовала к себе.

– Полина… Доставили бывшего комиссара в Вагноке, что был после вас…

Полина кивнула, и конвоиры ввели бледного молодого человека в модном дорогом костюме.

– Я возмущен… – начал он было, отпихивая локтями конвоиров.

– Да… безобразие, – задумчиво согласилась Полина, удобно устраиваясь в кресле.

Молодой поискал взглядом, где бы сесть и ему, но, увы, было негде. Движением головы Полина отослала конвой. Сказала нараспев:

– Можете жаловаться!

Бывший комиссар заговорил, захлебываясь словами, Полина ни разу не перебила и никак не выразила своего отношения к его рассказу. Наконец, молодой иссяк.

– Я поняла: гарем из сто одной наложницы из местных женщин, конфискации и расправы с неугодными, будь то граждане Острова или ваши сотрудники – все клевета. А Северина Тома – старая кляузница и вы правильно посадили ее в кутузку.

Полина встала и обошла молодого, удивленно заглядывая ему в лицо. Он растерянно поворачивался за ней следом.

– Деньги – нужны всегда. Недоброжелателей и завистников – к ногтю. Естественный позыв. Но сто одна девка?! Да женщине трех мужиков надо, чтобы затушить огонь в кратере вулкана! Герой! Геракл!

Она улыбнулась ему, и он подобострастно хмыкнул в ответ.

– Вот что мы сделаем, – заключила Полина. – Старую хрычовку Тома уже освободили и моим указом назначили на твое (и, бывшее мое, место). Тебя отвезут в казарму нашего женского батальона – девушки очень уж оголодали. Их будет ровно сто одна. Наслаждайся. Та, на которой ты не сможешь – тебя расстреляет.