Хенкан. Последний эксперимент - Сора Наумова

кого из их троицы не было аппетита, но еда хотя бы позволяла скоротать время и немного отвлечься.

– Может, ты сам что-нибудь нормальное съешь? – спросил Генри. За минувший час салата в тарелке у Сораты почти не убавилось, зато официант только успевал повторять заказ на напитки. Прежде Генри не замечал за ним любви к крепкому кофе.

– Я еще это не съел, – вяло улыбнулся Сората, – к тому же из нас ты – главный едок.

Шутка не нашла отклика ни у Генри, ни тем более у Хидеко.

Слезы женщины давили на нервы. Казалось, уж пусть лучше прокричится раз, но как следует, чем будет вот так через силу глотать рыдания. Недавно звонил Хибики, сказал, что немедленно едет к ним из университета. Скоро все они будут в сборе, разве что кроме Руми.

– Курода-сан? – из вежливости обратился к ней Генри. – Вам ничего не заказать?

– Вы думаете, я в состоянии есть? – процедила она и прижала к лицу свежую салфетку. От слез глаза у нее воспалились, веки покраснели.

Генри не выдержал и отвернулся.

Сората придвинул Хидеко новый стакан с водой и неловко коснулся ее плеча. Она вздрогнула, но и только, даже головы не повернула. Сората перевел подавленный взгляд на Генри и вздохнул.

– Скоро будет час, как Курода ушел. Нам должны позвонить с минуты на минуту, – он окончательно отодвинул от себя истерзанный салат и посмотрел на телефон Хидеко. Его специально оставили на столешнице экраном вверх, чтобы в шуме не пропустить звонка. Но аппарат оживать не спешил.

– Наберись терпения, – посоветовал Генри, хотя сам уверенности не испытывал. – Им нужны деньги, и они выйдут на связь, если что-то пойдет не так.

– А если все пройдет так? Если они заберут выкуп, – Сората спохватился и понизил голос до шепота, придвинувшись к Генри, – но не вернут мальчика?

Генри не знал, что ему ответить. Он никогда не работал с такими делами, занимаясь мелкими кражами и бытовыми склоками, да и вообще полицейским был неважным. Он хлопнул Сорату по плечу, и тот отстранился, возвращая на лицо равнодушно вежливую полуулыбку.

– Я… отойду на минуту, – он многозначительно махнул рукой в сторону туалета и поднялся.

Генри кивнул и откинулся на спинку диванчика. С его места открывался отличный вид на вход, и он следил, как Сората направляется к двери туалета, но совсем немного не доходит. Звякнул колокольчик, и в кафе широким шагом буквально ворвался высокий молодой европеец с рюкзаком на плече. Столкновение было неизбежно, и Сората, не глядящий по сторонам, налетел на него.

– Эй! Смотри, куда прешь! – возмутился тот на почти идеальном японском. Для гайдзина[6], разумеется.

– Прошу прощения, – ответил Сората, уткнувшись взглядом в пол. Чуть отстранился, пропуская, и только потом поднял голову. Но европеец не собирался упускать возможности поскандалить.

– Думаешь, извинениями отделаешься? Ты мне все ноги оттоптал.

Генри напрягся, и тут откуда-то со стороны касс появилось новое действующее лицо.

– Вообще-то, это твоя вина, Риан, – к ним спешно подошел невысокий молодой японец с выкрашенными в рыжий волосами и склонился перед Соратой. – Простите его, пожалуйста. Мой друг не очень хорошо воспитан.

Конфликт, кажется, разрешился сам собой, и Генри, уже надумавший вмешаться, немного расслабился. Однако все равно поднялся из-за стола. Два японца усердно кланялись друг другу и приносили взаимные извинения, а виновник инцидента с до отвращения снисходительным взглядом возвышался над ними на целую голову. Картина необычная, и на них стали коситься с любопытством. В обеденное время кафе было переполнено, а трое мужчин блокировали выход.

– Все в порядке? – спросил Генри, подойдя к ним и положив Сорате руку на плечо. Европеец, высокий худощавый брюнет с необычно яркими зелеными глазами, метнул внимательный взгляд на одного, потом на другого и хищно улыбнулся:

– Если кому-то интересно мнение пострадавшей стороны, то нет, не в порядке, – и добавил по-английски с едва уловимым акцентом уроженца графства Ланкашир: – Вы его друг? Кто возместит мне моральный ущерб?

– Риан! – тихо, но отчетливо прошипел его рыжий спутник. – Вообще-то я целый час тебе названивал, чтобы сказать, что здесь нет свободных мест. Давай уйдем?

Этот Риан его проигнорировал, глядя Генри прямо в глаза совсем не добрым взглядом. Генри и без того был на взводе, так что появление агрессивного соотечественника буквально вывело его из себя.

– Что именно вас беспокоит? – буднично спросил Сората, всего на секунду опередив Генри.

Мужчина подошел ближе и, наклонившись, внимательно изучил его лицо с просто восхитительной бесцеремонностью.

– Хватит, – оборвал его Генри и решительно вытянул руку, отгораживая Сорату. – Он извинился. Чего вы добиваетесь?

– Вижу, тут и правда нет свободных мест. Понимаете ли, мы с Кирито сто лет не виделись и договорились встретиться в этом кафе, так что с удовольствием присоединимся к вам и будем квиты, – и спросил, обращаясь к своему товарищу: – Так ведь?

– У нас и без вас тесно, – отрезал Генри.

– Давай лучше поищем другое место, – поддержал его Кирито и недовольно дернул наглеца за рукав, но тот отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

– Отказываюсь, – упрямо сказал Риан. – У нас отплытие в 12:45, так что некогда нам по окрестностям бегать. Ну, чего ждем?

Генри чувствовал к наглому англичанину ярую антипатию, причем дело даже не в поведении и резких словах. Просто смотреть на него было уже неприятно и… Да, пожалуй, страшновато.

– Не спорь с ним, Генри, – Сората хлопнул его по руке, успокаивая. – Пусть садятся, мы все равно скоро, надеюсь, уйдем отсюда. Покажи им наш столик, пожалуйста, я скоро.

И ушел.

Непрошеные соседи устроились с комфортом – мелкий японец сел рядом с Хидеко, а его хамоватый товарищ – к нему под бок, таким образом, чтобы оказаться напротив Генри и Сораты.

– Просим прощения за неудобства, – японец сидя изобразил неглубокий поклон. – Зовите меня Кирито, пожалуйста. А это…

– Риан Валентайн, – влез его друг.

– А мне неинтересно, – буркнул Генри. Хидеко сначала посмотрела на чужих людей с опаской, потом потеряла к ним интерес.

– Очень зря, потому что мне удобнее, когда обращаются по имени.

– Не думаю, что буду обращаться к вам.

– А я думаю, вам может пригодиться моя помощь.

– Не очень понимаю, – хмуро огрызнулся Генри. Ситуация его напрягала. – Простите, мне нужно отойти.

И он поспешил в туалет, к Сорате.

Тот мыл руки, когда Генри ворвался к нему и сразу окатил лицо холодной водой. Странное бешенство, стоило только отойти от источника раздражения, пошло на убыль, и он понял, что напрасно оставил Хидеко наедине с незнакомцами.

– Какая муха тебя укусила, Генри? – спросил Сората, подсунув руки под сушилку. –