"Империя Здоровья" - Сергей Анатольевич Смирнов

обескураженный, и торговля у нее пошла хуже.

- Пока что Ганнибал основательно заблудился в Альпах, а его слоны не выдержали груза книг и повалились с ног, - констатировал аспирант положение на римско-карфагенском фронте.

- Мне кажется, что очень скоро должно произойти нечто важное, - сосредоточенно сведя брови, проговорила Аннабель. - Я чувствую это. И я не могла не прийти... Простите меня, Ник. Я мешаю вашему бизнесу. Я рада как-нибудь возместить ущерб... Может быть, вы возьмете на продажу часть нашей христианской литературы? Кроме Библии. Библию мы обязаны распространять бесплатно...

- Ани! - взмолился аспирант.

- Я хочу как-нибудь помочь вам, Ник... Я вторглась в вашу жизнь. - Глаза Аннабель, казалось, вот-вот станут на мокром месте.

- Запомните, Ани, я прошу вас. У меня их две, жизни. В ту вторгайтесь сколько хотите. Я теперь этому рад. Эта пусть останется моей частной собственностью, договорились?

- Да, - решительно кивнула Аннабель. - Я исчезаю. Пока.

И она действительно исчезла: повернулась и стремительно канула в двери метро.

- Слушай, я больше не могу! - раздался голос Наташи. - Я только и смотрю, как бы у тебя все не поперли.

Аспирант повернул голову, встряхнул ею и как следует присмотрелся к очертаниям своей второй жизни, которая теперь была объявлена им священной "Private property".

Все в этой заповедной жизни снова встало на свои места. Тревога прошла, предчувствия кончились. Красные розы впервые могли не стесняться в присутствии Ганнибала Дроздова.

Только немеркнущее любопытство Наташи продолжало напоминать о случившемся.

- Где это ты подцепил такой импорт? - все еще допытывалась она. - Откуда у тебя такая... унесенная ветром?

- Тогда уж наоборот, - спокойно усмехнулся аспирант. - Принесенная ветром... Тоже книжки продает. Зашла опыт перенять.

Такая легенда не удовлетворила Наташу.

- Ну, как ты не темни, а одно видно сразу: медовый месяц у вас еще не начинался.

- Интуиция у тебя, однако... - признал аспирант. - Только в контрразведке и работать.

- А, может, я там и работаю, - небрежно бросила Наташа, кому-то заворачивая в прозрачный хруст белый веничек гвоздик. - А тут - так, для отвода глаз...

- Эх, контрразведка, - вздохнул аспирант, выражая глубокую досаду, - ты бы хоть сразу шепнула мне, что американская шпионка за твоим лесом прячется...

Цель была достигнута: Наташа немножко обиделась, и, значит, ехидные вопросы и намеки должны были иссякнуть.

- Ну, я к тебе не нанималась, - гордо приподняла подбородок цветочница-филолог. - Об этом ты проси Николу, он тут главный спец по наружному наблюдению.

Никола был старый бомж, прописавшийся на Пролетарской давно, задолго до аспиранта и филолога. Ганнибал невольно взглянул в его сторону: теперь Никола дремал в самом темном конце подземного перехода, немножко прикрывшись заграждением из бабушек, продававших сигареты, сырки из Австралии и что-то еще.

Аспирант оказался в этот момент как раз на таком месте, откуда Никола был не виден практически весь за исключением лица. Лицо было видно хорошо, и оно показалось аспиранту как никогда умиротворенным и уже неправдоподобно бледным.

Сердце аспиранта успело екнуть еще до всякого подозрения.

- Присмотри, пожалуйста, - попросил он Наташу таким мрачным голосом, что она сразу догадалась: дело не в обычной отлучке.

- Ты куда? - удивилась она.

- К Николе.

- Ты чего, серьезно, что ли?!

- Присмотри, - бросил через плечо аспирант, смело забывая о своей частной собственности.

Он решил не тревожить, не расталкивать бабуль. Он осторожно протиснулся между ними и кафельной стенкой и присел на корточки.

Он присмотрелся к седому Николе, который сейчас пах вовсе не с той отталкивающей силой, как обыкновенно.

Наконец аспирант потрогал его щеки, постарался выдавить из темного запястья какой-нибудь пульс, а затем приспособился к освещению и оттянул смятое, скомканное тяжелой жизнью веко бомжа.

- Царствие Небесное! - прошептал аспирант.

И вдруг для аспиранта изменилось все, а не только население подземного перехода на Пролетарской.

Горячая волна поднялась в невидимом мире, накрыла аспиранта и смыла все границы его заповедной жизни, до сих пор почти не тронутой новым, острым сюжетом.

Ганнибал Дроздов тяжело поднял свою руку и вытер горячие капли со своего лба.

Теперь ему было понятно, почему вдруг появилась Аннабель. Весь план, не известный еще мгновение назад, стал ясен в мельчайших подробностях.

"Я прошу тебя, Никола, ты мне теперь немного помоги, - проговорил аспирант своим внутренним голосом. - И уж прости, если что не так..."

Ему вдруг представилось, что он стоит над вполне цивильной могилой бомжа в тихой кладбищенской рощице, а на свежем бугорке лежит огромная охапка красных роз, купленных у Наташи.

Он с трудом разогнул колени и, блюдя внешнюю неторопливость, двинулся назад, к своему месту.

- Что, тоже отказал? - примечая хмурый вид аспиранта, усмехнулась Наташа, довольная поддержкой.

- Помер старый Никола, помер, - так сразу и бухнул ей аспирант.

- Господи! - всплеснула руками Наташа. - Что же теперь делать?!

- Ты делаешь то же самое, - скомандовал весь переменившийся аспирант. - Присматриваешь за моей макулатурой еще минут десять-двадцать. Я занимаюсь другим делом. Бабулек не пугать.

Спустя десять секунд аспирант переступил порог милицейской комнаты.

- Привет, Гена, - приветствовали его свои из местного населения, только в форме. - Какие вопросы?

- Там человеку плохо, - доложил аспирант. - Надо скорую вызвать.

- Какому человеку-то? - деловито осведомился сержант.

- Николе, - не стал темнить аспирант.

- Ну, скажешь, "человеку", - ответил добродушной улыбкой сержант. - Сам оклемается. Ему плохо не бывает.

- Теперь уж лучше некуда, - согласился аспирант. - Его Кондратий хватил.

- Ну?! - переменился в лице сержант, а заодно - и остальные двое его сослуживцев. - Точно?

- Ты же знаешь, Миша, я в этом разбираюсь.

В чем разбирается аспирант Дроздов, милиция знала.

- Значит, отмучился Никола, - отметил сержант по имени Михаил. - Ладно, Гена. Спасибо. Теперь разберемся мы.

- Вот что, Миша, - сказал аспирант, глядя сержанту прямо в глаза. - Мы с ним как-то говорили... Он узнал, что я в медицинском учился. Ну и просил позаботиться. Чтобы его труп пошел на занятия по анатомии... Для студентов. "Хоть какая-то, - говорит, - польза будет". Так что сам понимаешь, Миша, последняя воля. Дай мне этим делом заняться. Вам хлопот меньше.

Милиционеры переглянулись, взяв долгую паузу. - Ну, займись, - неуверенно позволил старший, сняв фуражку и проведя двумя пальцами